Эльмира Шабурова – Герцогиня тьмы (страница 6)

– Бывало и хуже. Помнишь Леогос? Мы тогда мокли в болотах в течение двух недель. И ты тогда выглядела вполне довольной, помнится, все ягодами нас прикармливала! – пробурчал Стил.– Просто признайся, что ты не хочешь возиться с этим… как его там…

– Ганн Ко Адейро, по-моемому, – сказал Сергей. Он шел рядом со мной и всем своим видом показывал, насколько ему безразличен какой-то там Ко.

Несмотря на всю нашу выносливость, несколько дней почти без сна и постоянная сырость сказались даже на наших магических способностях. Мне все время казалось, что за нами кто-то следит. Это раздражало и действовало на нервы не хуже, чем камушек в ботинке.

– Да, я действительно не хочу с ним встречаться. Вообще это задание как-то не очень сочетается с нами, не наш это уровень, – призналась я, а про себя подумала: «Мы ему вообще не нужны, он владеет магией мгновенного переноса».

– Действительно, роль швейцара нам еще не приходилось выполнять, – пробормотал Мартин, оглядываясь по сторонам.– Но меня больше волнует наш маршрут возвращения, он полностью пролегает через территорию, контролируемую Броли…

– Побеспокоимся, когда придется с ним встретиться, а сейчас лучше скажи, командор души моей, скоро будет этот портал? Я уже от усталости не могу себя контролировать, и поток контролируемой местности тоже совсем испортился. Мне все время кажется, что за нами кто-то пристально следит, – произнес Стил, и все напряглись.

– Ты тоже это чувствуешь. Кто еще чувствует слежку? – Все молча подтвердили присутствие, и это присутствие тут же исчезло.

– Не нравится мне все это! Кто мог так хорошо владеть магией и мгновенно учуять, что мы его обнаружили? – Гарана сканировала местность, но ее щуп ничего не нашёл. – Не знаю, кто это мог быть, но следил он издалека. Лучше прибавим шагу. До портала еще час пути, если я не ошибаюсь.

Этот самый час пути оказался самым тяжелым. Ветер сдул с гор туман и превратился в небольшой ураган. Когда мы поднялись на площадку перед пещерой, где находился портал, ветер начал сдувать с вершин гор снег и мелким режущим ливнем сбрасывал его на нас.

До открытия портала оставалось полчаса, и мы устроились в пещере поудобней. Развели огонь, занялись сушкой вещей и приготовлением еды. Я же связалась с транспортом и сообщила о нашем прибытии к месту назначения. Пилот оповестила, что погода на всей территории повстанцев резко ухудшилась и нам придется самим добираться до самой границы.

Погоду, к сожалению, контролировать мы не могли, и потому нам ничего не оставалось, как приняться за очистку узора портала. Вставив энергетический кристалл в центральную выемку, мы приготовились к передаче энергопотока с другой стороны портала. В точно назначенный момент раздался звон, будто бы разбили сотню зеркал, в пещере возник объемный узор, а над узором образовалась светящаяся точка. Она разрасталась, и в ее центре стали видны стены помещения, выкрашенные в виде узора портала. Когда отверстие между мирами стало достаточно большим для перехода из того мира в наш, сделав всего один шаг, появился мужчина.

Я его сразу же узнала! Но тогда он был генерал-майором и, видимо, за это время помог разрушить немало миров и планет, раз дослужился до столь высокого звания.

Портал за его спиной закрылся, и я подошла, чтоб доложить ему об обстановке, но он только отмахнулся от меня.

– Вольно, штабс-капитан, вы не на плацу. Как скоро мы сможем двинуться в путь? – поинтересовался он, явно недовольный тем, что увидел в пещере.

– Сэр, мы были в пути несколько суток, из них последние двое суток мы не спали и не ели, и нам необходим отдых. – Я сама не могла поверить, что осмелилась такое заявить герцогу-командору, и мои товарищи смотрели на меня как на самоубийцу.

– Вам всегда делали слишком много поблажек! – Герцог высказал свое недовольство ледяным тоном, и все же он согласился с моими доводами и снизошел до нашего костерка.

Когда среди нас не было посторонних, мы не вспоминали об уставе и вели себя, как компания молодежи, вырвавшейся из-под опеки родителей, но при командоре приходилось вести себя как положено, и отдых был испорчен. Каждый попытался найти себе укромное местечко, подальше от герцогских глаз, мне же ничего не оставалось делать, как составить компанию нашему «подопечному».

Взяв наши порции ужина, я села рядом с ним и протянула ему его одноразовый пакет с одноразовой порцией армейской пищи. Я искренне пыталась сделать вид, что увлечена едой, хотя увлечься ею невозможно вообще, особенно если ешь эту так называемую еду в течение восемнадцати месяцев. В то же время я пыталась аккуратненько прощупать эмоциональный настрой командора ко мне и обнаружила нечто необычное: он интересовался мною не как солдатом, а как женщиной. А ведь по всем базам, во множестве миров и планет ходили упорные слухи, что его интересуют только звания и титулы, а вовсе не женщины. Для Дракерианцев высшего происхождения вообще было нехарактерно проявлять подобные эмоции к своим солдатам!

