Эльвира Иванцова – Во власти Великого Архитектора (страница 2)
Собравшись с мыслями, я понял, что обязан немедленно помочь приятелю, хотя меня терзали десятки вопросов. Кто преследует его? Во что ввязался товарищ? Что за документы он прячет?
Я буквально ломал голову над этими загадками, так и не сумев сомкнуть глаз до самого утра.
Глава 2
На рассвете, побросав в портфель сменную одежду и только самое необходимое, я на первом же поезде отправился во Францию. Сидя в купе, я пребывал в трансе, не зная вовсе, чего ждать. Это были самые долгие три часа в моей жизни. Пейзажи за окном сменялись один за другим, пока я не отключился от накопившейся усталости.
Очнулся я уже в Париже. Меня вырвал из забытья резкий голос из громкоговорителя. Чтобы не привлекать лишнего внимания, я купил кепку у торговца на перроне и отправился на поиски такси. Я интуитивно чувствовал, что за мной следят весь путь от вокзала, однако упорно старался гнать от себя эти мысли.
Не изменяя принципам, я решил остановиться в гостинице «InterContinental». У входа постояльцев встречал услужливый дворецкий – мужчина средних лет, одетый с иголочки в фирменную форму. Его гладковыбритое лицо сияло до безобразия. Он галантно проводил меня к стойке регистрации и передал в руки администратору, стройной шатенке с ослепительной белоснежной улыбкой.
Я попросил девушку предоставить мне самую скромную комнату. Однако ожидания мои рухнули, когда швейцар распахнул передо мной дверь в поистине роскошные апартаменты. По всему номеру расстилался огромный кремовый ковер, а с потолка свисали хрустальные люстры. Свод был украшен изящной лепниной, а на стенах красовались зеркальные панели в обрамлении изящных бра, идеально сочетавшихся с остальным интерьером.
Помещение состояло из гостиной и спальни. В первой располагались обеденный и журнальный столы, диван, два кресла и тахта. Во второй – шикарная двуспальная кровать с балдахином, прикроватные тумбы и трюмо.
Несмотря на почти полное отсутствие сил, я не стал задерживаться в отеле и сразу же отправился на квартиру к товарищу. Там меня уже ожидала Сюзетта.
Миловидная женщина лет тридцати пяти, со взбитой фигурой и белокурыми вьющимися волосами, была одета в черное платье с накрахмаленным белым передником и казалась встревоженной. Ее янтарные, слегка раскосые глаза бегали по сторонам. Служанка, активно жестикулируя, сообщила, что уже все рассказала полиции, и те пообещали связаться с ней в ближайшее время.
– Вы все правильно сделали, – попытался я ее успокоить, видя, как бедняжка трясется.
– Боже мой, сэр, я так переживаю! Как бы с господином Беккером не случилось чего дурного, – лепетала она, вся раскрасневшись.
– С ним все в порядке.
– Как?! – воскликнула Сюзетта, почти теряя сознание.
– Мадемуазель, успокойтесь, – сказал я, едва успев ее подхватить, и усадил в кресло. – Питер со мной уже связался. Он в полном здравии.
– А когда он вернется?
– К сожалению, я не располагаю такой информацией. Однако у меня к вам будет еще одна просьба.
– Конечно! Я к вашим услугам, – она широко улыбнулась.
– Мистер Беккер просил забрать кое-что из его библиотеки. Вы не могли бы меня туда провести.
– Хорошо, сэр.
Приободренная добрым известием, женщина мигом исполнила мою просьбу. Оставшись один в помещении, я сразу обратил внимание на царивший там беспорядок. Было очевидно, что Питер собирался в спешке.
Надо признаться, его кабинет больше напоминал музей. Полки, заставленные книгами и всевозможными безделушками, привезенными им из разных уголков мира, занимали почти все пространство. Среди них я узнал средневековую маску из Венеции, золотую икону из Италии, фигурку индийского божества и несколько древних бытовых предметов из Египта.
Не теряя времени, я принялся за поиски ключа от сейфа. Тот, как и предполагалось, оказался в черном конверте в самом нижнем ящике массивного письменного стола. Сам сейф скрывался в стене за картиной. О его местоположении я узнал из письма: указание «за рекой» означало пейзаж Сены, нарисованный на полотне, о чем не трудно было догадаться.
Тайник имел простой кодовый замок. А вот ключ к разгадке, по словам Питера, как-то был связан с Лиссой – самым ценным в его жизни.
