Эми К. Роджерс – Вспомни меня (ЛП) (страница 25)
Хадсон склонился ближе, с проблеском греха в глазах, и запечатлел на ее губах поцелуй.
— Доедай, и я тебе покажу
Когда они закончили есть, Алли последовала за ним в фойе.
— Кабинет ты уже видела, как и мою спальную, — он усмехнулся, жестом указывая на разделяющуюся надвое лестницу. — Внизу гостевые комнаты, спортзал и комнаты для персонала. Но те, что наверху — мои любимые.
Она взяла его предложенную руку, и он повел ее наверх, по той же лестнице, по какой они поднимались в кинотеатр. Только в этот раз они продолжили идти по широкому коридору, и она получила возможность как следует изучить картины, которыми заинтересовалась ранее. Полотна оказались смелыми и красочными абстракциями с жирными текстурными мазками, некоторые из них она определенно когда-то видела в Институте Искусств. Миновав половину коридора, Хадсон остановился у резных деревянных дверей по меньшей мере в десять футов высотой.
— Это, — сказал он, открывая их толчков, — был офис Хефнера.
От открывшегося вида у Алли перехватило дыхание. Потолок взмывал вверх на пятнадцать футов и обладал тщательно продуманным дизайном; стены со встроенными панелями из красного дерева; деревянный паркет "елочкой", отполированный до идеального блеска; камин из известняка, окруженный кожаными креслами; и бархатные занавески, обрамлявшие французские двери, которые вели на каменную террасу с пальмами в горшках. Вся комната выглядела так же, как и в своем оригинальном состоянии в 1920-е. Как будто она из современного здания шагнула на страницы "Великого Гэтсби". Она была столь очарована окружениями, что на осмысление слов Хадсона ушло несколько мгновений.
— Погоди, ты сказал, офис Хефнера?
Он кивнул.
— Полностью отреставрированный.
— Что… как?
— Когда он запускал журнал в пятидесятые, это было его офисом. Несколько лет спустя он открыл здесь свой первый клуб.
Алли разинула рот.
— Ты живешь в клубе Плейбой?
— Да. Интересует костюм зайчишки, мисс Синклер?
Она улыбнулась с напускной скромностью.
— Это ваша фантазия, мистер Чейз?
— Вторая после золотого бикини принцессы Леи, — он одарил ее останавливающей-сердце-и-спускающей-трусики улыбкой, и в этот момент она была уверена — он сумеет уговорить ее надеть это, если это будет означать, что его губы и руки будут касаться ее тела.
— Идем, — сказал он, точно прочитав ее мысль. — Это еще не все.
Он провел ее в самый конец коридора к еще одним двойным дверям.
— Это моя самая любимая комната, — Алли не могла придумать ничего, что переплюнуло бы комнату, которую она только что увидела. Но затем Хадсон распахнул двери, и она поняла, что ошибалась. — Игровая комната, — сказал он.
Алли присвистнула.
— У тебя тут прямо-таки холостяцкая берлога.
Как и предыдущая, эта комната была оформлена в теплых, насыщенных тонах. Темные консольные балки образовывали сводчатый потолок, через каждые шесть футов или около того заканчиваясь стропильными фермами, переходящими в стены с окнами от пола до потолка. Пол из керамического камня был покрыт толстыми восточными коврами, а в центре комнаты стоял огромный бильярдный стол. Алли провела рукой по красному сукну стола, восхищаясь замысловатыми фасками на светильнике янтарного цвета.
— Когда Ника нет, этой комнатой практически никто не пользуется.
Она удивленно посмотрела на него.
— Если я дома, я работаю, — его губы изогнулись в понимающей улыбке. — За исключением этих выходных.
Хадсон прислонился бедрами к бильярдному столу, небрежно скрестив руки на груди и наблюдая, как Алли осматривает остальное пространство комнаты. Она улыбнулась ему и вновь переключила внимание на бар из красного дерева. Плоский телевизор висел на выложенной камнем стене за баром, рядом со стеклянным стеллажом с запасом первоклассного спиртного, которого какой-нибудь забегаловке хватило бы на целые выходные. Перед баром лицом друг к другу стояли два длинных мягких кожаных дивана, а на противоположной стене висела доска для дартса, достойная любого ирландского паба. С ее губ слетел смешок, когда она вспомнила паренька, пытавшегося произвести на нее впечатление игрой в дартс за братишку.
— Что тебя рассмешило, Алессандра?
