Эльвира Суздальцева – Найди меня в Поднебесье (страница 46)
Вернулся сенгид и сгреб оставшихся мертвецов.
— А теперь слушай меня, — Арэнкин посмотрел на парня. Фануй не смог выдержать ледяного взгляда, чуть отвернул голову. — То, что ты здесь оказался — прискорбная случайность. Я мог бы подождать, пока ты уйдешь. Но решил, что ты должен это видеть, чтобы убедиться — опасаться нечего. Чтобы ты не навел панику в селении.
— Я не паникер! — возразил Фануй. — Мы бы отбились…
Арэнкин пнул по сугробу. Снег засыпал алое пятно.
— Так вот. Никто не должен услышать ни звука о том, что здесь произошло. Понял?
— Но…
— Без «но». Понял или нет?
— Да.
— Никто. В особенности, Елена. Не смей рассказывать ей о вопросах Найры. И упаси тебя боги хоть словом обмолвиться обо мне.
— Почему?
— Неужели твои делишки с бандитами не научили тебя держать язык за зубами и не задавать лишних вопросов?
Сенгид приземлился рядом с нагом, с чувством выполненного долга ткнулся носом ему в щеку. Наг потрепал его по голове. Поднял с земли кинжал Найры, придирчиво осмотрел, тронул лезвие.
— Ты как хочешь, а я, пожалуй, заберу. На память.
Фануй долго смотрел в черное небо, в котором скрылись летун и его всадник.
Глава 16. Бои за селение
Елена собиралась растапливать баню, когда мимо землянки промчался вазашек с криком:
— Карлики! Карлики! Беда!
Дворы пришли в движение. Из землянок выскакивали жители, вооруженные топорами, мотыгами и копьями. Елена схватила широкий нож, который наточила только утром, и самодельный лук. Мимо нее уже бежали Чаньунь с братьями.
К южной окраине селения подбиралась цепь карликов, чернеющая на белом снегу. Вот несколько уже перебрались через первый плетень, многие несли факела. Жители рассредоточились вдоль построек, пригибаясь к сугробам. Елена укрылась за забором, и первая выпустила стрелу. Раздался каркающий визг, один карлик рухнул в снег.
— Умница! — воскликнул Фануй, который залег неподалеку. Он приподнялся и метнул небольшой заостренный бумеранг. Второй карлик свел счеты с жизнью.
— Чтоб вас всех… — присвистнул парень.
За небольшой цепью на селение шло не меньше двух сотен вооруженных паразитов, которые, видимо, решили замкнуть его в кольцо.
— Фануй! — крикнула Елена, прицеливаясь снова.
— Чего? — парень подполз ближе.
Селяне осыпали карликов из укрытий дротиками и камнями. Особой меткостью они не отличались, но попадания были.
— Кто здесь главный?
— Вазашки!
— Что, все сразу?!
— Нет! Ценьан, он где-то здесь.
— «Где-то здесь!» Если они доберутся до построек, то разбегутся по всему селению через подземные ходы. Тут же никаких укреплений! Почему нет команды атаковать?!
Тут, точно в подтверждение, в шаге от нее прямо из земли появилась коричневая голова. Не успел карлик замахнуться, как голова уже летела, срубленная наотмашь. У Елены в запасе было не более дюжины стрел. Расстреляв их, она быстро поползла вперед по снегу, и тут же раздался вазаший клич неподалеку:
— Бейте их! Вперед!
И селяне со своим нехитрым вооружением бросились на карликов, за исключением тех, у кого еще оставались метательные орудия. Сразу стало ясно, что мирные крестьяне очень уступают хорошо вооруженным злобным карликам. Но было несколько десятков молодых проворных вазашков, вооруженных и отменно владеющих деревянными мечами с обсидиановыми лезвиями. Елена, оказавшаяся рядом с Фануем, яростно работала ножом, и вдруг перед ними взметнулся вихрь снега, земля захолмилась, и появилось бесформенное существо высотой в два человеческих роста. Земляного цвета, оно более всего походило на гору камней.
— Камнелюд! — в ужасе завопил Фануй.
Еще в нескольких местах земля вздыбилась, и камнелюды пошли-покатились на селение, швыряясь крупными валунами. Вазашки бросились на них, оставив карликов на растерзание жунам и людям. Один из карликов достиг жилой постройки и метнул факел на крышу. Жилище загорелось.
Елена выхватила у убитых карликов два смолистых факела, подожгла их и кинула один Фаную. Они зашли с двух сторон от камнелюда, и Елена схватилась за острый торчащий камень, подтянулась, вспрыгнула на другой камень, ударила факелом внутрь, на манер копья. Изнутри раздался неясный гул. Фануй нашел уязвимое место снизу, и тут камни стали перекатываться, точно решили жерновами зажевать нападающих.