Я почти не сомневался: паролем наверняка была дата рождения дочери товарища. Я отлично ее знал, ведь каждый год отправлял девушке поздравительную открытку. Подобрав шестизначную комбинацию и провернув ключ, я услышал щелчок – дверь отворилась. Быстро сложив несколько папок в портфель, я вернулся к Сюзетте.
Она услужливо предложила мне чай и закуски, и я не смог отказаться – из-за стресса я ничего не ел почти сутки. К моему удивлению, служанка подала круассаны, французский сыр и варенье – угощения, которые я очень люблю.
На столе я также нашел свежие газеты и бегло пробежался по заголовкам. Не найдя ничего стоящего, я откинулся в кресле и задумался, глядя в окно, откуда открывался живописный вид на набережную.
К слову, квартира Питера располагалась на первом этаже старого дома в центре города. Мне она всегда казалась немного вычурной, но уютной. Светлый паркет поскрипывал под ногами. На стенах висели диковинные панно в позолоченных рамах, а в центре гостиной лежал пестрый ковер ручной работы, на котором стояли дубовый обеденный стол и несколько стульев из бука.
Мое внимание привлекли замысловатые гобелены, торжественно возвышавшиеся над кирпичным камином. На них были изображены тамплиеры – давнее увлечение друга. Беккер коллекционировал все, что было связано с темой крестовых походов. Мои размышления прервала Сюзетта, нарушившая тишину совершенно внезапно:
– Завтра возвращается госпожа Лисса, – пролепетала она, собирая пустую посуду. – Стоит ли мне рассказать ей о том, что произошло с мистером Беккером?
Вдруг я вспомнил, что девушка заканчивала выпускной курс в Сорбонне. В последний раз я видел ее мельком, проездом, еще на зимних каникулах.
– Думаю, нет смысла скрывать от нее правду, – сказал я, допивая остывший травяной чай, который успел отнять у служанки.
Напиток слегка успокоил мои нервы.
– Пожалуйста, попросите госпожу Беккер зайти ко мне. Я остановился в отеле «InterContinental», – добавил я, теребя край скатерти, чтобы занять непослушные руки. – Я ей все сам объясню.
– Хорошо, господин Паскаль. Будьте уверены, вы можете на меня положиться. Надеюсь, вы скоро навестите меня? – поинтересовалась она, скорее из вежливости.
– Вероятно, – сухо ответил я, потирая напряженно виски.
Я решил, что пробуду в Париже до тех пор, пока не решу все вопросы.
Глава 3
Вернувшись в гостиницу, я сразу же принялся изучать содержимое портфеля. Среди вещей оказался личный блокнот друга, топографические карты и ветхие пергаментные дневники, исписанные латынью. Каждый лист был помечен в правом верхнем углу особым знаком, напоминавшим астрономические символы небесных светил: Солнца, Луны и некоторых созвездий.
В блокноте Питера было много пометок, которые я бегло просмотрел в надежде что-то понять. Мой взгляд остановился на последних страницах, где товарищ выписал несколько известных имен. Среди них были Моцарт и Гёте. Сперва я не догадывался, что именно связывает этих великих людей, пока не добрался до истины, оказавшейся на поверхности. Все они были членами тайного общества.
Но что мне было известно о них? Вольфганг Амадей Моцарт, знаменитый австрийский композитор, вращался в высшем обществе, много путешествовал и пользовался огромным влиянием, его благосклонности искали многие монархи. А вот немецкий писатель Иоганна Вольфганга Гёте обладал не только несравненным литературным талантом, но и огромным интересом к философии и эзотерике.
Что же касается заметок приятеля, то они выглядели следующим образом:
«
Затем я приступил к детальному изучению топографических карт, которые также нашел среди бумаг Питера. На них я обнаружил несколько пометок:
Ознакомившись с данными, я едва улавливал смысл прочитанного. Мои познания о масонах на тот момент не выходили за рамки обычного библиотечного справочника: я знал, что члены братства уделяют особое внимание ритуалам, вере и символике, обладают сложной системой степеней и должностей и неуклонно следуют собственным законам, описанным в древних манускриптах.
В тот момент я чувствовал: ответ где-то рядом, на поверхности, но в одиночку во всем этом не разобраться. Оставалось только надеяться, что друг при встрече все объяснит. Но где его теперь искать? Выйдет ли он на связь? И что я скажу его наследнице?