Ellen Fallen – Запутанные в сети (страница 22)
– Я не собираюсь тебя трахать, сегодня ты отбываешь срок за своё преступление. Как на счёт исправительных работ? – он даёт мне в руки мою бритву с новым станком.
– Я не разрешала брать тебе это! – восклицаю я.
– Я вроде как не спрашивал тебя, – он выключает душ и по моим ногам стекает вода с моего халата и волос. – Твоё задание на сегодня побрить меня. Тщательно и нежно, один порез, и я набью тебе задницу.
С ужасом смотрю на станок, потом на него. Я не стану этого делать, кем он себя возомнил?
– Иди к черту, – отталкиваю его от себя и делаю шаг, чтобы выбраться из этого места.
Лёгкий хлопок по заднице, разжигает боль по новой.
– Я предупредил, – он серьёзен, мне ничего не остаётся, как смириться с тем, чтобы делать то, что он просит.
Он садится на бортик душевой и подтягивает меня, чтобы я стояла между его ног. У меня нет пены для бритья, поэтому я растираю в руках кокосовый крем для душа. Надо бы купить этому садисту пену, чтобы не портил лицо.
Намазываю его щеки и подбородок, ополаскиваю бритву и плавными движениями брею. Наклоняю его голову немного в сторону и пытливо разглядываю свою работу. Его руки медленно гладят мои бедра, ласковые движения заставляют посмотреть ему в глаза. Он, не отрываясь, наблюдает за моим лицом. Моргнув, опускаю глаза, немного смущённая таким пытливым вниманием.
– Ты очень красивая, – одна его рука тянется к моей щеке и гладит лицо. – Молочно-белая кожа, первое, на что я обратил внимание. Ты, как фарфоровая куколка с этими невероятными глазами. Губы полные, ярко-красные, ты будто молила меня о поцелуях в том баре. Я хотел быть рядом с тобой. И думал о тебе всё то время, пока отсутствовал.
Задерживаю дыхание, бритва в моей руке замирает от таких признаний. Никогда я не слышала подобного. Стёб, издёвки, всё что угодно, но только не подобное. Облизываю губы, и прикусываю уголок.
– Ты мог бы извиниться за то, что отшлёпал. Или ты из этих парней, что любят привязывать и пороть? Если это так, то нам точно не по пути, – он обхватывает мою руку и прижимает бритву к своей шее.
Меня пугает это действие до чёртиков. Боюсь шелохнуться, чтобы не навредить ему.
– Вот видишь, ты боишься меня порезать, так и я, никогда не сделаю тебе по-настоящему больно, – снова гладит место захвата. Вторая его рука ползёт между моих ног и останавливается на моих трусиках. – За исключением, если ты не выкинешь из головы других мужчин. В противном случае, порка покажется тебе детской игрой.
Не сомневаюсь, что именно так он и сделает. Заканчиваю свою работу, достаю зеркало, которым я обычно пользуюсь, чтобы смыть маску. Он рассматривает и довольно улыбается. Наверняка, понравилась моя работа. Отдаю ему зеркало и спокойно ухожу от него.
Возможно, я идиотка, но мне нравится его поведение доминантного мужчины, всё эти захваты на моем теле. Я хочу стать слабой, перестать биться за место под солнцем, мне бы спрятаться за широкой спиной мужчины и быть любимой. Не об этом ли каждая из нас мечтает?
Иду в комнату и снимаю с себя мокрый халат и трусики. Переодеваю белье и бесформенное платье, которое является моим домашним, но безумно удобным. Волосы сравнительно сухие за исключением некоторых прядей. Стягиваю их в резинку, чтобы не лезли в лицо.
Мне надо побыть немного наедине с собой. Когда практически незнакомый мужчина говорит такие вещи женщине, немного странно. Мы дважды переспали, он исчез и теперь приходит, с явным желанием остаться здесь. Ему либо негде жить, либо я действительно ему нравлюсь. Но как возможно, что так скоро? Я ведь вроде влюблена в Дуга? Или нет? Может я просто обижена на него и поэтому мне нравится заниматься сексом с этим грубым мужланом? Всё так запутано. Сжимаю в руках остывший кофе, с уже опавшей пеной. Мне надо выйти из транса, очарования Гейба и развеять свои мысли.
После всех пинков Дуга, чувствую себя дурнушкой, бестолковой и никому не нужной. Странно верить на слово бродяге с грязными руками и недельной бородой. Может я фантазёрка, но мне хочется верить во всё это. Быть вечно изнывающей фанаткой шотландца, который выставляет меня за дверь каждый раз, как только я перестала приносить пользу. Будь то плечо для соплей, рука для поглаживания дурной головы или уши, чтобы слушать, как он был не прав. Сокрушённо кивать головой и слепо поддерживать всё его начинания. Надо ли мне это? В очередной раз он показал себя, прося помощи в очередных отношениях. Может, я настолько слепа, что не вижу очевидного?
Пару раз я сравнивала себя со Скарлетт из известного произведения
– Ты уже забыла про свои ягодицы и спокойно сидишь, как я вижу, – даёт мне стакан, чтобы я угостила его кофе.
Автоматически нажимаю на большую кружку чёрного и подаю ему.
