Элли Хью – Право на правосудие (страница 71)
Настя смотрела, не моргая. Её пальцы сжали край стола.
— Это… монтаж? — спросила она, но в голосе не было уверенности.
— Нет, — ответил Костя. — Оригинальный файл. Денис снял копию с облака Вики.
Он придвинул ей бумажную папку.
— И это. Результаты анализа крови. Бензодиазепин. Концентрация, совместимая с потерей сознания. Я не спал, Настя. Меня вырубили.
Настя открыла папку. Пробежала глазами по медицинским терминам. Печать клиники. Подпись эксперта.
Она закрыла папку. Положила руки на колени. Смотрела в стол.
— Почему ты не сказал мне про Алину раньше? — спросила она тихо. — Вика говорила, она приставала к тебе еще на прошлой неделе.
— Потому что это не имело значения, — честно ответил Костя. — Для меня не существует других женщин. Я не хотел тратить наше время на разборки с какой-то манипуляторшей. Я думал, справлюсь сам. Это была моя ошибка.
Настя подняла глаза. В них стояли слезы, но она не давала им воли.
— Мне было так больно, Костя. Я видела тебя… её руку…
— Я знаю, — он протянул руку, накрыл её ладонь. Она не отдернула. — Мне тоже. Каждую секунду, пока ты не отвечала, я думал, что потерял тебя.
— Алина работала на Елену?
— Да. Елена хотела нас рассорить. Использовать твою ревность, чтобы выбить тебя из игры. Чтобы я потерял концентрацию.
Настя выдохнула. Плечи её опустились. Напряжение, которое держало её сутки, начало уходить.
— Прости, — прошептала она. — Я должна была поверить. Сразу.
— Нет, — Костя сжал её руку. — Ты имеешь право сомневаться. В нашей работе доверие — это роскошь. Но я докажу тебе, что оно не лишнее.
Настя посмотрела на него. Долго. В её зеленых глазах плескалась буря, но шторм утихал.
— Отвези меня домой, — тихо сказала она. — Пожалуйста.
— К себе или к тебе?
— Ко мне. Мне нужно… побыть одной. Немного.
Костя кивнул. Он не стал спорить. Ей нужно было время переварить это.
— Поехали.
***
Дорога прошла в тишине. Но это была не та давящая тишина, что вчера. Это было молчаливое перемирие. Костя вел машину уверенно, иногда поглядывая на неё. Настя смотрела в окно на огни Москвы.
Когда он припарковался у её подъезда, она не спешила выходить.
— Костя, — позвала она.
— Я здесь, — он повернулся к ней.
— Спасибо. За то, что не сдался.
Он улыбнулся. Усталой, но теплой улыбкой.
— Я никогда не сдамся, маленькая. Ни за тебя. Ни за нас.
Она наклонилась, поцеловала его в щеку. Легко. Как обещание.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Настя.
Он смотрел, как она входит в подъезд. Не уехал, пока не убедился, что дверь закрылась. Только потом тронулся с места.
***
Настя поднялась к себе. Квартира встретила её тишиной и запахом кошачьего корма. Барсик вышел из комнаты, мяукнул и потерся о ноги.
— Привет, пушистый, — она погладила кота. — У нас сегодня был тяжелый день.
Она прошла на кухню, налила воды. Выпила залпом. Руки все еще дрожали. Адреналин отступал, оставляя после себя пустоту.
Она подошла к столу. И замерла.
Рядом с вазой для фруктов лежал маленький конверт. Белый. Без марки. Без адреса отправителя.
Настя нахмурилась. Она не оставляла здесь конвертов. Дверь была заперта. Окна закрыты.
Она осторожно взяла его. Вскрыла.
Внутри был листок бумаги. Написано от руки, почерком, который она не узнавала. Крупные, уверенные буквы.