Эльвира Цайсслер – Эовин. Выбор воительницы (страница 24)

Теперь все вставало на свои места. Ее сила, скорость, рефлексы, обостренные чутье, зрение, слух, желание во что бы то ни стало защитить Эллин… даже удивительная обучаемость – все свидетельствовало об этом. Ведь она с неимоверной быстротой осваивала новые заклинания…

Гвидион пораженно ахнул. Но почему же Эовин ничего ему не сказала? Готова была ради него пожертвовать собой, а свой секрет не доверила…

От размышлений относительно тайны подруги его отвлекла мать.

– Я познакомилась с Берроном более двадцати лет назад… А ты сам утверждаешь, что ульфаратцы объявились в Алрионе только после атаки на Винтор. Что-то не сходится.

– Я думаю, что мужчина, пять лет назад появившийся при дворе, не был настоящим князем. Наверняка Беррона убили еще раньше, чтобы двойник спокойно действовал от его имени, – предположил Гвидион и сам содрогнулся от ужаса. Видимо, это был излюбленный прием ульфаратцев.

– Хочешь сказать… – королева прикрыла рот ладонью. – Он не был человеком все это время?

– Мне и вправду жаль, мама, – тихо пробормотал Гвидион. – Я знаю, что вы были очень близки. – Тут он замолчал. Стоило ли вообще это обсуждать? При дворе об их отношениях ходило немало слухов, но он никак не решался прямо спросить, как все обстояло на самом деле.

Королева сжала его руку.

– Мы были не так близки, как ты полагаешь и как этого хотел бы он, – открыто заявила она. – Я чувствовала, что его больше интересует именно мое положение при дворе, чем я сама. Однако он очень быстро завоевал авторитет в совете, а я, напротив, оказалась ослаблена, в том числе и морально. Муж погиб, а единственный несовершеннолетний сын остался на чужбине. – Она тяжело вздохнула. – Мы старались поддерживать друг друга, только и всего.

– Значит, никаких чувств ты к нему не питаешь? – уточнил Гвидион. Будто гора с плеч свалилась…

– Нет, никаких. – Королева задумчиво покачала головой. – С твоим отцом ему было не сравниться. Никому и никогда с ним не сравниться. Но я полагала, что мы оставались добрыми друзьями, и… ты что это? – с тревогой спросила она, когда Гвидион потрясенно уставился на нее.

А его неожиданно осенила еще одна пугающая догадка, очень похожая на правду.

– Отец… – хрипло проговорил молодой король и прочистил горло. – Ульфаратцам была выгодна его смерть. И мы никак не помогли Винтору, когда он подвергся нападению чужаков, поскольку у нас было полно собственных забот. А еще это предоставило Беррону прекрасную возможность проявить себя. Если бы отец оставался жив, он бы не посмел сунуться во дворец.

– Намекаешь, что твоего отца убили? – Сотрясаемая дрожью, королева обняла себя за плечи.

– А ты разве не по этой причине отправила меня в Квессам? Ты ведь не верила, что это просто несчастный случай?

– Я… я пребывала в панике… в смятении… боялась, что и тебя тоже потеряю в любой момент. Расследование в итоге так ни к чему и не привело, все сошлись на версии, что лошадь сбросила твоего отца без какой-либо причины.

– Отец ведь был прекрасным наездником, – возразил Гвидион.

Она медленно кивнула.

– Меня в этой истории удивило другое. Он слишком неожиданно уехал, никого ни о чем не предупредив. Никаких других следов не нашли, и было неясно, почему он вообще решил покинуть лагерь посреди ночи.

– Держу пари, перевертыш легко мог заманить его в ловушку, а сам при этом не оставил никаких следов. – Гвидион невольно вспомнил огромную птицу с горящими глазами. А что же такое увидел его отец, что, бросив все, уехал посреди ночи?

– Но как бы там ни было, – его мать вытерла влажные щеки, – правду мы уже никогда не узнаем. Да и какое это теперь имеет значение? Он мертв, и его не вернуть.

Не желая причинять матери лишней боли, Гвидион не стал и дальше бередить ее рану. Однако сам уже не сомневался, что это тоже сыграло роль. А раз так, если и за гибелью его отца стояли ульфаратцы, Гвидион посчитал себя обязанным отомстить им за это. Список полнился. Отец, Харад, Кайра, Мелара, Эовин, охранники, которые погибли вместе с охотницами, выполняя свой долг… Осознав, что этот список наверняка гораздо длиннее, чем он мог подумать, Гвидион невольно содрогнулся и сжал кулаки в бессильной ярости.

Ульфаратцы заплатят за все свои злодеяния. Он обязательно придумает, как призвать их к ответу.