– Видишь, ты уже даже угадываешь мои вкусы, – усмехается он. – Предлагаю приятно провести выходной и сходить поесть мороженое.
Подпираю голову рукой и надуваю губы, меньше всего мне хочется идти куда-либо. Моя б воля, я с радостью повалялась бы на диване и посмотрела телевизор. А лучше нам с ним поговорить о его идее, внезапно пришедшей ему желанием жить со мной. Или он имел в виду, приходить вот так, спать со мной, а потом уходить? У него вообще есть дом? Родители? Кто он такой? И как я могу пустить жить с собой незнакомца? Может он серийный маньяк или психопат?
Настроение меняется кардинально, я хмурюсь от всех своих мыслей.
– Ты думаешь о том, кто я есть? И говорил ли я правду? – он убирает пустой стакан в мойку.
Отворачиваюсь в сторону, не могу поверить в то, какая я дура. Ещё вчера я напилась и притащила домой первого попавшегося мужика. А тут, спустя пару часов, шлепков по заднице, горячего секса и ласковых слов, готова оставить его у себя в квартире. Идиотка!
Со своим желанием не быть одной совершаю самые, пожалуй, не осмысленные поступки.
– Ты должен уйти, – говорю ему.
Я не собираюсь объяснять свои поступки, просто я неуверенная в себе дура. И вот так, на слово поверить мужчине, который, наверняка, вскрыл мой замок, не могу. Броситься в омут с головой я тоже не могу. Мой выдуманный «Эшли» ещё вчера и предыдущие годы был моим возлюбленным.
Гейб не настаивает на том, чтобы остаться. Просто собирает весь свой провиант в виде затёртых вещей, не глядя на меня, одевается и уходит, даже не хлопнув дверью.
Боль в душе рвётся наружу от сдерживаемых эмоций, глаза наполняются слезами. Прижимаю пальцы к губам, стараюсь не разрыдаться. Жалость к себе душит меня: неудачница в жизни и с мужчинами. Что за долбанная жизнь, и почему всё так непутёво? Телефон начинает разрываться от звонка Бойда. Но я не хочу с ним разговаривать, вчера он всё сказал. Мне надо взяться уже за голову и жить, как нормальный человек. Без этой собачьей преданности.
В такие моменты я скучаю по Элизабет, она одна из тех, кто всегда выслушает, подскажет и отдаст единственный платок, прибережённый на такой случай в её модной сумочке.
Сажусь на диван, укрываюсь пледом и ною, пока на душе не станет легче. Задница зудит и болит одновременно, напоминая о хозяине этих следов. Я действительно очень хотела ему верить. Ведь ещё ни разу мужчина не вёл себя настолько уверенно, напрямую высказывая о своих мыслях. Не говорил таких комплиментов. Да они даже не возвращались на следующий день после секса. Исчезали в утреннем тумане быстрее, чем я успевала высохнуть от нашего общего пота.
В дверь стучат, и я непонимающе оглядываюсь. Кто бы это мог быть, если это Бойд, пошлю его на хер. Чтобы отстал от меня со своими дурацкими объяснениями. Насильно мил не будешь! Как и на чужом несчастье, счастья не построишь. Оба эти понятия относятся к нему и мне.
Стук повторяется, заставляю себя дойти до двери и посмотреть в глазок. Опущенная голова, знакомый профиль. Мужчина стоит в белой футболке, поверх надето чёрное пальто и в руках…цветы?
Распахиваю дверь, мы смотрим друг на друга. Он хватает меня за шею и притягивает к своим губам, целует в губы нежно и аккуратно, будто боится спугнуть меня. Более сладкого поцелуя у нас с ним не было. Он отстраняется и засовывает мне в руки цветы, упирается своим лбом в мой.
– Ты хочешь знать, кто я? Тогда тебе надо одеться, и я покажу тебе всё, что ты должна знать, чтобы у нас был шанс попробовать, – говорит он и снова целует.
Невероятное чувство растекается в моей груди, и плевать, что телефон разрывается от мелодии, которая стоит на звонок Бойда. Я хочу попробовать с Гейбом.
Глава 16
Дугалт
Посещая Эдинбург или живя здесь какое-то время, каждый должен совершить экскурсию и познакомиться с достопримечательностями Шотландии. В этих местах чувствуется особый колорит и своя атмосфера.
Я готовлю себя к новым ощущениям, романтической прогулке с девушкой. Это ново для меня во всех смыслах. Анна всё утро напевала песенку и прыгала, как маленький ребёнок от ожидания, когда мы поедем в музей писателей. Он расположен в самом центре Эдинбурга, в старинном особняке Стэр.
Мы пообедали, привели вместе в порядок дом, собрали стирку совместными усилиями, в общем, сделали всё необходимое. Есть в этом что-то такое семейное, будто мы делали это постоянно. Мы не делили труд специально, просто работали рука об руку. Не так ли это должно быть? Командная работа, синхронные движения. Если вещь падала из её рук, я успевал подхватывать. В принципе, когда мы с ней в офисе, всё происходит точно так же. Она не мешает мне, не раздражает. То, чего не вижу я, замечает она и исправляет.