Эми К. Роджерс – Вспомни меня (ЛП) (страница 27)
Он накрыл ладонью ее локоть и повел через комнату, развернув так, что она оказалась спиной к стене.
— Я собираюсь надеть на тебя наручники.
Алли резко втянула воздух.
— Дай мне руки, — она подчинилась, и она взял ее за правую руку, поцеловав запястье, прежде чем защелкнуть наручник. — Они мягкие, так что не причинят боли.
Она ожидала металла, но то, что надел на нее Хадсон, ощущалось скорее как широкий браслет из ткани. Кожи, возможно. Что-то болталось на другом конце наручника, и она ощутила, как это скользнуло по голой коже ее бедра. Она подумала, что это был другой наручник, но там было и что-то другое — холодное, металлическое. Цепь? Дыхание стало прерывистым, страсть и желание смешались с нервным возбуждением.
— Руку за голову, — приказал он. Голос приобрел жесткий, властный тон. Она быстро сделала, как сказано, и что бы там ни было на другом конце цепочки, это теперь оказалось приковано к ее плечу. Она почувствовала, как Хадсон потянулся за этим, и секунду спустя услышала звук, точно что-то жесткое царапнуло по дереву. В голове мелькнуло изображение балок, пересекающих потолок и изгибающихся к стенам, и она поняла, что прикована к стропильной ферме.
Она сжала бедра, шокированная тем, сколько влаги ощутила там от одной мысли о том, что прикована к потолку Хадсона и находится полностью в его власти.
Хадсон взял ее за левое запястье и поднес его к губам, прежде чем так же поднять его над головой и защелкнуть второй наручник. Теперь он стоял ближе, так близко, что она ощущала на лице его теплое дыхание. Так близко, что она могла потянуться вперед и пробежаться языком по мягкой щетине на его подбородке. Так близко, что ее губы могли найти его рот. Она едва заметно наклонила голову, но он тут же отступил, оставляя ее уязвимой и открытой.
Единственным звуком в комнате был сексуальный ритм музыки, и все же Алли знала, что он все еще здесь, наблюдает за ней. Даже с завязанными глазами она чувствовала жар его взгляда. Одна лишь мысль о том, как эти пронзительные голубые глаза впитывают каждый дюйм ее тела, заставила ее кожу покрыться румянцем.
— Ты сейчас так прекрасна, — сказал Хадсон. Затем его руки обвились вокруг нее, притягивая ближе, рот заклеймил ее губы глубоким властным поцелуем. — Запомни, — прохрипел он ей в губы, — просто скажи мне остановиться, — он вновь поцеловал ее, и она обмякла в его руках. — Хочешь, чтобы я остановился, Алли?
— Нет, — выдохнула она.
— Хорошо.
Алли почувствовала, как он отстранился. Она страстно желала обнять его, прижаться к его груди. Она натянула путы, но тщетно, и он вновь отошел. Она услышала медленный металлический звук расстегивающейся молнии, затем шуршание ткани и поняла, что он разделся. Сердце забилось быстрее в ожидании его возвращения.
— Ты бесконечно дразнила меня целых сто сорок три минуты. Будет честно вернуть тебе услугу.
— Что ты собираешься сделать? — она повернула голову на мягкий голос, мурлычущий ей на ухо, но секунду спустя он оказался в другой стороне.
— Я заставлю тебя кончать, пока ты не сможешь дышать. Пока ты не начнешь умолять войти в тебя, — пальцы Хадсона скользнули по ее ребрам, и она выгнула спину, подставляя грудь под его руки.
Он накрыл ладонями нежную кожу, перекатывая соски между большим и указательным пальцами. Ее тело задрожало от предвкушения, когда он проложил дорожку поцелуев по ее шее, пощипывая и полизывая все ближе к напряженным вершинкам. И когда он наконец-то накрыл сосок губами, глубоко втягивая в рот, она застонала.
— Пожалуйста…
— Пожалуйста что? — спросил он, не отрываясь от ее груди.
— Коснись меня.
Кожей она ощутила его улыбку.
— О нет, детка, сегодня мы играем по моим правилам, — с этими словами его губы сомкнулись на другом соске, посасывая, пока он не затвердел и не увеличился под его языком, затем Хадсон нежно подул на чувствительную кожу и вновь накрыл ее губами. Он продолжал изящную пытку, дразня груди умелыми пальцами и губами, пока ее голова со стоном не запрокинулась. Тогда его зубы жестко прикусили один сосок, в то же время пальцы сжали другой, и сладкое ощущение эхом прокатилось через всю ее сущность. Она закричала, натягивая путы, содрогаясь всем телом и разлетаясь на тысячи кусочков.
— Люблю смотреть, как ты кончаешь, — прорычал он. — Это делает меня чертовски твердым.
Большой палец Хадсона надавил ей на подбородок, вынуждая открыть рот. Его язык тут же проник глубоко внутрь в безжалостном поцелуе. Его рука забралась между ее ног, пальцы двигались туда и обратно по ее скользкой плоти, поглаживая и дразня, пока он умело работал над чувствительным местечком меж ее бедер.
