Эльвира Суздальцева – Найди меня в Поднебесье (страница 15)

Гирмэн поморщился.

— Ты опять принимал какую-то дрянь?

— Только вчера.

— А эффект виден сегодня. Как будто тебя стервятники поклевали. Нежить тебя забери, ты что, ранен? — он проследил за тем, как Арэнкин, шипя сквозь зубы, хватается за бок.

— Плевать. Царапина. И она почти прошла благодаря неустанным заботам одной премилой бандитки. Не мечи в меня молнии, брат. Я предупреждал. Надо было приказывать Шахиге!

Они оторвались на некоторое расстояние от отряда.

— Не он, а ты был со мной сто лет назад и… в последующие годы. Он не приносил человеческие жертвы.

— Пора бы научиться, — бросил Арэнкин.

— Только ты сможешь установить нужную эмоциональную связь. Тебе удалось добиться согласия от того медиума. Ты знаешь, что и зачем мы делаем. Я доверяю только тебе. Я хочу, чтобы ты отправился со мной на Совет. Возникнет много вопросов.

— Как прикажешь, вождь Огима-Гирмэн! — язвительно ответил Арэнкин. — Только не пойму, зачем ставить в известность Совет.

— Не до конца. Расскажем только часть. В любом случае, в обряде должны принимать участие представители каждого народа. Тайно это не сделать.

— Не считаешь, что кто-нибудь захочет отнять у тебя право проведения обряда? Уверен, Нару спит и видит, как он равняется с богами.

— Я же сказал. Только часть…

Меандры, индейские слова, лексика малочисленных народов… Елена надеялась, что книги дадут хоть небольшой намек на то, где она находится. Откуда-то ведь она знает те слова, которые здесь используют. А она выучила их по записям и исследованиям других людей. Да что далеко ходить, речь, схожую с жунской, можно услышать, завернув в какой-нибудь медвежий угол на Земле. Провалилась во времени? Другой мир? Но солнце и луна над этим миром чередовали ход так же, как и над Землей. Мало того, всем известные Млечный Путь и Большая Медведица находились на своих законных местах. Только были несравнимо ярче и прекрасней.

Тяга к письму и книгам, постоянное времяпрепровождение в библиотеке, долгие разговоры со старым Веуросом как нельзя лучше подтверждали легенду Елены. У самого взыскательного лучника не могла бы возникнуть мысль, что девушка, целыми часами спокойно просиживающая над книгами, изучает историю отнюдь не из праздного интереса. Ей казалось, что вот-вот, и…

В одной книге она нашла описание войны, произошедшей восемьсот лет назад. Автор книги рассказывал, как наблюдал за битвой с вершины холма в сопровождении нескольких товарищей. И утверждал, что именно ему, а не кому-то иному принадлежит решение исхода сражения. А все потому, что некий правитель перед битвой преподнес ему богатый дар…

Елена захлопнула книгу и почти отбросила ее, будто та могла ужалить. Сердце колотилось. Она чуть приоткрыла ставню, несколько раз вдохнула.

Ей было знакомо описание этой войны. Восемьсот лет назад это было. Восемьсот лет…

Духи. Духи, которые помогают людям. Эфемерные силы, души природных стихий.

Духи, которые приходят на Землю по призыву людей. Они могут помогать или препятствовать. Они могут жить на Земле среди людей, в человеческом облике. Они общаются с людьми.

«И покидают их, инсценировав собственную смерть…»

Духи… Она представила похожую на кору кожу лучников, их кошачьи светящиеся глаза. Вспомнила жунов, точно вросших в плодородную землю. Лагдиана, который разговаривал с деревьями и движением руки создавал легкий ветер… Все они — духи, олицетворение сил природы.

«Если ты был духом, прожившим среди людей, почему открылся именно мне и только при смерти? Вот я, здесь, в Поднебесье. Если ты жил на Земле, то и здесь должен помнить о ней. Но это доступно не каждому. Четим рассказывал про медиумов. Ты можешь быть одним из них».

Она нашла книгу с кратким описанием современного Бохена. В середине книги художник изобразил простой двухэтажный дом. Подпись гласила, что здесь содержатся сумасшедшие, которые опасны для общества, поэтому в дом не пускают никого, даже родственников больных. Как и обмолвился Четим, туда могли входить только правители или их поверенные, имеющие особое разрешение. Это место носило название «Дом Медиумов». Елена скептически сощурилась, разбирая меандры.

«Как бы опасны медиумы ни были, такие предосторожности не будут предприниматься против обычных больных людей».

Между тем, Осенний праздник приближался. Он сверкал в горящих глазах юных лучниц, переливался в нетерпеливых звуках музыкальных инструментов, разрастался в гирляндах из живых цветов… Праздник бил вверх серебряными струями фонтанов и очаровывал ароматами сентябрьских фруктов. Праздник расцветал ожиданием и нетерпением.

