Эля Шайвел – Тихоня (не) против Короля Академии (страница 13)
— Сестра, — тихо произнесла подруга.
— Она тоже участвовала? — остановившись и немного смущаясь, спросила я.
— Не знаю, посмотреть имена участников можно, лишь попав на Арену, — начала объяснять Рейчел, и мы продолжили свой путь по Академии. — А после того письма, что у них грядёт распределение, я других писем больше не получала от Амелии.
— Значит, ты хочешь туда попасть? На Арену? Как боец, правда? — осторожно спросила я.
— Если честно, я бы предпочла воспользоваться твоей истинной связью с Маркусом, если ты согласишься, — после небольшой заминки ответила Рейчел и с надеждой посмотрела на меня. — И попросить его посмотреть её имя на Доске Почёта.
— Да без проблем, я думаю, — немного бравурно ответила я, чтобы поддержать вконец погрустневшую девушку. — А почему бы нам просто не спросить у него её имя?
— Чтобы Король запомнил какую-то серую мышку из артефакторов? — с горькой усмешкой буркнула Рейчел.
— Она была с артефакторов, не как ты из домовых? — удивилась я.
— Ну, на самом деле, она была с домовиков тоже, но дар у неё был ближе к артефакторскому, — с восхищением в голосе произнесла Рейчел: было очевидно, сестру она очень любила и скучала по ней. — Но у нашей семьи, конечно же, не было денег отправить её в подходящую Академию. Оттуда, кстати, как и от менталистов, всего по двое отправляют в это прокля́тое место. Она бы могла и выжить. Тогда бы и я сюда не пошла… Эх, чего уж теперь. Пришли. Ну что, заходим?
— Заходим, — кивнула я, и мы двинулись внутрь. — Надеюсь, эта стерва блефовала, просто желая потрепать нам нервы…
Конец фразы я почти проглотила, встав в проёме и разинув рот. Здание Академии в целом напоминало какой-то готический замок, в духе Хогвартса, но этот зал действительно был потрясающий.
Помещение представляло собой длинный овал, в дальнем от нас конце которого было несколько рядов концентрических колец-лавок. Видимо, для преподавателей, судя по тому, что остальное пространство было забито обычными лавками, и на них и сидели адепты.
Дальние круги лавок пустовали.
— Надеюсь… но не думаю, — тихо ответила Рейчел. — Ты чего, Алисия? Пойдём куда-нибудь поближе к преподавательским, пока места есть.
— Красиво здесь! — с восхищением ответила я и торопливыми шагами догнала девушку, зашептав той на ухо: — Думаю, все слова этой злобной гадины о нашем с тобой участии в Чемпионате были враньём. Когда Кристабель могла успеть заявиться от нашего имени?! Она же только что стояла ещё в столовой голышом!
— А ты думаешь, она не могла никого попросить? — мрачно процедила подруга, предлагая занять ближайшие свободные места. — Давай тут, скоро преподаватели придут.
И будто в подтверждение её слов сзади раздался капризный голос уже знакомой нам стервы-Эмилии:
— Пришли? Смело. Ну что же, подождём, пока объявят распределение по группам этого года, — коварно ухмыльнулась девица.
Ясно, вот кто наши имена наверняка подбросил…
— Рейчел, а куда надо имена желающих поучаствовать в Чемпионате бросить? — фальшиво улыбнувшись в ответ Эмилии, я зашептала на ухо девушке.
— Вот, там на пьедестале в центре круга видишь урну? — кивнув, ответила девушка.
— Ага. Бумажка и ручка есть? — торопливо шаря рукой в сумке, спросила я.
Да куда ж я всё дела?!
— Что? — удивилась девушка.
— Чем писать есть? — повторила я. — Давай быстрее, сама же говоришь времени мало.
— Что ты задумала? — ужаснулась Рейчел.
— А как думаешь? Испортить малину двум стервам. Почему только мы с тобой должны страдать?
Визуализация
Глава 19
— Не надо! Ты с ума сошла?! Нас же со свету сживут! — всполошилась подруга.
