Эля Шайвел – Непокорная жена драконьего владыки (страница 20)
— Ты не имеешь права вмешиваться в наши семейные дела! — закричала она, побагровев ещё сильнее. — Я мать этой девицы, и только я решаю, как её воспитывать!
— А я лекарь, отвечающий за её здоровье, — отрезал Калеб. — И если вы не способны вести себя как мать, то, возможно, вам следует задуматься о своих методах.
— Как ты смеешь меня поучать?! — завизжала мать, переходя на ультразвук.
— Мама, пожалуйста, прекрати. Хватит, — не выдержала я, чувствуя, как внутри меня всё закипает от гнева и обиды.
Мать повернулась ко мне с таким выражением лица, что я на мгновение пожалела о том, что мы вообще знакомы.
Её глаза горели всепоглощающей ненавистью, и в этот миг я осознала, что она больше не была той женщиной, которую я когда-то пыталась уважать и почитать, как положено ребёнку.
Передо мной было нечто иное — неистовое создание, готовое разорвать на куски всё, что стояло на её пути.
Мне казалось, что вокруг неё я вижу едва заметную чёрную дымку. Может быть, это от слёз, подступающих к глазам?
— Ты, Джелин, совершенно отвратительная дочь! Мне так и не удалось воспитать в тебе уважение к матери. Как ты меня разочаровала, дура бестолковая! — с истерикой в голосе закричала она. — Как бы я ни старалась, ничего в тебе нет от меня! Ни силы духа, ни смелости, ни гордости. Ты бесполезная, тупая овца!
Каждое её слово ранило меня, словно острый нож.
Я сдерживалась из последних сил, чтобы не разреветься. Ну что за глупый скандал? Ну почему мама не может вести себя нормально? Ну почему ей так важно отстоять свою гордость, а не позаботиться о едва выздоровевшей дочери?
Но я не могла позволить себе показать слабость, потому что едва мать видела слёзы, обычно приходила в бешенство ещё сильнее.
Поэтому я с детства училась не реветь, как обычные дети, а пытаться отстаивать во всём свою правоту, глядя, как это всё время делает мать.
Потому что только внутренняя ярость во время спора не давал мне разреветься тогда, когда я чувствовала обиду и несправедливость.
Наверное, поэтому, внезапно я осознала, я затеяла вчера ночью этот идиотский скандал с Джаредом. Потому что мать бы поступила бы так.
Боги! Я всё-таки научилась этому у неё. Но хотела ли…?!
— А я и никогда не хотела быть такой, как ты, — дрожащим от волнения голосом перебила я мать впервые в жизни.
Эти слова вырвались из меня, словно я освободилась от тяжёлой цепи, которая сковывала мою душу. Я не могла больше терпеть её унижения.
— Только я заботилась о тебе — единственная во всём мире, а теперь ты говоришь, что не хотела быть похожей на меня? Ах ты сволочь неблагодарная, вся в своего мерзавца-папашу! — голос матери тоже дрожал, но от ярости. — Как же ты мне противна!
Я смело ответила ей взглядом в глаза и медленно встала с постели напротив неё.
Я не знала, что произойдёт дальше, если я продолжу сейчас этот скандал.
Но мне надоело.
Надоело быть её подушкой для битья по любому поводу.
Вечный ор.
Цепь.
Побои.
И нравоучения, что надо быть сильной и отстаивать свою позицию всегда.
Моя жизнь была полна ожиданий и требований, которые она навязывала мне с самого детства.
Хватит.
— Ты не понимаешь, что я не твоя собственность! — закричала я, не в силах сдержать эмоции. — Я не должна следовать твоим путём, если он приносит мне лишь боль и страдания! Мама, а ты когда-нибудь вообще меня любила?
Глава 28
драгоценную Эванджелин?