— Я просто вспомнила ту игру в дартс на карнавале. И то выражение на твоем лице, когда тебе приходилось отдавать очередной доллар, — она снова хихикнула. В ту ночь Хадсон, должно быть, потратил чаевые за целую неделю.
— Думаешь, ты смогла бы лучше? — спросил он, отталкиваясь от бильярдного стола и неспешно подходя к ней.
Алли одарила его дразнящей улыбкой.
— Ну, думаю, я смогла бы лопнуть те три зеленых шарика менее чем за час, это уж точно.
Хадсон склонил голову набок.
— Меньше чем за час, да? — это был риторический вопрос, над которым он на мгновение задумался, а затем подошел к доске и достал шесть дротиков.
— Сыграем в 501? — он усмехнулся, подходя ближе и протягивая ей три дротика перышками вперед. — И тебе даже не придется побивать мой рекорд менее чем за час.
Она вздернула подбородок, встречаясь с ним взглядом и принимая дротики.
— Вызов принят.
В глазах его сверкнуло веселье. Он улыбнулся, засунул свои дротики в задний карман джинсов и направился к бару.
— Хочешь бокал вина? Могу открыть бутылочку.
— Пытаешься меня напоить? Скомпрометировать мои способности, возможно?
— Просто стараюсь быть гостеприимным, — он притворился вежливым, но она-то знала, что это было лишь притворство. Если что она и знала о современном Хадсоне Чейзе, так это то, что он пойдет на что угодно, дабы получить желаемое. Но ему еще предстояло узнать, что он не единственный, кто нацелен на победу.
— Я буду бутылку того, что у тебя есть.
Брови Хадсона взметнулись вверх.
— Хм, да ты полна сюрпризов, не так ли? — он дернул за стеклянную дверь холодильника, открывая ряды пива всевозможных сортов, и взял два Heineken. — Тебе в стакан? — спросил он, с хлопком открывая зеленые бутылки.
— Неа, из бутылки нормально. Может, включишь какую-нибудь музыку?
— А сосредоточиться тебе она не помешает?
Алли видела, что Хадсон старается сдержать улыбку.
— Ценю твою заботу, но, думаю, я справлюсь.
— U2 подойдет?
— Идеально.
Он потянулся за пультом управления, и мгновение спустя комнату наполнило "Mysterious Ways". Она наблюдала, как он приближается. Соблазнительный ритм музыки и завораживающая развязность его походки бомбардировали чувства Алли. И к тому моменту, как он очутился прямо перед ней, она совершенно потеряла ход мыслей. Он протянул ей бутылку, и она сделала большой глоток.
Хадсон жестом указал на доску для дартса.
— Дамы вперед.
Алли едва не поперхнулась, вспомнив ну-очень-тактичное упоминание этой фразы Харпер. Вытерев рот, она поставила пиво на барную стойку и заняла место перед доской.
Она устойчиво встала и подняла локоть, чтобы прицелиться, но тут Хадсон подошел к ней сзади и обвил талию рукой.
— О нет, детка, отсюда, — сказал он, оттаскивая ее подальше.
Алли не могла сказать точно, но подозревала, что он оттащил ее куда дальше положенного расстояния. Ее губы сложились в дьявольскую ухмылку. Возможно, она даст ему повод кое-что обдумать во время его первого броска, немного уравняв условия игры. Ее бедра качнулись в хватке его рук, она двигалась в ритме музыки.
Хадсон застонал.
— Продолжай в том же духе, и это будет очень короткая партия, — он быстро шлепнул ее по заднице, обошел бар и опустился на один из обитых кожей стульев.
Алли снова приняла нужную позу. Приподняв правую руку, она бросила дротик плавным движением и расплылась в широкой улыбке, когда он угодил во внутренний круг десятки. Следующие два дротика она бросила быстро и с успехом. Один попал в наружное кольцо восьмерки, а другой — в девятку.
— Кажется, у меня пятьдесят пять очков, мистер Чейз, — она отошла в сторону, уступая ему очередь и забирая свои дротики с доски.
— Хорошая работа, — Хадсон отпил пива и поставил бутылку на барную стойку.
— Спасибо, — она подождала, пока он встанет перед доской, и продолжила. — Все дело в пальцах, знаешь ли.
Он поднял руку, но глаза его остались прикованы к ее рукам. Она рассеянно покручивала дротик между кончиками пальцев. Взгляд его вспыхнул и сконцентрировался на доске.