— Нас и так со свету сживут, Рейчел, очнись! — фыркнула я. — Если наши имена уже там, в той урне, или куда у них тут принято записки с именами кидать, то нам с тобой предстоит сражаться с целой Академией парней! Ты что хочешь к кому-то в гарем?! Я вот точно не хочу, но если мы проиграем, нас это ждёт. Так почему страдать должны только мы с тобой?! Тот факт, что и Кристабель тоже будет в подобной ситуации, будет меня сильно радовать. Может, даже вдохновлять на победу! Потому что нечего такими подставами заниматься! Это будет честно!
— Но это опасно бросать им вызов! — побледнев, прошептала Рейчел.
— Жить и учиться в этой Академии, вот что опасно, — веско процедила я, торопливо записывая имена девиц. — Как фамилия у Эмилии, кстати? У Кристабель — Спенсер. Да этим тупым красавицам явно надерут их вертлявый зад в первом же испытании, я уверена!
— Клауэр у Эмилии, — буркнула девушка. — В отличие от нас они владеют менталкой! Они не так же беспомощны!
— Мы тоже будем учиться использовать свои сильные стороны, не бойся, — фыркнула я. — Попросим этого Маркуса нас поучить каким-нибудь приёмчикам, ну что уж ты.
— Это безрассудно и нам никак не поможет, Алисия, не надо, пожалуйста! — взмолилась подруга. — На нас точно обратят внимание, мы не сможем больше быть в тени.
— Мы и так не сможем, если наши имена в той урне, — проворчала я. — А если там окажутся ещё и имена этих стерв, как это нам навредит? Ну что может быть хуже?! Эта стерва и так уже обещала убить тебя втихаря! Или предлагала тебе убить меня! Ну что, ты будешь это терпеть? Я — нет. Если что, не бойся, я объявляю, что это полностью и только моя идея.
— Ну пожалуйста, Алисия, не надо! — продолжала отговаривать меня подруга. — Мы не знаем, к чему это приведёт!
— Они тоже… Они тоже такого не ожидают. Ты только представь их физиономии! Всё, времени спорить больше нет, я пошла, — подвела итог я и, резко встав, зашагала по проходу между рядами.
В этот момент двери с противоположного конца зала открылись, и я увидела, как в зал входят Маркус, Клебо и Никос.
Ага, уже кураторы пришли. Следом, видимо, будут преподаватели. Надо торопиться.
Я ускорила шаг, практически перейдя на бег.
Внутри меня бушевали эмоции — и страх, и азарт, и какая-то странная решимость.
Я понимала, что совершаю безумие, но это безумие казалось единственным способом получить свою долю справедливости в этой прокля́той Академии.
Мне хотелось доказать, что мы с Рейчел не никчёмные и забитые девицы! Мы можем сражаться на равных, я уверена.
Надо только попросить Маркуса нас обучить. Не зря же он столько лет победитель!
Ну а мы явно умнее и хитрее этих стерв! Так что шансы продержаться дольше этих стерв, я считаю, у нас есть, и они не так плохи, как могло бы показаться.
Когда я подошла к урне, сердце забилось быстрее.
Урна была сделана из тёмно-зелёного стекла, с изящными закруглёнными краями. В свете магических шаров на её поверхности переливались блики света, отражаясь от гладкой поверхности. Я ещё раз посмотрела на записки с именами — они были написаны впопыхах, а потому не очень аккуратно, но разборчиво.
В них заключалась вся моя решимость. Кто я — тварь дрожащая или… право имею на справедливость?!
Кажется, первое, судя по тому, как тряслись мои руки.
Каждый удар сердца отзывался в висках набатом, когда я поднимала руку с запиской, готовая бросить её в урну.
Колени подгибались, но… я не могла уже остановиться.
Я бросила записки, а с ними, кажется, и своё сердце прямо в урну.
В этот момент в голове пронеслись мысли: «Что если я ошиблась? Что, если это приведёт к катастрофе?». Сомнения прочь, обратного пути нет.
Я подняла взгляд и наткнулась на слегка удивлённое лицо Маркуса. Мужчина явно не понимал, что я делаю.
Я посмотрела на урну в последний раз и почувствовала, как в груди закипает решимость.
Я не собираюсь сдаваться.
Я буду сражаться.
И пусть весь мир знает, что я — Алисия Майер, и я не боюсь бросить вызов самым стервозным мерзавкам этой Академии.