Элси Сильвер – Беспомощный (страница 49)

— У вас, ребята, был долгий путь.

— Так и было.

Долгий — это даже не начало его скрывать. Улыбка дергает уголок ее губ.

— Я всегда задавалась вопросом, когда вы двое заметите друг друга.

Я поворачиваю голову к ней.

— Прости?

— Ты и Джаспер. Вы оба так долго были влюблены друг в друга. Я видела эти объятия. Плюс, я видела выражение его лица в тот день, когда я впервые проболталась о вашей помолвке. А в день вашей свадьбы? — Она фыркает. — Я думаю, он искал повод ворваться туда и вытащить тебя. Бедный эмоционально заторможенный идиот.

Я просто моргаю, в голове роится жужжание.

— Он не эмоционально заторможен.

Я всегда бросаюсь защищать Джаспера, несмотря ни на что.

Вайолет бросает на меня косой взгляд.

— Да, он такой. Я вышла замуж за одного из них, так что я их узнаю, когда вижу.

— Подожди, — говорит Надя. — Разве вы не кузены?

Мира машет пальцем туда-сюда.

— Нет. Он приемный брат.

Я вижу улыбку Нади в зеркале заднего вида.

— Бля. Это горячо.

Я стону, но не успеваю вставить ни слова, прежде чем Билли вставляет.

— Тебе следует его трахнуть.

Я не могу не смеяться. Мое тело трясется от этого, потому что этот сценарий слишком силен. Эмоции слишком сильны. Я в бреду.

Вайолет тоже смеется.

— Билли, это всегда твой совет.

— Я пыталась, — говорю я из-за рук, потому что, прячась, признаю, так кажется легче. — Он сказал, что нам нужно сначала поговорить.

— Но что-то случилось? — Вайолет не может скрыть своего любопытства.

Она всегда была болтливой девушкой.

— Да. — Я опускаю руки, уставившись на крышу грузовика. — Что-то случилось.

Билли задумчиво мычит позади меня. Как будто она собирается дать глубокий совет.

— Тебе следует потребовать, чтобы он тебя трахнул.

Я фыркаю, и на моих глазах появляются слезы другого типа.

Это хорошие слезы, которые появляются от смеха и попыток сдержать его. Я смотрю в зеркало заднего вида на заднее сиденье.

— У меня это сработало, — говорит Мира с кошачьей улыбкой на губах.

— Фу. Не рассказывай мне такие вещи о моем брате, пожалуйста.

Надя отворачивается и смотрит в окно, на ее лице выражение преувеличенного отвращения.

— Ты можешь сделать то, что сделала я, и просто свести его с ума, пока он не сорвется.

Билли снова заговорила.

— Нет. Вытащи Вайолет. Просто пошли ему обнаженку.

Вайолет не смущается заявления Билли, как она могла бы сделать в молодости. Вместо этого гордая улыбка коснулась ее лица, когда она ехала по заснеженной дороге, пока мы не подъехали к Neighbor's Pub, самому захудалому бару и винному магазину, который я когда-либо видела. Мигающая вывеска рекламирует «ХОЛОДНОЕ ПИВО И ВИНО!!!»

Восклицательные знаки и все такое.

Это кажется подходящим тусклым для обновленной версии меня, над которой я работаю.

Мне это уже нравится.

— Или просто сделай то, что я сделала, и заставь его так ревновать, что он потеряет разум, постучит в твою дверь, а затем ударит тебя о кухонную стойку, — добавляет Билли.

Я смеюсь сильнее, как и все остальные, и тепло мерцает в моей груди. Я бы хотела иметь такую дружбу в своей жизни. Думаю, я могу иметь ее с Уиллой и Саммер.

Когда мы вываливаемся из грузовика, настроение становится легче от шуток о моей горячей неразберихе в личной жизни и пылающего пожара в мусорном баке дружбы, отношений, влюбленности на всю жизнь, превратившейся черт знает во что, я спрашиваю:

— Как думаешь, здесь продают лучшее пиво Buddyz?

— Да, черт возьми, они это делают, — кричит Билли через плечо, открывая деревянную дверь.

Вдруг я больше не чувствую себя так плохо из-за всего.

Все, кого я люблю, в безопасности и довольны. У Вайолет здесь счастливая маленькая команда. Они нашли Бо. Между Джаспером и мной сейчас непорядок, но… это мы.

Мы всегда каким-то образом снова оказываемся вместе.

Нам просто нужно перестать бороться с этим.

Муж Миры, Стефан, приготовил нам большой изысканный обед.

За ужином все в просторном доме Билли и Вона явно разделяли мое чувство облегчения.

Вон отпускал шутки, которые значительно подняли настроение.

Коул и Гриффин были тихими, но дружелюбными.

Чувство семьи между всеми друзьями согревало мое сердце.

Вино лилось легко, как и разговор.

Окна столовой выходят на нетронутую ферму, и все дети разместились в огромной, утопленной гостиной, пока на экране все еще идет фильм Диснея.

Там уютно и комфортно, и я могу сказать, что эта группа людей часто собирается вместе. Между ними есть уровень комфорта, в котором мне хочется свернуться калачиком, но я все еще чувствую себя немного отстраненной от всего этого. Я все еще здесь чужак.

Это просто не Честнат-Спрингс.

Я все время поглядываю на Джаспера, сидящего напротив меня, желая увидеть его улыбку, желая увидеть его облегченным и счастливым после недель наблюдения за ним опустошенного вида.

Сегодня он не носит кепку, и поэтому так легко увидеть каждое выражение, которое касается его лица. Я хочу знать, что он в порядке, но я все равно быстро отвожу взгляд, когда его глаза встречаются с моими.

Мои щеки горят, а позвоночник покалывает, и мой мозг погружает меня в прошлую ночь, когда он скользнул пальцами между моих ног и заставил меня кончить сильнее, чем когда-либо.

Я рассказала ему так много, а он мне так мало. Он все еще сдерживался, и это ранило. Я всегда чувствовала, что я его человек, его безопасное место, где он может выплеснуть все, но в последние пару дней мне пришло в голову, что он все еще держит так много под замком.

Он не рассказал мне всего, и это не должно иметь значения. У всех есть эти секреты, я полагаю.

Но это так. Я хочу знать. Я всегда хочу быть тем человеком, который знает о нем больше всего. Это всегда было единственной вещью, которая у меня была с ним, на которую не может претендовать ни одна другая женщина.

Я могу не знать его тело. Я могу не запомнить все его татуировки. Но я знаю его сердце. Я близко знакома со всеми его частями, которые он дал мне за эти годы.