— Это приятно? — спросил он, скользнув пальцем внутрь нее.
Она захныкала, раскачиваясь на его руке.
— Да.
Его палец то выходил, то возвращался, в точности следуя ровному неспешному ритму музыки.
— Ты такая готовая для меня, Алессандра. Открой рот.
Она приоткрыла губы, полностью соблазненная прикосновением его рук. Она ожидала вновь ощутить сладостное вторжение его языка, но вместо этого была шокирована, когда его палец оказался у нее во рту.
— Соси, — приказал он низким голосом. — Почувствуй, какая ты горячая.
Ее губы сомкнулись вокруг пальца Хадсона, и она принялась сосать, ощущая вкус собственных соков.
— Не переставай сосать меня, — его слова разожгли боль меж ее бедер, и она застонала от чувства наполненности во рту. Она сосала жестче, языком кружа вокруг его пальца и отступая обратно.
Алли услышала, как он резко втянул воздух, и мгновение спустя он набросился на нее, сминая губы поцелуем, терзая влажными бархатистыми ударами языка.
И когда поцелуй наконец прервался, она потеряла дар речи.
— Ты такая вкусная, — прошептал он. — Мой язык уже знает твой вкус.
Она вновь натянула путы, пытаясь совладать с множеством ощущений, нахлынувших на нее.
— Хочешь кончить снова?
— Пожалуйста… — она задыхалась, грудь ее вздымалась и опадала с каждым тяжелым вздохом.
— Как?
— Ты знаешь как.
Его нос коснулся ее.
— Как, Алессандра?
— Коснись меня, — прошептала она.
— Вот так? — два пальца легко скользнули внутрь, и она задохнулась.
— Да…
— Уверена? — его голос был низким и ровным, но он тяжело дышал ей на ухо.
— Да, Хадсон, — она болталась на грани, почти сходя с ума от жажды разрядки. — Пожалуйста, заставь меня кончить…
Темп его пальцев ускорился, и она запрокинула голову, теряясь в сладких толчках.
— Вот так, детка. Просто чувствуй это. Отпусти себя.
Тело ее начало выгибаться, когда он начал кружить подушечкой большого пальца по чувствительному бугорку, увлекая ее все выше и выше, пока она не разлетелась на части в его руках.
— Я рядом, — прошептал он. Его руки обхватили ее, когда колени подкосились, и она повалилась на него. — Я держу тебя.
Ее голова упала на его грудь, и она растаяла в его объятиях. Судороги после оргазма все еще сотрясали все ее тело, и она тихо застонала. Хадсон стянул повязку с ее головы, и Алли поморгала, привыкая к теперь уже приглушенному освещению комнаты. Расстегнув наручники, он освободил ее запястья и подвел к дивану. Мягкая кожа подушек казалась раем. Отдохнуть на диване как раз то, что ей было нужно.
Но вместо того, чтобы направить ее к дивану спереди, Хадсон подвел ее к боку и перегнул через обитый кожей подлокотник. Глаза Алли расширились, и всю усталость, которую она ощущала, смыло мощным потоком адреналина.
— Я весь вечер ждал, когда же нагну тебя и оттрахаю, жестко и глубоко, — его слова были полны эротической угрозы, и тело ее отреагировало, сжимаясь от новой волны поглощающего желания. Он рывком приподнял ее бедра, прижимаясь к ней и широко разводя ее ноги. — Держись за диван и не отпускай, — приказал он хрипло и настойчиво.
Руки Алли ослабели, но она подчинилась. Она приготовилась к его натиску, вцепившись пальцами в упругую кожу. Его руки стиснули ее бедра, и она почувствовала прикосновение большой головки там, где она уже была влажной и готовой.
Его длинный ствол вломился внутрь, и она приоткрыла рот.
— Проклятье, Алли, мне никогда не будет достаточно, — он мягко вышел и одним мощным движением бедер вновь вонзился в нее. — Так здорово чувствовать тебя на своем члене.
Он погружался в нее вновь и вновь, с каждым толчком все сильнее вдавливая ее в подлокотник дивана.
— Держись, — выдавил он, стиснув зубы. Она крепче вцепилась в диванные подушки, когда он выгнул ее спину, прижимая к себе.
Движения его были безжалостными и спустя считанные секунды все внутри нее начало содрогаться в сладостном избавлении. И тогда его ладонь обхватила ее плечо, заставляя выпрямиться, чтобы она могла ощущать каждый дюйм его ствола, проникающего внутрь. Его губы прижались к ее шее, зубы царапнули по уху.
— Кончи для меня снова. Хочу, чтобы ты кончила вместе со мной.
Ее тело взорвалось наслаждением, ее накрыло сладостным облегчением оргазма. Хадсон дернул ее на себя, на выдохе выкрикивая ее имя и присоединяясь к ней в забытьи. Она смутно осознавала, что они сползли на пол, но для нее это ощущалось равносильно падению по спирали, как будто она утратила всю свою сущность.
Когда она пришла в себя, то обнаружила, что Хадсон держит ее на коленях, в колыбели своих рук.