Лесной Чертог преображался с каждыми часом. Его увивали цветочные лианы, разноцветные птицы выводили свои трели, заглушая яростные споры музыкантов и препирательства меж собой поваров. Умеющие говорить с дождями лучники выстраивали радужные анфилады. Покровители деревьев ваяли из стволов и ветвей причудливые фигуры, не обломав при этом ни веточки. Умытые ливнями, позолоченные осенью, листья драгоценностями сияли повсюду. И везде слышался шепот. «Огни… птицелюды… ох, что же они устроят!.. Мы им покажем!.. А вино! Цветочное вино!.. А что ты станешь делать?.. О, прибудет Бхати! Несравненная!..» и так далее, и так далее…

Принца Лагдиана буквально осаждали лучницы разного положения и возраста в надежде, что он выберет кого-нибудь из них в качестве спутницы. Но вечером перед прибытием гостей Лагдиан подошел к Елене и предложил ей сопровождать его на празднике. Девушка заколебалась, но Лагдиан поспешил рассеять ее сомнения, и они заключили нечто вроде дружеского соглашения. Лагдиан не желал выбирать в спутницы ни одну из лучниц, но в одиночестве выходить на праздник считалось неправильным. Елене было на руку сопровождать лучника, занимающего высокое положение, ведь она не имела понятия ни о ком из ожидаемых гостей.

Наконец, долгожданный день настал. Гости традиционно прибывали после полудня. Эмун в серебристо-зеленом платье стояла на ступенях у главных ворот Чертога — она встречала гостей первой, как и подобает королеве. По бокам площадки перед воротами выстроились знатные лучники. В ветвях деревьев расположились музыканты и просто желающие взглянуть на прибытие гостей. Также здесь присутствовали молодые лучницы, в том числе, Имра, готовые помочь гостям распрячь лошадей и разобрать поклажу.

Елена сгорала от любопытства. Лагдиан ухитрялся приветственно улыбаться и одновременно вполголоса отвечать на ее вопросы о тех, кто входил в ворота.

Первыми явились муспельхи, схожие с прихотливо оторванной полосой стремительной вулканической лавы, которая протекла по дороге и разлилась во дворе. Они въехали верхом на огненно-рыжих лисах, под стальными доспехами щеголяли одеждой свободного покроя, переливчатой, от белого, желтого, оранжевого до багрового, кровавого цветов. Многие облачены в плащи, точно сшитые из живого огня, острия позолоченных шлемов у мужчин венчали развевающиеся ленты. Прекрасные женщины без головных уборов, в полупрозрачной одежде, со свободно вьющимися длинными темно-рыжими волосами. Смелые декольте и обнаженные руки обильно усыпаны массивными золотыми украшениями. Ноги почти у всех босые, перехвачены на щиколотках драгоценными браслетами. Волосы и бороды мужчин разных оттенков меди, сверкают на солнце не хуже доспехов. Огромные лисы мягко переступают лапами и фырчат. Необыкновенные всадники восседают на них легко, едва касаясь руками шерсти на загривках. Лица огненных людей смуглые, с яркими, широко раскрытыми глазами. Все они громко переговаривались и смеялись, многие показывали вызолоченные зубы. От них шел ощутимый буйный жар, который усиливался тем, что муспельхи, скачущие по бокам, держали в руках подожженные факела и причудливо, непрерывно крутили их. Все вместе это сливалось в пламенную феерию, слепило глаза, завораживало.

Но вот мужчина и женщина, которые мчались впереди всех, одновременно подняли руки с тяжелыми рукавами до пола, и наступила тишина. Все муспельхи разом спрыгнули наземь со своих лис. Они оказались среднего роста, крепко сбитыми. В руках главари держали тонкие золотые жезлы, увитые лентами. Из наверший жезлов вырывалось живое пламя, замирало на миг и рассыпалось искрами. Волосы женщины, собранные в две тяжелые косы, доставали до ее щиколоток, на голове сияла золотая корона с дорогими камнями. Доспехи мужчины парадные, позолоченные, богато украшены драгоценностями и чеканкой.

Едва ноги муспельхов коснулись земли, как лисы ринулись прочь в ворота, и быстро разбежались по лесу рыжими светящимися огоньками. Королева Эмун сделала шаг навстречу гостям.

— Приветствую вас в Лесном Чертоге в первый день Осеннего праздника, великий Нару и несравненная Бхати, вожди народов Огня!

— Приветствуем тебя и твой дом, Эмун, владетельница Востока! — мелодичным голосом ответила женщина, изысканно приседая и глядя при этом правительнице в глаза.

— Пусть благоденствие никогда не покидает ваши края! — бархатисто подхватил мужчина, чуть склоняя голову.

В сопровождении молодых лучников муспельхи сверкающим потоком прошли через ворота чертога, снова послышался их смех и громкие голоса во внутреннем дворе.

— С ними не соскучишься, но они непредсказуемы, — улыбался Лагдиан. — Им подвластна часть силы Огня столь же разрушительной, сколь и необходимой.