Элси Сильвер – Безрассудный (страница 34)

— Конечно. Ей бы это понравилось. Думаю, она выйдет немного раньше. Останьтесь у меня.

Все продолжают есть пасту с креветками и лимоном, которую сделал Кейд. Большая миска салата из арбуза и мяты стоит посередине стола. Это идеальная летняя еда, и все здесь, чтобы принять участие.

Уилла, чьи проницательные глаза бегают между Тео и мной. Кейд, который управляет их дочерью Эммой и их сыном Люком, который едва поднял голову, чтобы запихнуть пасту в рот, как будто родители не кормили его несколько дней.

Слоан и Джаспер, которые могли бы есть с ней на коленях, насколько близко они сидят.

А Бо, который изо всех сил старается украсть у меня корону придурка, сидит напротив Харви во главе стола, крутит бутылку пива и сдирает этикетку. Не говоря ни слова.

Даже мама Слоана, Корделия, здесь. Все еще. Она переехала в безопасное место, чтобы остаться после того, как ушла от своего мужа-мудака больше года назад и просто... не уехала.

И то, как она говорит:

— Харви, тебе тоже нужен салат. Ты не можешь оставаться здоровым, питаясь только мясом и углеводами, — одновременно чопорно промокая губы и отводя взгляд, восхитительно.

Харви закатывает глаза и тянется вперед, накладывая себе несколько ложек фруктов.

То, что все продолжают подозрительно смотреть на Тео и меня, при этом так намеренно игнорируя то, что происходит между Харви и Корделией, сносит мне крышу.

— Это хорошо. Я бы тоже хотел с ней познакомиться». Вмешивается хриплый голос Харви, когда он смотрит на фрукты на своей тарелке, словно это его враг. И тут он выпаливает что-то, чему я не должен удивляться, но удивляюсь.

— Думаю она захочет потратить немного больше времени на то, чтобы узнать своего нового внука.

За столом становится тихо, слышно только, как Саммер роняет вилку на тарелку.

Кажется, время тянется, и это усиливается стуком моего сердца в ушах. Я собиралась что-то сказать, но пока не нашла подходящего момента. Я все еще собиралась с духом, пытаясь собраться с мыслями, а не просто выпалить это без всякого такта.

— Что? — говорит Харви, набив рот арбузом. — Прошло уже пару часов. Мы все так и будем сидеть здесь, притворяясь, что Тео не отец Виви? Я имею в виду, посмотрите на них.

Мои губы дергаются, а щеки горят.

Чертов Харви.

Тео спасает меня. Как всегда.

— Ну, мы с Уинтер много времени говорили о том, как поднять этот вопрос, но мне следовало бы просто оставить это тебе, Харв.

Слоан сидит прямо напротив меня, положив руку на грудь, притворяясь, что она потрясена. Благослови ее бог.

— Спасибо, — говорю я ей беззвучно.

Она качает головой и отмахивается от меня.

— Подожди. — Милый Джаспер выглядит искренне сбитым с толку. Я должна Слоан бутылку Buddyz Best lager за то, что она так тщательно сохранила этот секрет.

— Единственное, что я помню о вас двоих, это та забавная ссора, которая у вас была на подъездной дорожке».

— Да! — Глаза Уиллы загораются, когда она тычет пальцем в сторону Джаспера, ее голос полон энергии. — Это было хорошо! — И судя по тому, насколько запоминающейся эта стычка кажется всем остальным, я, должно быть, выставила себя настоящей дурой.

Харви презрительно фыркает.

— Да ладно. Вы что, дети, ничего не знаете? Вы когда-нибудь видели, как кот дерется с самкой?

Тело Уиллы напрягается от едва сдерживаемого смеха, а Кейд стонет и проводит рукой по бороде.

— Они начинают царапаться и кричать друг на друга...

— Папа, пожалуйста, прекрати—. Кейд упирается предплечьями в край стола, уставившись на свое блюдо.