Похоже, в какой-то момент он все-таки провалился в сон, поскольку вздрогнул, когда Эллин рядом с ним неожиданно зашевелилась. Девочка быстро поднесла палец к губам и прислушалась.

– Кажется, там кто-то есть, – хрипло прошептала она, прижавшись ухом к двери.

Гвидион напряг слух, но ничего не расслышал.

Эллин вопросительно подняла кулак.

– Я постучу еще раз?

Гвидион колебался. Вполне возможно, это была ловушка. Вполне возможно, враги захватили храм и сейчас поджидают их по ту сторону двери. С другой стороны, охотницы умели хранить секреты и не раскрыли бы свои тайные ходы посторонним даже под страхом смерти.

Он неуверенно покосился на свою мать.

– Есть еще какие-то варианты? – собравшись с духом, спросила та.

– Можно дождаться ночи, пробраться окольными путями к дальним воротам и надеяться, что нас выпустят. – Уже произнося это, Гвидион осознавал, что шансов на осуществление этого плана у них мало. Куда вероятнее, что они не смогут выбраться даже за пределы бедного квартала, так как после наступления темноты там наверняка соберется множество головорезов. Да и поисковые отряды не дремлют.

Должно быть, все эти сомнения легко читались на его лице, поскольку королева серьезно кивнула и велела девочке:

– Постучи.

– Если хотите, подождите там, сзади, – голос Эллин слегка дрожал, но она старалась держаться достойно и смело.

Гвидион пораженно уставился на нее.

– Я не оставлю тебя одну здесь, ты что?

– Я же твоя защитница, – напомнила она, показывая на самодельный Орден.

– А я обещал Ниме позаботиться о тебе, – парировал он. – И полагаю, с этого момента наши пути связаны. – Гвидион повернулся к матери. – А вот тебе, наверное, лучше действительно пока спрятаться.

Ее хотя бы пока не объявляли в розыск, и, когда все уладится, королева может вернуться во дворец.

Однако его мать мягко покачала головой.

– Неужели ты думаешь, что я за тебя переживаю меньше, чем ты за эту девочку?

Гвидион вытащил кинжал, готовясь к возможной стычке, и скомандовал Эллин:

– Давай!

Она подняла кулак и быстро отстучала нужный ритм.

Гвидион напрягся.

С той стороны послышался ответный стук, и Эллин снова постучала, но уже в каком-то другом ритме. Хорошо, что она все правильно запомнила, сам Гвидион точно бы сбился.

Дверь слегка приоткрылась, и в туннель выглянула встревоженная охотница. Быстро осмотрев прибывших, она нахмурилась.

– Кто вы и откуда явились?

– Меня послала Эовин Ариасен, – невозмутимо ответила малышка. – Она же показала мне этот проход.

– Эовин… – Глаза охотницы округлились, и она просканировала внимательным взором Гвидиона. – Это из-за вас, что ли, весь город поставлен на уши?

– Я бы предпочел обсудить это лично с Иванной. – Гвидион шагнул вперед. Он не сомневался, что настоятельница Ордена прислушается к его мнению.

По лицу охотницы пробежала тень.

– К сожалению, это невозможно. Ее забрали на допрос, как нам объяснили.

– Что? Но на каком основании?

– Сказали, что охотницы якобы восстали против короля. – Она скрестила руки на груди. – Уж не знаю, во что нас втянула Эовин. А ведь она даже не охотница больше.

– Она ничего не делала! – возмутилась Эллин.

Гвидион успокаивающе положил руку ей на плечо, прежде чем девочка могла бы сболтнуть что-то, что предназначалось отнюдь не для всех.

– Вам солгали. На самом деле на короля напали. Кайра и Мелара погибли, защищая его, а Эовин тяжело ранили и захватили в плен.

На лице охотницы промелькнули смятение и скептицизм.

– Что же это за армия такая была, которой не смогли противостоять охотницы?

– Бой оказался нечестным, – уклонился от прямого ответа Гвидион. Объяснять все подробности было некогда, да и не видел он в этом необходимости. – Но главное – сейчас на троне сидит самозванец, внешне очень похожий на короля. Это все, что вам пока нужно знать.

– До чего удивительная история… А ведь сейчас все как раз разыскивают именно такого мошенника. – Охотница прищурилась. – Если мы выдадим его властям, Орден восстановит свое доброе имя.

– Нет! – протестующе вскричала Эллин. – Что же вы делаете? Эовин сказала, что вы поможете, что я могу доверять вам! – Ее голос начал дрожать.

– Должно быть, вы Алин, – тихо произнес Гвидион. – Кайра говорила о вас.