Элси Сильвер – Безрассудный (страница 30)

— Я знаю. Ты должен меня ненавидеть. И это нормально. Я думаю, в глубине души я тебя не виню. Может, мне стоило сойти с ума и рассказать всем. Быть более злобной, понимаешь? Я пыталась меньше заморачиваться, и это вышло как-то эффектно.

— Уинтер, я тебя не ненавижу. — Его голос тихий, но уверенный, но я все еще не могу заставить себя посмотреть на него. — Ты сделала много. Ты сделала более чем достаточно.

— Ты должен это сказать, потому что я мать твоего ребенка.

— Я...

Я поднимаю руку.

— Я знаю, что ты бы не подписался на отцовство. Но я... действительно этого хотела. Не то, как это произошло, может быть. Я имею в виду, насколько банально рвать презерватив? Но ребенок? Тео, — мой голос ломается, — я действительно хотела ребенка. Я ни о чем не жалею.

— Что заставляет тебя думать, что я этого не хочу?

Я позволяю своим глазам скользить по прекрасному мужчине на моем диване, с нашей малышкой на сердце.

— Не на этом этапе твоей жизни. И не со мной. Тебе никогда не убедить меня в обратном.

Его черты лица оживает, в глазах вспыхивает стальной блеск.

— Что заставляет тебя думать, что я не хотел бы этого с тобой?

Я усмехаюсь, снова смахивая слезу.

К черту мою жизнь и все эти слезы.

— Извини, я никогда не плачу.

Улыбка касается его губ.

— Да, я это вижу.

— Заткнись. — Я снова провожу пальцем, отворачиваясь и глядя в окно.

— Мне кажется, я пропустил много первых моментов, Уинтер. Это то, что я собирался сказать. Я чувствую себя чужаком, но не хочу. Хотел бы я быть там, чтобы увидеть, как она растет. Увидеть, как ты растешь. Присутствовать при родах.

Я фыркаю.

— Уилла сняла очень наглядное видео. Я могу показать тебе как-нибудь.

— Мне бы это понравилось.

— Это не сексуально. — Я смотрю на него с подозрением, и он морщит бровь. — Это испортит любые прекрасные воспоминания о моей вагине, которые у тебя могут быть.

— Нет. Это невозможно. Из-за этих воспоминаний мое правое предплечье больше левого.

Я закатываю глаза и сдерживаю смех.

— Тебя невозможно удержать.

Он усмехается.

— Да.

— Я счастлива, что ты рядом, Тео. Я бы никогда, никогда не держала тебя от нее. После того, в чем я выросла, я просто хочу, чтобы она была окружена такой большой любовью. Понимаешь?

— Конечно. Мы на одной волн. — Его голос, его слова — они как крепкие объятия. Они мгновенно заставляют меня чувствовать себя лучше.

Виви шевелится, привлекая наше внимание, и несколько мгновений мы оба просто... детские взгляды.

— Нам скоро придется рассказать людям.

— Да, — говорит он грубым голосом. — Я уже сказал маме. Надеюсь, это нормально.

— Что она сказала? — Паника просачивается. Боже, что эта женщина должна думать обо мне?

— Что мне нужно наверстать упущенное. И что она не может дождаться, чтобы увидеть тебя.

— Виви, ты имеешь в виду? Да, это будет мило.

Он смотрит на меня.

— Нет, Уинтер. Ты. Она не может дождаться, чтобы встретиться с тобой. — Он снова становится серьезным, и мне хочется поежиться под его пристальным взглядом.

— Это должно быть интересно. — Я смеюсь. — Надеюсь, она не слишком разочарована.

Но Тео не следует его примеру. Вместо этого он хмурится на меня.

— Я мог бы, черт возьми, похоронить того, кто заставил тебя поверить, что ты так непривлекательна, как ты, кажется, думаешь.

Я встаю и провожу по переду своих джинсов, разглаживая невидимые складки.

— Да, ну, у меня были годы, чтобы наслаждаться этим чувством, так что я не думаю, что похороны кого-либо помогут.

— Посмотрим, — ворчит он, и вибрации в его груди достаточно, чтобы заставить Виви открыть глаза.

— Хорошо поспала, Виви? — спрашиваю я, мой голос меняется на более мягкий.

Она зевает, напрягая тело, когда она вытягивается, как счастливая кошка в солнечном луче. У Тео есть способ заставить девушку почувствовать себя так, когда он обращает на нее свое внимание.

Я знаю. Я помню.

Она наклоняет голову, и она смотрит на Тео.

— Привет, малышка.

Эта «малышка» в его глубоком голосе погубит меня. Я просто знаю это.

Она улыбается, почти застенчиво, и тянется ко мне. И надо отдать ему должное, Тео не колеблется. Он передает ее, и я вздыхаю, когда прижимаю ее к груди.

Перерыв был приятным, но облегчение от того, что она снова в моих объятиях, необъяснимо.

Тео толкает, чтобы сесть, и наши колени сталкиваются друг с другом, когда он двигается, поправляя рубашку.

— Тебе все равно следует носить слинг.

Он игриво закатывает глаза, прежде чем снова опуститься на нас.

— Я знаю, но это отстой. Я бы лучше подержал Виви. Отправь мне эту фотографию, ладно?

— Ладно. Запиши свой номер, прежде чем уйдешь.

— О да. Я просто сначала напишу тебе.

Он толкает, чтобы встать, и его промежность оказывается прямо на уровне моего лица. Мои щеки горят, потому что я знаю, что находится по ту сторону этой молнии. И я знаю, что он может с этим сделать.

Я включила порно в ванной, но, честно говоря, ничто не сравнится с той ночью. Это фантазия, к которой я возвращаюсь каждый раз.

— Зачем ты взял мой номер? — Я смотрю на него, пока Виви хватает за вырез моей рубашки самым неуловимым образом.

Тео улыбается мне сверху вниз.

— Я же говорил, что вернусь за еще одним выстрелом, и я имел это в виду.

В голову приходит мысль, которая выхватывает весь воздух из моих легких. Это иррационально.

И это ревность. И я достаточно неуверенна, чтобы выпалить это прямо.

— О, боже мой. У тебя есть другие дети от других женщин? Ты так много ездишь. Ты и так хорошо с ней справляешься. У тебя могут быть мамы-малышки повсюду.