— И тут, прежде чем ты успеешь... — Харви продолжает, не смущаясь.

— Папа—. Теперь даже Ретт пытается его остановить.

— Прежде чем ты успеешь что-то сделать, Харв? — Джаспер дает старшему мужчине последний необходимый ему толчок, игнорируя легкий шлепок Слоана по груди.

Харви пожимает плечами, как ни в чем не бывало.

— Не успеешь оглянуться, как они уже размножаются. Котята повсюду. Эта поговорка о кошках в течке не возникла из ничего.

За столом раздается хор стонов.

— Господи, помоги мне, — бормочет Бо. Но даже он, как бы ни был несчастен, не может сдержать губ, глядя на выходки отца.

Когда я смотрю на Тео, стоящего по другую сторону стульчика Виви, который разделяет нас, он прижимает ладони к глазницам, а его тело дрожит от безмолвного смеха.

— Серьезно, Тео? — Я шиплю на него, пытаясь казаться угрожающим, но смешок проскальзывает в моем голосе.

— Извините. Мне нужна минутка. — Он смотрит на меня, вытирая слезы с глаз, густые темные ресницы слиплись, и он качает головой в недоверии.

Я откидываю плечи назад и встречаюсь взглядом с блестящими карими глазами Харви на конце стола.

— Спасибо за объяснение, Харви. Когда Вивьен станет старше и спросит, как мы познакомились, я обязательно отвезу ее к вам.

— Нет, — вмешивается Кейд. — Не подкидывай ему никаких идей. Молодым, впечатлительным умам не нужна версия Харви Итона о птицах и пчелах.

— Мне кажется, когда дедушка рассказывал мне о птицах и пчелах, он использовал кроликов, — невинно добавляет Люк.

— Да. — Харви смеется. — Есть поговорка и о кроликах, знаешь?

Я вижу, как он слегка вздрогнул, когда его взгляд метнулся к Корделии, которая явно пнула его под столом.

— Но... — Его глаза оценивают большую группу людей, которые смотрят на него в разных состояниях веселья. — Это неподходящий разговор за ужином.

Люк, которому всего семь лет, усмехается, прежде чем сказать: «Да, папа потеряет его, если ты снова скажешь «трахаешься как кролики» при мне».

Его глаза округляются как блюдца, и он хлопает себя маленькой рукой по губам, словно может засунуть слова обратно.

Стул Кейда скрипит, когда он вскакивает и встает.

— Лукас Итон, снаружи. Сейчас же.

Люк опускает глаза и бросает Уилле игривую улыбку из-под челки своей новой более длинной прически.

— Ты тоже, Харви.

Вилла наклоняется через стол и громко шепчет:

— Чёрт, Харв, ты разозлил папу.

Губы Харви сжимаются, чтобы скрыть улыбку, когда он встаёт и выходит чтобы сын «поговорил».

— Я слышал это, Рэд, — кричит Кейд, выходя из задней двери без лишних взглядов.

Уилла обмахивается веером и вытаскивает Эмму из её стульчика и поднимает её на руки.

— Ну, это был интересный семейный ужин, мягко говоря.

— Ничего себе, — отвечает Ретт, пристально глядя на Тео, словно не может поверить в то, что вышло сегодня вечером. — Когда ты узнал об этом?

— Примерно неделю назад, — отвечает Тео.

Ретт переключает внимание на меня.

— Ты не сказала ему? Или кому-то ещё? Ты всё это время знал аи ничего не сказала?

В его голосе звучит недоверие, но также и обвинение. Конечно, он подумает обо мне самое худшее. Я могу сидеть за столом с этой семьей, но я не одна из них. Что бы я ни делала, они всегда будут относиться ко мне с оттенком подозрения.

Тео щелкает пальцами над столом, привлекая внимание своего наставника к себе. Он сменил выражение с удивленного на прямо-таки убийственное.