Эльмира Шабурова – Герцогиня тьмы (страница 8)
Моя троица бесшумно воспарила к верхушкам деревьев и направилась к наемникам. Сверху хорошо были видны затаившиеся фигуры. Я подлетела к одному из них и аккуратно положила руку на его голову. Молниеносный удар энергии – и его воля полностью подчинена мне! Перелетая от одного наемника к другому, мы с легкостью заполучили сети в свои руки и передали группе, ждавшей внизу. Нижняя группа, расправив сети, на большой скорости пролетела над надземной частью ловушки и опустила сеть точно на цель. К сожалению, нам приходилось оставаться вблизи наемников, засевших на деревьях, контроль над девятью взрослыми людьми требовал максимально близкого контакта. Нам оставалось только наблюдать за тем, как сети опустились на тихо лежавших людей, которые сперва начали дергаться и кричать, а затем постепенно утихали, по мере того как на них действовал яд.
Мы приказали людям на деревьях перерезать себе глотки и отпустили их. Вернувшись на место, где мы почувствовали засаду, я осмотрела свою группу и поняла, что расчет Броли был верным: эта небольшая операция отняла у нас слишком много сил, а до края болот было еще сутки пути.
– А не спеть ли нам колыбельную? – прошептала я. Эта мысль пришла мне в голову из подсознания, как будто кто-то подсказал мне, как нужно действовать. В последнее время я вообще часто стала получать подобные подсказки…
– О чем это ты? – недоуменно спросила Гарана, и, судя по взглядам моих товарищей, они тоже ничего не поняли, только герцог, судя по его слегка прищурившимся глазам, похоже, знал, о чем я говорю.
– Здесь может быть еще десяток подобных ловушек, и к концу дня мы можем израсходовать всю энергию, но если вложить ее один раз и с максимальной пользой, в виде песни-заклятия, то мы расчистим путь до самых топей.
– Что ж, это не сложно! – поддержал меня герцог и начал напевать мелодию.
Первой запела Регина, затем Стил, и я почувствовала, а затем и увидела поток энергии, струящейся от нас. Мы запели все вместе, дабы заклятие не коснулось и нас.
Мы некоторое время летели над лесом, и лишь когда энергия в дисках начала иссякать, нам пришлось опуститься на мокрую землю возле самой топи.
И сразу же начались новые проблемы. Стил из-за утомления после управления дисками и своей невнимательности провалился в трясину. Вытаскивая его, Регина потеряла контроль над своей энергией и перерасходовала её, а герцог-командор умудрился упасть в ядовитые кусты, и уже через пять минут у него началось сильное раздражение на коже. Пришлось останавливаться на ближайшем сухом островке и заняться восстановлением сил, сушкой одежды и лечением пострадавших. Регина вошла в транс, чтобы восстановить энергетический баланс, Стил отсыпался, укутанный нашими куртками, а командор, взяв «универсальную мазь от ядов из моей аптечки, удалился за кусты и попытался самостоятельно нанести ее на свое тело.
Видя, как он мучается, я еле сдерживала смех, и, решив сжалиться над ним, взяла из его рук мазь и растерла по его спине…
Вся кожа герцога была испещрена шрамами, но они не уродовали его красивое и сильное тело, как и лицо. Медленными движениями я втирала мазь в кожу и чувствовала каждый шрам – образы, того, как они возникали на теле командора, один за другим являлись перед моими глазами, мне пришлось прекратить поток энергии от рук, и образы исчезли. Один из шрамов был особенно интересным: казалось, это медуза, въевшаяся в кожу и оставшаяся там навсегда. Увлекшись, я провела кончиком пальца по контуру шрама, отчего командор неожиданно вздрогнул и, обернувшись, посмотрел мне прямо в глаза. В первый миг он был готов убить меня, но его эмоции молниеносно сменяли одна другую, и я почувствовала что-то новое в его отношении ко мне.
– Это метка тракеза,– произнес он, будто извиняясь передо мной. Отвернувшись, он что-то скрыл от меня в потаенных уголках своей души, и эта двойная эмоциональность начинала меня раздражать, но на этот раз я готова была сдерживаться сколько угодно.
– Здоровые уродливые твари, – продолжал говорить командор, но я чувствовала, как он едва ощутимо прощупывает мою энергетическую защиту, ища слабое место. – Очень живучие, у них едкая слюна и язык, как у лягушек, они живут в мире Стело, и, как это ни удивительно, ими управляет женщина. Для нее они милые домашние зверюшки и очень хорошие помощники при охоте на сбежавших пленников. Однажды они охотились за мной, и я посадил одну из этих тварей на копье. Я был убежден, что она мертва, но стоило мне отвернуться, как её язык метнулся к моей шее. Мне удалось отклониться, я получил это напоминание о том, что никогда не надо поворачиваться к врагу спиной, если не уверен, что он действительно мертв…
– У Кобры тоже есть много шрамов, – вмешался в разговор полусонный Стил. – Но ее первый шрам появился не так эффектно. Сержант, занимавшийся нашей первичной подготовкой, всадил ей в спину огромный нож за то, что Кобра отказалась провести с ним веселую ночку.