— Фануй, сено! — закричала Елена.
Парень уже бежал к стогу сена, подцепил, сколько мог, вилами, и швырнул под камнелюда. Елена подожгла сено тлеющим факелом, спрыгнула, ухватив несколько камней. Камнелюд затрясся, загудел, повалился. Тут подбежали вазашки, и буквально распинали горящее чудище на осколки.
Но карлики продолжали упорно теснить селян. Общий гул перекрывали четкие команды Ценьана. Вазашки уничтожили еще двоих камнелюдов. Елена увидела Чаньуня, который сражался сразу с группой карликов тем манером, которым так поразил ее на Осеннем празднике. Над его головой по навесу полз еще один враг и раскручивал над головой болас. Она подхватила с земли дротик и на бегу метнула его в карлика. Тот упал прямо в кучу других нападающих. Чаньунь подмигнул Елене и расчетливыми ударами топора прикончил двоих разом. А она уже выбрасывала руку с ножом наперехват роговому острию. Боль ударила в висок, и по лицу потекла горячая струйка. Елена яростно отерла ее свободной рукой.
Многие селяне были ранены и отползали в укрытия. Часть карликов сгрудилась в клин.
— Бойцы! Ко мне! — раздался пронзительный голос Ценьана.
Вазашки с мечами быстро выстроились. К ним примкнул десяток мужчин, туда же устремились и Елена с Фануем. По команде они ринулись на карликов, взламывая их строй. Вазашки перегрызали крепкие шеи сверкающими зубами. Одиночных карликов закидывали дротиками жуны из укрытий. Наконец, мелкий народец начал отступать с бешеными визгами. Бойцы растянулись в цепь и гнали их до самой опушки леса по сугробам. Там не более пятнадцати спасшихся карликов нырнули в только им известные норы.
Сражение кончилось. Жуны торопливо заливали горящие постройки. Селяне перекликались друг с другом. У многих были тяжелые раны, но, к счастью, убитых не насчиталось ни одного. Раненых уносили и уводили в дома, карликов собирали в груду. Елена подняла заточенный рог, чтобы осмотреть, тут кто-то взял ее за плечо.
— Храбрая женщина! — сказал Ценьан.
— Спасибо, — ответила Елена. — Но оборона у вас хромает…
— У нас мало бойцов, — отвечал вазашек. — Селяне не привыкли убивать.
— Пора бы научиться, с такими опасностями. А вы привыкли?
— Мы обучены на Севере. Мой сын сейчас там.
Они шли обратно в деревню. Ценьан сощурил глаза-бусинки:
— Ты мне знакома, женщина. Мы встречались?
— Я уже месяц в гостях у Чаньуня. А вот и он…
— Ты молодец! — подоспевший Чаньунь сгреб ее в охапку.
— Мы в расчете! — засмеялась Елена.
— Вспомнил! — не отставал Ценьан. — Ты ведь была на Осеннем празднике.
— Было дело, — ответила Елена.
Ценьан хотел продолжить диалог, но вдруг небо осветила яркая вспышка. За лесом в воздухе возник небольшой огненный зонт и тут же рассыпался.
— А это еще что за… — начал Фануй.
— В укрытия!!! — страшным голосом завопил Ценьан. — Маскируйте жилища! Вооружайтесь! Бойцы, взяться за оружие! Нежить!!!
Селяне разбегались по своим жилищам, затаскивали внутрь лестницы и укрывались в подземных ходах. Бойцы с Ценьаном во главе устремились в прямоугольные землянки с четырех сторон селения. Здесь располагались охранные посты.
Единственной встречи с нежитью Елене хватило, чтобы не задавать вопросов, а припустить во весь дух. Но не с селянами, а с бойцами. Она оказалась в одной землянке с Ценьаном и Фануем. Еще десятка три вазашков и людей запрыгнули внутрь. Вход плотно закрыли.
— Женщина! — зарычал Ценьан. — Ты должна быть дома. Это работа бойцов!
— Я боец! — рявкнула Елена, сверкая глазами. — Ты сам только что видел!
Ценьан отступил под ее напором. Они затаились в землянке, сжимая оружие.
— Вы никогда не выходили против них? — шепотом спросила Елена Фануя.
— Никогда, — отвечал тот. — Это бессмысленно. Мы надеемся только на чутье стражей. Нам самим не справиться. Вот почему полезли карлики — они тоже чувствуют приближение нежити и бегут от нее. Тш-ш-ш!..