Эльвира Иванцова – Во власти Великого Архитектора (страница 1)
Эльвира Иванцова
Во власти Великого Архитектора
Пролог
Секреты масонов будоражат умы многих людей уже не одну сотню лет, а прикоснуться к их тайнам мечтают не только обыватели, но и ученые. В малоизвестных источниках говорится, что начало этому движению было положено в конце XVI – начале XVII века, однако так ли это на самом деле?
По одной из версий, сообщество основал узкий круг лиц во времена тамплиеров. Вопреки разным мнениям, его главной миссией являлась и по сей день служит благотворительность, а также нравственное совершенствование, требующее огромной веры в Великого Архитектора Вселенной.
Сами масоны склонны себя называть эзотерическим братством. Так или иначе, эзотерика в этом вопросе имеет немалое значение. Ведь все те многочисленные знания и мистические сведения, которые в ней скрыты, недоступны всеобщему обозрению и передавались только посвященным ученикам.
Сколько потаенных знаний скрыто от человечества? Как бы они пролили свет на наше существование, и как бы поменялась жизнь, узнай мы все это?
Дочитав книгу, возможно, вы измените свое отношение ко многим вещам. Прошу не торопиться с выводами по мере ознакомления, ведь я и сам до конца не уверовал в реалистичность произошедшего.
В данном рассказе я в подробностях объясню, как мне довелось увлечься авантюрой, которая в дальнейшем полностью повлияла на мою жизнь, судьбу и мировоззрение.
Глава 1
Мое расследование началось с череды довольно странных обстоятельств. Не могу сказать, что я не был рад оказаться в водовороте столь загадочных событий, но во всем этом было что-то из ряда вон выходящее.
Первая неожиданность поджидала меня в обычный июньский день в Амстердамском университете, когда учебный год почти подошел к концу. Я принял последний экзамен на кафедре истории, после чего меня срочно вызвали в деканат. Речь шла о якобы важном звонке. Однако, когда я подошел к аппарату, тот встретил меня лишь короткими отрывистыми гудками, а затем связь прервалась. На вопрос, кто меня потревожил, молоденькая секретарь лишь невинно пожала плечами, заявив, что мужчина отказался представиться.
«Что за бестактность?» – возмутился я про себя и, с раздражением прикрыл глаза, вдохнув полной грудью.
Решив, что звонивший ошибся, я попросил девушку больше не беспокоить меня по пустякам и вернулся в свой кабинет.
На старенькой дубовой двери с потрескавшимся лаком красовалась именная табличка с надписью «Паскаль Гренель, профессор-историк». Уже много лет я трудился в одном из лучших европейских учебных заведений, параллельно занимаясь поиском древних артефактов.
Вернувшись в свою обитель, где проводил времени больше, чем дома, я опустился в кресло-качалку – его мне подарил ректор из-за многочисленных жалоб на больную спину.
Я засмотрелся в окно. По улице повсюду сновали студенты. Самые ответственные штудировали конспекты, расположившись на скамейках вдоль сквера, другие же лениво дремали на лужайке в тени, предвкушая каникулы. А влюбленные парочки, облюбовавшие места у фонтана, вообще не думали об учебе.
Погруженный в мысли о предстоящем летнем отпуске, я не сразу заметил новое письмо в электронной почте. Отправителем значился мой друг, Питер Беккер, доктор археологических наук. В послании он коротко упомянул, что в его руки попали редкие документы, связанные с христианскими реликвиями. Никаких других подробностей он не стал раскрывать.
Сказать, что я был заинтригован, – значит, ничего не сказать. Я незамедлительно попытался связаться с товарищем, но его телефон был отключен, а безжизненный голос робота в трубке утверждал, что абонент недоступен.
Ничего не оставалось, как умолять приятеля о свидании в ответном письме. Ситуацию осложняло то, что Питер находился во Франции. Связаться он смог со мной лишь спустя время, и мы договорились о встрече не раньше следующих выходных. Уже тогда меня насторожило его поведение.
В оговоренный день Беккер так и не появился в назначенном месте, что было для него совершенно несвойственно. Несмотря на репутацию человека известного в определенных кругах, он всегда отличался особой учтивостью и пунктуальностью.
Тем не менее, на смену моему возмущению быстро пришел страх, а по возвращении домой посетили крайне тревожные мысли. Тогда я решил позвонить другу в его парижскую квартиру. К телефону подошла служанка Сюзетта.
– Добрый день, мадемуазель! – я обреченно вздохнул. – Будьте так добры, позовите к телефону доктора Беккера.
– Простите, но господина нет дома, – отозвалась она. – Это срочно? Кто его спрашивает?
