Элси Сильвер – Безрассудный (страница 28)

Я смотрю на него как полный идиот.

Тот прилив, который я испытала, когда он задрал мне платье на бедра, словно он разворачивал подарок. Его пальцы залезли мне в трусики, даже не колеблясь.

Я прочищаю горло.

— Больше похоже, что ты меня ждал, судя по тому, что я могла видеть на камере.

Он поднимает взгляд, глаза бегают, пока не останавливаются на маленьком квадрате с линзой в углу.

— Хорошо. Я рад, что у тебя есть система безопасности. Я собирался предложить установить ее.

Я прикусываю губу и моргаю. Почему он такой... милый?

Это нервирует. Люди никогда не бывают такими милыми, если им что-то от тебя не нужно. Это ненормально.

— Почему бы тебе просто не постучать или не позвонить в дверь?

Он пожимает плечами.

— Я не хочу снова ее будить.

— Я могу дать тебе свой номер.

— У меня он уже есть.

— Как он у тебя уже есть?

Он прочищает горло и говорит:

— Я ввел его в свой телефон той ночью.

Я моргаю.

— Той ночью?

— Той ночью. — Слово сочится намеком. Невозможно ошибиться, о какой ночи он говорит.

— Ты взял мой номер без спроса?

Розовый оттенок окрашивает верх его ушей, и у него хватает здравого смысла выглядеть немного раздосадованным.

— Я думал, что когда-нибудь мне это понадобится.

Я не знаю, что делать с его откровением, и, честно говоря, не чувствую себя готовым к этому. Я решаю двигаться вперед, оставляя все сложное дерьмо, которое находится в зеркале заднего вида.

— Так... ты просто собирался подождать здесь, пока я, что? Проверю почту?

Глубокий гул прокатывается по его груди, и он улыбается. Черт, его улыбка ослепляет.

— Я не знаю, Уинтер. У меня не было большого плана. Я взял тебе кофе и решил разобраться с этим.

Он протягивает мне одну руку, пар вырывается через отверстие в крышке.

— Приобрел в городе. Подумал, что тебе это может понадобиться так же, как и мне. — Уголки его глаз сжимаются, и я понимаю, насколько он устал. Его золотистая кожа имеет синие пятна под темными глазами, а щетина на его челюсти стала немного длиннее его обычной ухоженной щетины. — Это просто американо.

Он снова показывает мне чашку.

Я беру ее, понимая, что смотрю на него, гадая, почему он приносит мне кофе.

— Я не знал, что тебе нравится.

Я смотрю на крышку, почти плача от того, что он здесь. Несмотря на то, что я вчера вечером сбросил на него бомбу, он приносит мне кофе.

— Кроме текилы и позы по-собачьи — черт. — Он проводит рукой по своим идеально взъерошенным волосам. — Извини. Можешь что-нибудь сказать, чтобы я перестал неловко шутить, чтобы заполнить тишину?

Я смотрю на него сквозь затянутые пленкой глаза.

— Почему ты так добр ко мне?

Он хмурит брови, и на его лице появляется искреннее замешательство. Мне кажется необычным, как он носит свои чувства на рукаве, как каждая эмоция и мысль почти отпечатываются на его лице.

— Уинтер, я думаю, мы уже проходили это однажды. Ты все время ищешь у меня какой-то скрытый мотив, а его нет. Могу я войти? Я хочу увидеть...

Он замолкает и прочищает горло, словно ему все еще трудно произнести это вслух.

— Виви. Я хотел бы провести с ней немного времени и поговорить с тобой еще немного.

Кивнув, я отхожу в сторону и приглашаю его войти.

Для обычной встречи.

Деловой встречи.

Наблюдая, как Тео впервые обнимает Вивьен, я многое по-разному воспринимаю.

Во-первых, мне хочется броситься так же, как он сделал это вчера вечером.

Есть что-то глубоко подавляющее в том, как он смотрит на нее, пока ее маленькая ручка обхватывает его палец.

— Привет, малышка, — бормочет он. — Так приятно познакомиться.

Сладкий воркующий звук, который она издает ему в ответ, словно она ушла для этого мужчины, заставляет меня плакать. А я никогда не плачу. Это просто не мое. Это бессмысленно, и я всегда чувствую себя уставшей и опустошенной после этого — не лучше.

Но когда я вижу, как он становится эмоциональным, просто глядя на нее, держа ее в своих объятиях так естественно, это поражает меня так, как я никогда, никогда не ожидала. Он встает и мягко подпрыгивает, направляясь к большому эркерному окну, выходящему на улицу. Он поворачивает их к своему двору.

— Вот где я живу. Прямо по соседству. Так что, если твоя мама разрешит, я могу приходить в гости время от времени.

Я сижу на табурете у кухонного острова и пытаюсь вспомнить, когда в последний раз я просто сидела и пила кофе, который был еще горячим. Не горячим из микроволновки, но по-настоящему свежим. Я чувствую, что нахожусь в этом постоянном цикле отсутствия конкретных дел на весь день, но день проходит чертовски быстро.

Готовлю, убираюсь, сплю, развлекаюсь, прижимаюсь, кормлю грудью, общаюсь. Кажется, это должно быть легко. Я работаю в хаосе, чтобы заработать себе на жизнь, но это намного сложнее.

Именно поэтому я не могу, хоть убей, объяснить, как мое тело реагирует на вид передо мной. Тео уже был чертовски горяч, а Тео с ребенком на руках еще горячее. Если он выйдет на публику с Вивьен, то ему будет брошено больше кисок, чем уже.

И почему-то это заставляет меня иррационально ревновать.

— Посмотри, какая ты красивая. — Солнце освещает лица Тео и Вивьен тем же теплым золотистым оттенком. — Ты выглядишь так же, как твоя мама.

Вивьен смотрит на него и хихикает, тянется маленькими ручками к щетине на его щеках, визжа, когда она царапает ее ладони.

— Блядь, — бормочу я, моргая быстрее, чем крылья колибри, пытаясь обжечь язык кофе, чтобы получить что-то менее мягкое и ненормальное, над чем можно было бы плакать.

Я видела, как Ретт обнимает ее миллион раз, и никогда не было так.

Нет, это все Тео.

— Тебе хорошо спалось? — спрашивает он, поворачиваясь ко мне лицом.

Вивьен смеется и продолжает проводить руками по его лицу. И черт, я даже не могу ее винить.

— Да, — лгу я. — Тебе?

— Не особенно. — Его лицо приобретает более торжественное выражение, когда он снова смотрит на нее сверху вниз. — Итак, что заставило тебя выбрать Вивьен?

Я делаю глоток горячего кофе. Да, еще кофе. Почему я такой эмоциональный? Мне нужно запереть это дерьмо, прежде чем я вернусь на работу через несколько месяцев. Если я буду плакать, сообщая людям плохие новости, мне лучше уйти.

— Эм... — Я окидываю взглядом комнату, чувствуя, что могу стать сильнее, если мне не придется смотреть на них. — Это значит «живой» и, ну... она заставила меня снова почувствовать себя живой. Она выжила, когда мой предыдущий ребенок не выжил. И это было похоже на хорошее взрослое имя, понимаешь? Как будто она могла бы стать премьер-министром с таким именем это.

Тео радостно напевает и улыбается Вивьен.