Эльма Троу – Хроники Миринай. Месть королевы (страница 2)

Нора почувствовала, как ее рука сильнее сжала кинжал, надавливая на тоненькую шею лезвием. Парнишка оскалился, зашипел, как зверек, загнанный в угол.

— Дети всегда платят за ошибки родителей, — произнесла королева. — Как мне быстро найти артефакт? Я не могу терять время!

— На раскопках Айлерда мы обнаружили его по мощным выбросам магии. Он точно хотел, чтобы его нашли, — произнес Уитни, приближаясь.

Его лицо было мокрым от пота и крови. Он не сводил глаз со своего сына, держа руки перед собой так, словно он может сдержать кинжал Норы, не прикасаясь к нему.

— Эта магия ни с чем не сравнится. Эта магия чувствуется, как колючий привкус металла на языке, кажется, как будто пространство вокруг него содрогается и жжется. Эта магия другая, она кажется запретной и этим притягивает. Но эти всплески бывают так же редки, как солнце на западе и даже иногда опасны. Артефакт может показывать видения.

Сознание Норы начинало меркнуть, но она все еще пыталась ухватиться за то, что видела и слышала.

— Надеюсь, ты сказал мне правду, — произнесла госпожа.

Она выпустила Азула из рук, и тот ринулся к отцу.

— Ты нес ответственность за артефакт и должен был передать его любой ценой сразу после раскопок на Айлерде. Мы так договаривались, — послышался оглушающий шелест голоса королевы. — Я потратила годы из-за твоей ошибки.

— На нас напали лесные твари, это твои мертвецы опоздали и не приняли артефакт! — закричал Уитни, крепко прижимая к себе сына.

Нора хотела забыться и не видеть того, что делала дальше. Она позволила королеве утопить свой разум и растворить ее внутри в пустоте.

Когда она пришла в себя, Азул сидел напротив нее и смотрел прямо перед собой. У него из горла исходил странный гортанный рык, который иногда превращался в слова.

— Северный цветок смерти, ты за все заплатишь! Ты за всё заплатишь… цветок смерти… — бормотал он, покачиваясь и обхватывая себя руками.

Большие желтые глаза мерцали в темноте, показывая, как его кровь наполняется хаосом. На полу недалеко от Норы в темноте лежал Уитни. Кровь лужей собиралась у нее под ногами. Рука коллекционера тянулась к сыну. Бледный свет луны облизывал еще теплую кожу мертвеца, заставляя Нору смотреть на то, что было сделано ее руками.

Дверь приоткрылась, и в комнату вступил Элеврим. Чувства возвращались медленно. Сначала Нора ощутила, что кровь на ее босых ступнях все еще горячая.

«Она даже не успела остыть, — подумала она, не позволяя себе ужасаться. — Холодный разум…холодный разум».

Постепенно возвращался слух, сбитое дыхание, раздирающее горло, ощущение тяжести от крови на руках. Приглушенный голос Элеврима пытался разбудить ее. Шум, который прежде казался ей звуками с торговой улицы превратился в крики стражей. Они уже окружали дом.

— Нора! — кричал Элеврим. — Мы должны уходить!

Он силой тряхнул ее, возвращая к жизни.

— Я должна почтить его, — прошептала Нора.

Она испытала облегчение от того, что вновь могла контролировать свой голос. Ощущение облегчения тут же принесло ей жгучую боль в шее.

«Холодные мысли…— повторяла себе Нора, пытаясь отстраниться от любых мыслей. — Холодные мысли. Нельзя».

Боль тут же отступила.

— Они все еще здесь! — послышались крики с первого этажа.

— Нора, нет времени! — закричал на ее Элеврим и еще сильнее тряхнул за локоть.

— Я хочу, чтобы ты сгнила! — закричал Азул и бросился на Нору.

Нора рывком поднялась на ноги. Превозмогая тошноту и боль, она с трудом оттолкнула мальчика. Тот упал на пол и сжался в комок, схватившись за голову.

— Цветок смерти… Ты за все заплатишь…

Нора села на колени перед коллекционером. Со стороны лестницы послышался шум, но сейчас это не имело никакого значения. Глаза Уитни все еще наливались тусклыми магическим светом, утрачивая остатки магии.

— Это все, что я могу сделать для тебя…, — прошептала Нора.

— Нора! Они уже здесь! — закричал Элеврим.

Он бросился к двери и, захлопнул ее. Вскоре раздался глухой удар.

— Они там! — прокричал страж и сильнее навалился на дверь.

— Ничего не важно, только это, — произнесла Нора и сложила пальцы в знак.

Она вдохнула полной грудью. В носу стоял металлический запах смерти. В ушах стоял звон, который мешал сосредоточиться. Нора закрыла глаза. В темноте она слушала свое сердце, стараясь ощутить, как оно бьется в такт биению магии под землей. Звон был оглушающим. Крики стражей становились все громче. В оглушительном грохоте мира Нора различила тихие удары под ногами. Она открыла глаза, и в ее руках появился мерцающий алый лепесток, который должен был стать цветком.