Я всегда не любила, когда обо мне болтали так, как будто меня рядом нет, а тем более рассказывали вышестоящему начальству о моей личной жизни. И потому я готова была убить болтуна Стила.
– Заткнись! – прошипела я, но командор уже ухватился за эту тему.
– Так вот за что ты его убила! – смеясь, спросил герцог. – Оригинальный способ осаждать поклонников! Он знал об убитом мною сержанте, и, значит, просматривал мое личное дело!
– Ваша Светлость должны быть осторожны: наша Кобра имеет славу недотроги и зануды. Часто тот, кто пытается приударить за ней, оказывается в госпитале.
– Я сама выбираю себе партнеров, и замнем эту тему, солдат! Спать!– произнесла я, чувствуя, как иссякает моё терпение, и только что проснувшийся Стил мирно засопел.
– Иногда такое выкинешь, что аж самой жутко делается!– виновато улыбаясь, сказала я, старательно делая вид, что сама от себя такого не ожидала, а энергии было потрачено очень много.
Подобные проделки не доставляли мне удовольствия, особенно если это касалось моих друзей, и я всегда старалась контролировать себя. Сегодняшний же поступок мог привести не только к угрызениям совести, но и к тому, что великий герцог-командор мог догадаться: мои способности намного превышают те, что указаны в моем личном деле. Герцог мог приказать провести более тщательную проверку нашего энергетического уровня, а это на ближайшее время не входило в наши планы. Хотя за то время, что герцог провел с нами, мы наговорили как минимум на расстрел, и небольшая проверка нам уже была не страшна.
Самым же противным для меня было обнаружить на лице герцога торжествующее понимание. Он хотел знать, на, что я способна, и ослабевший Стил был податливой игрушкой в его игре со мной. Над моим ухом зазвучал бесовский голосок, шептавший: «Я же говорил, от нее
Но, с другой стороны, заговорило мое любопытство и неблагоразумие. Я хотела знать, что ему от меня нужно, и любопытство взяло верх. Я как всегда поддалась этому чувству. Демонстративно достав из рюкзака расческу, я распустила волосы и начала их расчесывать.
Герцог сбивал меня с толку. В нем было что-то, чего я не могла объяснить. Чувства, возникавшие во мне рядом с ним, я ни с чем не могла сравнить. Он явно был опасен для меня, и все же в его жизненной энергии было нечто, манившее меня, как огонь манит бабочку. Снова и снова я пыталась понять его действия, но суть ускользала от меня, и я понимала, что мне не хватает какой-то детали, чтобы сложить мозаику событий и сделать правильный вывод.
От герцога исходил аромат опасности, смертельной опасности, тайны, касающейся меня, и, будучи всего лишь молоденькой девушкой и однажды уже поддавшись неблагоразумию, я не могла свернуть с этого пути. Смотря на свое отражение в воде, я видела, как командор присел рядом со мной, и я почувствовала, как он пропустил прядь моих волос между пальцами.
– Твои волосы не соответствуют уставу, –услышала я удивительно нежный и тихий голос.
– Вы, Ваша Светлость, наверно, уже заметили, что мы вообще мало соответствуем уставу? Вы были правы: нам с самого начала слишком многое позволяли! А волосы… их многие пытались отстричь, но все терпели поражение, так что им всем снова пришлось сделать еще одно исключение.
– Ты злишься на меня?
Я напряглась и посмотрела в глаза герцогу, но они были черны, и понять их выражение было невозможно.
– Почему я должна на вас злиться? – Я тоже постаралась быть абсолютно спокойной, но это искусство управления эмоциями в последнее время давалось мне все хуже и хуже.
– Потому, что я обвинил тебя в смерти брата, потому что ты интересуешь меня больше, чем подчиненный мне солдат. И ты злишься, не зная, что привело меня в твой мир! – Он балансировал на грани правды и лжи, он был профессионалом в подобных играх, я восхитилась тем, как он твердо контролировал свою ненависть ко всему женскому роду.
– Меня не касается, что вас привело в наш мир. Возможно, мы вообще больше не увидимся. «Неподдающиеся» доставят вас к месту назначения, и у всех нас будет новое задание, а у вас – ваша работа, так что мы незначительны в судьбах друг друга.
– Ошибаешься: очень значительны! Брат заказал для тебя брачное кольцо, и, по нашим законам, я наследую ему во всем и должен на тебе жениться. Кольцо у меня, и, хочешь ты того или нет, мы стали мужем и женой – ведь, кажется, так у вас называют спутников жизни?