Эльмира Шабурова – Герцогиня тьмы (страница 5)
– Отступаем в горы! – приказал один из выживших подполковников, как только увидел нацеленное на нас дуло «Вопля дракона».
– Кобра, ты и твои головорезы прикрываете отход! – приказал он мне.
Мартин и Гарана облегченно вздохнули, в моих мыслях пронесся еле слышный шепот Натали: «Давно пора, мешаются только!» И мы все с облегчением смотрели на то, как выжившие курсанты и офицеры уходили через подземный ход. Стил взорвал тоннель, как только получил подтверждение того, что все ушли на безопасное расстояние.
– Наталья, встречаемся у нашего барака, – приказала я, и мы перебежками, отстреливаясь, начали передвигаться в глубь базы.
За нашими спинами взрывались мины-ловушки, указывая по секторам, куда продвинулись силы противника, а продвигались они очень активно и гораздо быстрее, чем мы думали. И я, наконец, почувствовала на себе силу «Вопля дракона». Он лишь слегка зацепил квадрат, в котором мы находились, и все же я почувствовала сильнейший удар в спину, от которого пролетела несколько метров, а затем мне показалось, что надо мной включили сотню стереосистем одновременно. Я потеряла сознание.
Открыв глаза, я заглянула в дуло старенького, потрепанного автомата. Молоденький повстанец, наверное, лет шестнадцати, смотрел на меня с торжествующей улыбкой: он не знал, кого держит на мушке, и был убежден, что он уже победил. Его разум абсолютно не был защищен, мой же был натренирован пользоваться подобной слабостью. Я слегка коснулась его мыслей и заставила испытать страх. Поначалу это было еле ощутимое чувство, и парень не понял, что происходит, но затем он начал терять над собой контроль. Страх становился сильней. Наконец, его руки задрожали, автомат упал на землю, и мальчишка, нелепо дернувшись, упал, больше не испытывая никаких чувств.
Не шевелясь, я попыталась связаться со своей командой; ответили лишь трое. Остальные были без сознания, но главное – все были живы. Где-то вдалеке раздавались редкие одиночные выстрелы. Нечто подобное я уже слышала, когда сама добивала раненых. У меня были сломаны два ребра и рука в нескольких местах, Гарана лежала в трех метрах от меня, пытаясь вытащить из бедра стальной прут. У остальных состояние было не лучше, а на регенерацию энергии не было. В том-то и заключалась сила «Вопля дракона»: он высасывал всю магическую энергию в радиусе километра. Необходимо было действовать быстро, но неожиданно моего сознания коснулась неизвестная энергия. Кто-то меня искал, но я не знала ни одного человека со столь мощной энергетикой. Эта мощь потрясла меня до глубины души, на какое-то время я просто захлебнулась в ней, и лишь спасительный гул боевых транспортных средств вывел меня из непривычного состояния полного ступора. Я смотрела, как боевые машины добивают не успевших отступить повстанцев, и пыталась снова почувствовать этого человека. Было в его энергетике нечто знакомое, даже немного родное, и все же абсолютно непривычное, иное!
Что я знала об извечном враге Дракерианцев? Почти ничего. Но этот враг сегодня предпринял попытку уничтожить меня, и это мне вовсе не понравилось. Одно дело, когда за тобой охотится не очень умный Броли, и совсем другое – если за мной охотится Броли, имея столь могущественного союзника!
Я лежала на полу перегруженного транспорта, вся израненная и не способная быстро залечить свои раны, и мне впервые за все время моей службы стало по-настоящему страшно. Предчувствия накатывали с такой же сильной болью, как и в детстве! «Перемены, перемены», – стучало у меня в голове кувалдой кузнеца, и я чувствовала, что этот кузнец кует мое будущее, которое впервые в жизни я не могла предвидеть.
Мы прибыли на северную базу «Чарджи», и нас встретили холодный воздух болот и странный аромат огромных пространств, так резко сменивший оковы гор. Даже в этом воздухе я чувствовала привкус скорых перемен, это чувство больше не покидало меня ни на секунду, раздражая и нервируя. Я надеялась в тишине и покое обдумать все то, что с нами произошло, но даже в госпитале мне не удалось найти время. Пришлось отложить решение этого вопроса, и на его место тут же встал другой вопрос.
С самого нашего прибытия на новую базу все пошло не совсем обычно: новое нестандартное задание на территории повстанцев, взрыв нашего барака и странный медальон, совершенно не обгоревший и не нагревшийся, как будто его кто-то специально оставил на месте взрыва…
Получив новый приказ, я вернулась в каморку, выделенную нам после взрыва барака, и увидела привычную картину полного нарушения устава: все валялись на койках и либо читали, либо мучили оружие полной разборкой и сборкой.