– Я чувствую ваш интерес ко мне, – сказала я неожиданно для самой себя, и он сразу же заблокировался. – Что вас так заинтересовало?

– Я пытаюсь понять вашу необыкновенную красоту, – солгал он и заглянул мне в глаза, ожидая найти в них мою реакцию на явный комплимент.

– Зря стараетесь, я иногда сама не понимаю саму себя, – солгала я в ответ, но, не дождавшись продолжения игры, добавила: – Но ведь есть еще что-то?

– Отдыхайте, вы устали, вот вам и мерещится всякое. – Командор устроился поудобней у стены и стал с аппетитом есть солдатский паек.

Не став настаивать, я взяла свои вещи и, устроившись у самой дальней стены, попыталась избавиться от мысли, что в его интересе ко мне было что-то странное.

«Предчувствия, предчувствия, мучители мои», – прошептала я и, доверившись своему энергетическому пологу, перекрывавшему даже самые маленькие проходы в пещеру, уснула.

И все же, перед тем как уснуть, я снова попыталась заглянуть в голову герцога, но он заблокировался настолько сильно, что преодоление блокировки становилось опасным.… Разбудило меня ощущение, что кто-то на меня смотрит, я сразу же проверила энергетический полог и, убедившись, что смотревший находится в пещере, открыла один глаз и увидела герцога, глядящего на меня как-то тошнотворно-пристально.

– Почему вы не спите? – спросила я.

– Не спится, – прошептал он и, добавив немного хвороста в огонь, снова посмотрел на меня. – Скажи, тебе когда-нибудь хоть один Дракерианец говорил, как ты красива, по нашим меркам.

– Да, был один еще до войны, – сказала я и почему-то поняла, что не боюсь говорить с командором искренне, он меня больше не пугал. – Тогда вы еще не были победителями, а были пришельцами, приносящими много хорошего в наш мир. Он был моим другом. Он погиб. В него стрелял какой-то ненормальный на празднике города.

Герцог резко встал и посмотрел на меня так, как будто я его ударила или оскорбила. В его глазах, и без того черных, проснулись дьявольские силы, из-за сильных эмоций его барьер слегка ослаб, и меня обдало сильнейшей ненавистью.

– Так ты действительно та самая?! Из-за тебя погиб Недев! Он отрекся от семьи и наследства и не послушал меня, когда я его предупреждал о готовящемся покушении на этом дьявольском празднике. Ты, наверно, была счастлива, когда его застрелили! – прошипел он, глядя мне в глаза.

– Да какое вам дело, была я счастлива или нет?! – вспылила я, оскорбленная подобным обвинением. И хотя где-то в глубине души я понимала, что меня специально заставляли раскрыться эмоционально, всё же не могла сдержаться. Тема покушения на Недева была для меня болезненной.

– Ваше звание и положение не дают вам права лезть в мое прошлое! – произнесла я.

– Недев был моим братом, и из-за тебя он погиб! Ему были важнее несколько минут с тобой, нежели собственная жизнь! – Командор выглядел так, как будто вот-вот набросится на меня.

Я отошла на несколько шагов, опасаясь, что герцог меня ударит, а я хорошо себя знала и на удар ответила бы ударом.

– Он все равно умирал и предпочел умереть от пули, нежели на больничной койке, – как можно спокойней произнесла я слова, которые поклялась никогда не произносить.– Космическая чума была для него позором и проклятием. Он боялся заразить кого-то из членов семьи и потому предпочел смерть от рук этого человека. Недев попросил меня быть рядом с ним, когда это произойдет, и я выполнила его просьбу. Вы знаете, что это для меня означает? – Я хотела добавить: «Это мой смертный приговор», но промолчала.

– Однажды ты тоже предпочтешь пулю…– прошептал потрясений Ганн Ко. В эту минуту он не притворялся и, похоже, забыл о том, зачем устроил всю эту сцену.

Слезы подступили к моим глазам, но я давно не позволяла себе подобной роскоши – расплакаться от обиды, как в детстве. Это действительно самая большая роскошь, особенно когда надо контролировать себя всегда и везде.

Сегодня я не смогла сдержаться, и, возможно, плата за несдержанность будет очень велика!

Схватив куртку, я выскочила из пещеры, не обращая внимания на недоуменные взгляды моих товарищей, смотревших на меня как на нечто незнакомое им.

Холодный порывистый ветер остудил горящее лицо, но не остудил моих мыслей.

«Глупая, наивная девчонка!» – ругала я себя.