Элси Сильвер – Беспомощный (страница 11)
— Привет. — Голос Слоан тихий и неуверенный позади меня.
— Откуда ты знаешь, что я здесь? — Я не оборачиваюсь, чтобы посмотреть на ее голову, высунутую из окна. Я все еще замерз, и это не имеет никакого отношения к тому, как холодно сейчас.
— Трудно забыть наши ночи здесь, если честно.
Она не ошибается. Наши ночи, проведенные на крыше, были одними из лучших в моей жизни. Обычно они начинались как худшие ночи, но потом она присоединялась ко мне, и они мгновенно становились лучше.
— Я также чувствовала холодный воздух из коридора.
Я хрюкаю, не в настроении разговаривать. На самом деле, я чувствую себя полностью опустошенным.
— Тебе холодно, Джас?
Я пожимаю плечами, не заботясь о том, холодно ли мне. Я слишком занят представлением всех ужасных вещей, которые могли бы случиться с моим братом.
Он сказал мне, что скоро уйдет из армии. Конечно, он всегда так говорил. И каждый раз мне хотелось ему верить.
Мы все ненавидели его за то, что он отправлялся в армию — казалось, что статистика больше не складывалась в его пользу. Как будто он слишком много раз выходил безнаказанным. Как будто он был слишком солнечным и глупым, и вселенная в какой-то момент отнимет у него это.
Я слышу, как Слоан вылезает из окна своей гостевой комнаты. Комната прямо рядом с той, где я провел свои подростковые годы.
Я собираюсь сказать ей, что хочу побыть один, но когда она накидывает одеяло мне на плечи и плюхается рядом, прижимаясь ко мне, мое тело выдыхает, о чем я даже не подозревал. Она прижимается ко мне, вся пушистая и успокаивающая. Ее сладкий запах доносится до моих ноздрей. Пахнет кокосом и глазурью на кексе.
Заставляя себя смотреть на темные поля, я игнорирую ее присутствие. Пока не вижу уродливого мультяшного бассет-хаунда, подтолкнутого к моему лицу.
— Пей. — Это не вопрос. Это приказ.
Я качаю головой, чувствуя себя больше, чем когда-либо за последние годы, травмированным подростком.
— Давай. Я обезвожена из-за слез в душе. Пожалуйста, не заставляй меня пить в одиночку. Бо не одобрит.
Я фыркаю, но за этим следует оскорбленный, причитающий звук. Звук шмыгания Слоана — единственный ответ. Мы не смотрим друг на друга.
— WWBD, — говорит она, уверенно кивая.
— Прости?
— Что бы сделал Бо? Мы оба знаем, что он выпил бы пиво.
Я уверен, что если я даже взгляну на нее, я сломаюсь, поэтому я открываю дурацкое пиво Buddyz Best Beer и делаю большой глоток.
— Это на вкус как дерьмо.
Она пьет, и краем глаза я вижу, как она кивает.
— Соответствует дню. Дерьмо — это тема.
Я хрюкаю в знак согласия.
— Ты не ошибаешься.
Ее плечо упирается в мое, но она не отстраняется.
Она прижимается ближе, натягивая на себя то же лоскутное одеяло, которое мы использовали в детстве. И, как и в детстве, она не тыкает и не подталкивает. Или пытается заставить меня рассказать о моих чувствах, о которых я никогда не просил.
Она просто рядом.
— Как ты думаешь, он умер? — выпалил я, пытаясь скрыть свой страх, выпив еще пива. Это вопрос, который крутился у меня в голове последние пару часов. Тот, который я не хотел озвучивать, но он все равно выскочил из меня.
Я рискую взглянуть на Слоан, чтобы посмотреть, как она отреагирует на мой темный вопрос. Но, как обычно, она не уклоняется от моей темности — в конце концов, она моя Санни. Она прогоняет темноту, просто оставаясь собой.
— Я думаю… — Она катает банку между ладонями, создавая громкий хруст в тихой ночи. — Я думаю, это не тот тип энергии, которую я хочу выпустить во вселенную для него прямо сейчас.
Сдавленный смешок грохочет в моей груди, и она тычет локтем мне в ребра.
— Я серьезно! Ты идешь на игру, думая, что проиграешь? Или ты представляешь, что выигрываешь? Я одержимо прокручиваю танец в голове перед выступлением, но не позволяю себе увидеть промах или спотыкание. И я собираюсь отнестись к этому так же. — Она кивает, мелкие изящные черты лица сжимаются в решительное выражение. — Если Бо там, ему нужна наша хорошая энергия. Он слишком… — Одна рука вращается перед ней, пока она ищет слово. — Я не знаю. Он больше, чем жизнь. Он не сдастся без боя. Я верю в него.
Непролитые слезы щиплют мне глаза. Больше, чем жизнь. Он такой. Решительный. Неумолимый. Этот ублюдок не принимает «нет» в качестве ответа. И где бы он ни был, я надеюсь, что он сейчас тоже не примет.
Я наклоняюсь к Слоан, и она кладет голову мне на плечо. Не знаю, как долго мы сидим в дружеской тишине, просто глядя в окно. Никаких звуков, кроме прерывистого уханья совы, странного дуновения воздуха коровы и тихого ржания лошади.
— Я люблю луну в такие ночи, — бормочет она. — Она заставляет все казаться почти серебряным. Она заставляет все светиться.
Задрав подбородок, я смотрю на небо, полное кремово-белых звезд, которые местами так густо, что они кажутся одеялом. Это напоминает мне, как мы стояли перед стейк-хаусом, и я не мог увидеть ни одной звезды в совершенно ясную ночь.
После нашей ссоры я поехал в Честнат-Спрингс и провел ночь в одном из небольших домов, которые купил в городе.
Сегодня я слишком облажался, чтобы куда-то идти, но есть часть меня, которая не хочет спать в своей детской кровати.
Сейчас это кажется слишком. Это кажется слишком реальным.
Тело Слоан тяжело вздыхает, и мне интересно, как она себя чувствует после того дерьмового дня, который у нее тоже был.
— Мне жаль насчет Стерлинга, — говорю я, не имея этого в виду.
— Не вешай мне лапшу на уши, Джас.
Тихий смешок срывается с моих губ.
— Ладно. Мне жаль насчет твоей свадьбы.
Она снова вздыхает, ее маленькие плечи поднимаются и опускаются от такой усталости.
— Мне нет.
Ее прямой ответ застает меня врасплох.
— Нет?
— Нет. Провести всю жизнь босиком на кухне в качестве миссис Вудкок звучит чертовски ужасно. Я бы предпочла быть босиком грязном винном магазине с тобой.
Я хочу смеяться, но меня пронзает ревность. А затем облегчение. Облегчение от того, что она не пошла по этому пути.
Облегчение от того, что она сидит здесь со мной. Потому что, как бы я ни ломал голову, я не могу вспомнить ни одного другого человека, с которым бы я предпочел быть после этой новости.
Я чувствую, как она дрожит рядом со мной, и поворачиваюсь, чтобы поцеловать ее в макушку, но ее волосы мокрые и холодные.