– Это профессор Гренель. Мы договорились о встрече сегодня в Амстердаме, но Питер не пришел, – я машинально прокашлялся. – Скажите, когда вы видели его в последний раз?
– О, мистер Паскаль, я вас не узнала, – выдержав паузу, продолжила та. – Господин Беккер сегодня утром собрал вещи и должен был выехать к вам. Он сказал, что успеет на самый ранний поезд. А вы не пробовали ему позвонить на мобильный?
– Конечно же, пробовал, – хмыкнул я. – Но его телефон недоступен.
В трубке повисло тягостное молчание.
– Не знаю, что и сказать… – была обескуражена Сюзетта. – Возможно, его что-то задержало! Не стоит беспокоиться.
– Хорошо, – ответил я обнадеженно, попытавшись придать голосу бодрости. – Но если вдруг он появится, пожалуйста, сразу же дайте мне знать.
Повесив трубку, я отчаянно прождал товарища до глубокой ночи, но он так и не появился. Если бы я не знал о педантичности и скрупулезности Питера в мелочах, то мог бы подумать, что он встретил кого-то, засев в местном пабе. Но друг никогда бы так не поступил, не предупредив о смене планов. Эта мысль выбивала из колеи. Казалось, что стены собственного дома на меня давят.
Я прилег на тахту у трюмо и бесцельно скользнул взглядом по комнате. На стене висели несколько картин, привезенных мной из командировок. На комоде стояли старые фотографии. Одна из них была сделана еще во времена студенчества. На ней мы, счастливые, позировали с Питером на фоне «Порше», подаренного его отцом. Этот снимок всколыхнул во мне ностальгию.
Вспомнив снова о друге, меня одолела тоска. Чувство паники стремительно нарастало, отчего я решил освежиться. Прошел в ванную комнату, засунул голову под холодные струи воды, умылся и взглянул в зеркало. Оттуда на меня смотрел уставший мужчина с потрепанными, слегка посидевшими на висках, темно-русыми волосами. Серые, как ледяные глыбы глаза, казались совершенно стеклянными.
Я вернулся в гостиную, принял добрую порцию снотворного и, немного успокоившись, уснул, наивно полагая, что утром ситуация сама прояснится.
Впрочем, этого не случилось. Когда я обнаружил, что проспал до обеда, то вспомнил события вчерашнего дня и с тяжелой головой вновь выпал в осадок. Ничего не оставалось, как снова позвонить в Париж. Долгие гудки заставили меня насторожиться, но вскоре на том конце провода все же ответила Сюзетта:
– Алло! Слушаю вас!
– Добрый день, мадемуазель. Это Паскаль Гренель… Скажите, доктор Беккер не появился? – обратился я к ней, не теряя надежды.
– Как? Значит, он так и не доехал до вас? – дрожащим голосом спросила она.
Сам не заметив того, как сжал руку в кулак, я глубоко вдохнул, пытаясь сконцентрироваться. Мне не хотелось еще больше напугать бедную девушку.
– К сожалению, нет, – выдавил я, сглотнув ком в горле.
– О боже, сэр! Что же мне делать?
– Сперва успокойтесь и попытайтесь взять себя в руки, – сказал я, невольно постучав пальцами по столу. – Вы должны будете выполнить одну мою просьбу.
– Конечно, сэр… Все, что угодно.
– Отправляйтесь сейчас же на вокзал и узнайте, выехал ли мистер Беккер. Сможете это сделать?
– О, да, не переживайте. Как только я выясню, то сразу вам сообщу, – послышался в трубке ее взволнованный голос.
Дав Сюзетте несложные указания, я планировал точно узнать, откуда стоит начинать поиски Питера. Но вестей от нее не было до самого позднего вечера. Все это время я в тревожном ожидании метался по кабинету, бессознательно прислушиваясь к шагам за дверью в надежде, что товарищ вот-вот появится на пороге. Однако чуда не случилось.
Где-то в половине десятого раздался телефонный звонок. Я мигом бросился к аппарату. Служанка звонила с уличного автомата, и ее было почти не слышно. Из обрывочных фраз я понял лишь одно: Беккер пропал еще на территории Франции. В голову тут же полезли самые мрачные мысли.
Осознав, что не могу сидеть сложа руки и полагаться на волю случая, я решил еще раз проштудировать нашу с Питером переписку. Я тщательно все проверил, но ничего нового не обнаружил. Сомнения мои еще быстрее улетучились, когда за полночь на электронную почту пришло письмо с неизвестного адреса. По мере его прочтения я испытывал странную смесь страха и облегчения.