— О Дор, бог хаоса, прошу, найди его душу, нуждающуюся в тебе, и сопроводи в свои чертоги, — прошептала Нора, пытаясь слушать землю.

Девушка смотрела на отца и сына, чувствовала, как запекается их кровь на ее руках, стягивая кожу. В горле стало горько, и чем дольше она пыталась превратить лепесток в мертвоцвет, чтобы почтить память погибших, тем сильнее ее чувства превращались в жжение на шее.

«Вы должны уходить!» — прозвучал голос госпожи в голове.

После очередного глухого удара, дверь не выдержала и сорвалась с петель. Яркий свет коридора ослепил девушку. В нем она увидела, как Элеврим поразил первого стражника ударом топора. Нора разорвала знак и, сцепив пальцы, создала лезвие магической печати.

В одно мгновение она пересекла комнату и отразила новый удар, защищая напарника. Воспользовавшись замешательством, Элеврим сделал несколько шагов от двери и бросил в стражников стеклянный шар. Его магия усилила удар, осколки стекла разлетелись в разные стороны, рассекая все на своем пути. Все пространство тут же наполнилось густым туманом. Послышался хриплый кашель и проклятья.

Ухватив Элеврима за локоть, Нора потянула его на себя, затягивая в мерцающий вихрь магического перехода. Они растворились в тумане, оставив после себя яркий лепесток мертвоцвета.

Нора почувствовала сильный толчок. Магический вихрь рассеялся и девушка, столкнулась со стеной. Краем взгляда она заметила Элеврима. Магия обошлась с ним грубо, вытолкнув на край крыши. Парень оступился, попытался вернуть равновесие, но, нога ту же сорвалась вниз. Рывком Нора сделала выпад и ухватила напарника за полу мантии.

Элеврим быстро ухватился за край крыши и ловко подтянулся.

— Спасибо, — произнес он, поправляя ремешки подсумка.

Перед ними открылся вид на маленькое чердачное окошко. Вся торговая улица опустела. Из окна валил густой туман, который медленно опускался по стенам к торговым палаткам и воде. В белой пелене мелькали факелы и черные плащи стражей. Лодочки, словно чаши, наполнялись туманом, сливаясь с водой.

Нора чувствовала себя пустым сосудом. Вся боль, которую она испытывала и хотела чувствовать выжгло из сердца заклятье королевы. Теперь, ей казалось, будто она дышит пеплом, от которого нельзя откашляться. После присутствия королевы, тело изнывало от боли. Каждая клеточка кожи трепетала от отвращения, и даже печать не могла заглушить это ощущение. Нора чувствовала, будто ее использовали и бросили, как ненужную вещь. Медленно вспыхивала боль в руках, изрезанных о стекла. Скулу саднило от яростных ударов Уитни, разбитая губа горела. Переносицу перечеркивал глубокий ножевой порез. Волосы прилипли к лицу вместе с засохшей на коже кровью.

— Нужно уходить и быстро, — холодно сказала Нора.

Она пробежала по крыше и перебралась ближе к арке, которая тянулась между двумя домами. Элеврим с бесшумностью кошки следовал за ней.

Внезапно что-то просвистело у самого уха. Нора огляделась и заметила стрелка с арбалетом на соседней крыше. К нему спешили еще двое. Воспользовавшись временем на перезарядку, Нора ринулась вперед. Преодолев арку, она ловко скрылась за печной трубой. Элеврим следовал за ней, словно тень.

Нора ощущала под ногами вибрацию шагов стражей. Она чувствовала, как вибрирует пространство от их магии. Подгадав момент, девушка вырвалась из укрытия и легко перемахнула на соседнюю крышу. Воздух рассекали свистящие болты арбалетов.

Нора скрестила пальцы в знак и размашистым движением поразила одного из преследователей магической печатью. Совсем рядом всколыхнулся воздух. Яркая голубая вспышка магии Элеврима заставила рассыпаться в пепел болт арбалета.

Дальше путь был лишь один — через рынок и наверх, прочь от реки, к верхнему городу. Нора сделала усилие, и скатившись по покатому скосу крыши, приземлилась на небольшой выступ под окном. Балансируя на тонкой балке, они пробрались к крыше маленькой лавочки и, скатившись по ней, приземлились на стол с овощами. Разъяренный торговец начал кричать, но увидев стражей, тут же скрылся за прилавком.

Вокруг пахло травами и кореньями. Нора и Элеврим мчались мимо торговых палаток, маневрируя между морфами. Повсюду в больших чугунных казанах вспыхивало масло, обдавая улицу сильным запахом жареной рыбы и острых специй. На холодной улице было душно от табака и зловония. Воздух скапливался в переулках, не давая вздохнуть полной грудью. По стенам обветшалых домиков тянулись белые следы от соли, которая поднималась в воздух вместе с морской водяной взвесью.

Преследователи кричали на всех вокруг и сыпали проклятьями, заставляя народ расступиться. Их крики заглушал отдаленный шум вечно бушующего океана, который яростно бился о прибрежные скалы.