– Мы получили новый приказ! – сообщила я, падая на свою койку, – Отбываем на закате. Полная боевая готовность! Действуем на освобожденной территории.
– Ирия, на
– У меня важное свидание. Мы надолго? – Натали попыталась изобразить возмущение, но не очень старалась, и потому у нее ничего не вышло.
– Иногда у меня возникает чувство, что мы скоро добеспредельничаемся. Мы все-таки еще состоим на службе! – пробурчал Сергей.
Натали смотрела на меня умоляющим, невинным взглядом и улыбалась так трогательно.
– У тебя все свидания очень важные, но на этот раз придется отменить. На все дело уйдет дней десять, это в лучшем случае. Нас забросят в северный участок, там заболоченная местность пересекается с горной грядой, славящейся своими пещерами и ветрами. Будем встречать у портала особо высокопоставленную персону.
Видимо, мне удалось так передать интонацией свои чувства к этой самой персоне, что все сразу же заинтересовались.
– Вы даже не поверите, кого именно! – добавила я, и все собрались вокруг моей койки.
– Ну, не томи душу! – высказала общее мнение Гарана.
– Эта персона – не кто иной, как сам Ганн Ко Адейро! – Все смотрели на меня с нескрываемой тревогой.
– Надеюсь, повстанцы не встретятся нам на пути, и никто не сдаст герцога командора повстанцам? – Голос Гараны был напряженным, ей хорошо было известно, что мой брат давно охотился за головой герцога и что я с удовольствием помогла бы брату.
– По моим сведениям, повстанцы покинули пещеры две недели назад. Вдобавок мне очень интересно, зачем прибывает в наш мир специалист по первичной обработке еще не завоеванных миров. Неужели им мало шестидесяти пяти миров и планет? – сказала я, вынимая из-под своей подушки кем-то припрятанную конфету.
– Ирия, ты сама нам всегда повторяешь: они – фанатики войны, они всегда будут воевать! – прошептала Натали.
– Знаю я, знаю! Просто, когда речь заходит об Адейро, я начинаю нервничать и терять над собой контроль! От него будут проблемы! – ответила я подруге и, развернув конфету, сунула ее в рот. Стил хотел было возмутиться, но промолчал.
– Ну, если у тебя предчувствие, надо действительно подготовиться, – сказал Мартин, вставая с койки.
– Приступайте! – милостиво разрешила я.
– Да, командор! – гаркнуло пять мощных глоток, и все ринулись кто куда, демонстративно ничего не делая.
На самом деле нам готовиться было не к чему, наше снаряжение было готово всегда, но создавать магическое поле для «спецушей из спецпрослушки» мы должны были постоянно. Нашу бригаду прозвали «Неподдающиеся» по многим причинам, и проверять нас не перестанут никогда – слишком уж большая сила была заключена в наших нахальных и неблагонадежных телах. Поэтому командование взяло за правило перебрасывать нас с базы на базу, из мира в мир, зачастую не давая нам возможности даже смыть с себя гарь и грязь после очередного кровопролития. «Неподдающиеся» были готовы всегда!
И все же у меня из головы не выходила мысль о герцоге-командоре. Он покинул наш мир сразу же после той самой аварии, во время нашей обработки и я не успела получить о нем никакой информации. Предполагалось, что наш мир больше не нуждается в его услугах. Генерал-майор пошел на повышение и получил титул герцога-командора. Но он возвращался, и это был плохой знак, и не только для какого-то мира, но и для меня лично, уж это я знала точно!
На закате мы погрузились в малый транспорт и вылетели по направлению к северу. Пилоты явно нервничали, и их можно было понять: никто не любил залетать так далеко на территорию повстанцев. Мы же могли быть абсолютно спокойны: магический щуп Гараны ни нашел ни одного повстанца в радиусе пятнадцати километров, а я излучала энергетический сигнал, сообщающий всякому, что мы не враги, и никто не мог противостоять мне – по крайней мере, пока меня поддерживали Сергей и Мартин.
Спокойно высадившись на границе болот, предшествовавших горам, мы двинулись во тьму и сырость топей. Сначала мы мокли, с трудом прокладывая себе путь через трясину, затем мы мокли в предгорье под проливным дождем, который не прекращался в течение суток. Наконец, когда мы начали восхождение, дело довершил туман. Холод и постоянная сырость сильно изматывали и мешали подъему, и даже неугомонный Стил притих и шел молча.
– И какой идиот поставил врата портала в таком месте?! Терпеть не могу ни холода, ни тумана! – возмутилась я и с корнем вырвала ни в чем не повинный кустик.