Ellen Fallen – Запутанные в сети (страница 24)

Она сидит в пол оборота и не сводит с меня глаз.

– А ещё ты мне нравишься, – она кладёт свою руку на мою, затем наши пальцы сплетаются. Мои чувства обостряются, когда её маленькая ладонь начинает гладить мой большой палец. Невероятная нежность, желание обнять её и поцеловать. Влезть к ней в голову, чтобы понять мысли, которые посещают её в данный момент.

Останавливаю машину около центра, не хочу выпускать её руку из своей, мы сидим некоторое время в тишине, боясь разрушить этот момент.

– Ты любил её? – неожиданно спрашивает она.

Крепче сжимаю руку Анны, нежная кожа, ласкающая мою руку, невероятные чувства, которые во мне вызывает её тело. Всё это совсем не похоже на то, что у меня было к Бэт. Я готов слушать, наблюдать, просто сидеть рядом и бесконечно прикасаться к девушке, сидящей рядом со мной, восхищаться её умом и прыткостью. Сделать её для себя богиней, холить и лелеять. Как я могу ей в точности объяснить всё, что я испытываю рядом с ней?

Пока мои мысли одолевают рассудок, рука Анны исчезает и вместо неё, напротив моего лица, появляются нежные губы девушки. Она аккуратно поворачивает мою голову, проводит нежно по лицу и целует. Губы прикасаются ко мне несмело, но с особой нежностью. Притягиваю её к себе через консоль и целую. Отдаю всю свою любовь, накопленную годами, чувствую обожание и ласку, в которой мы так нуждаемся. Глажу шёлковые волосы, сжимаю нежные щеки. Большим пальцем вожу по её подбородку, углубляю поцелуй, слегка наклоняя голову. Её язык несмело продвигается в мой рот. Стону от того, насколько потрясающе она ощущается. Наше дыхание сбивается, и мы отрываемся друг от друга. Мои губы расплываются в счастливой улыбке, как и её. Я ведь всё ещё не дал ответ на вопрос Анны.

Провожу большим пальцем по щеке девушки, заглядываю в глаза.

– Теперь сомневаюсь, что это была любовь, – уверенно отвечаю ей.

То, что сейчас произошло, искра, пронёсшаяся, между нами, именно так должна выглядеть любовь. Теперь я в этом уверен.

Глава 17

Моника

За пару дней нашего небольшого путешествия, я узнала о Гейбе, пожалуй, достаточно, чтобы впустить его в свою квартиру. Мы решили делить аренду на двоих. Хотя он настаивал на том, что сам будет оплачивать, но моя гордость не позволила ему.

С утра я собираюсь на работу и рассматриваю красивый букет, который до сих пор не завял. Я даже не знаю, что это за цветы. Смесь полевых цветов, роз, фрезий и ещё чего-то. В общем, я не сильна в ботанике, да и какой смысл? Они прекрасны, как и моё настроение.

Гейб на работе, ушёл ночью, и пока я буду занята, он будет отсыпаться дома. «Дома» – пробую, как звучит это слово, буквально трепетно берегу его. Как каких-то несколько дней могут изменить мою жизнь, расставить всё по местам. Иду в комнату и перед зеркалом наношу немного туши на ресницы, губы крашу блеском. Они и так зацелованные настолько, что бордовые. Он не может держать свои руки, губы и тело на должном расстоянии. Мы не можем оторваться друг от друга ни на минуту.

Огромными ручищами он сгребает меня к себе на колени и целует до того момента, пока мы не начинаем задыхаться от нехватки воздуха, но и это его не останавливает. Мой счастливый смех невозможно не слышать за стенами этого дома, когда он дышит в мою шею. Никогда бы не подумала, насколько она у меня чувствительная.

Закончив сборы, обуваюсь и выхожу за дверь. Закрываюсь от дождя маленьким зонтиком, который треплет ветер. Дорогу преграждает машина, обхожу её стороной, когда она снова движется, перекрывая мне путь. Что он о себе возомнил?! Останавливаюсь и жду, когда этот идиот сдаст назад, чтобы я могла пройти. Машина не движется, из-за тонированных стёкол не вижу водителя. Помешкав пару минут, двигаюсь вперёд, как раз в тот самый момент, когда машина начинает снова двигаться.

– Какого хрена ты делаешь? – возмущаюсь я и стучу по багажнику. Он умышленно движется, как только я делаю долбаный шаг. – Это, по-твоему, игра?

Водитель не реагирует, а я, как всегда, катастрофически опаздываю на свою работу. Решаю пойти по прямой, а уж потом перейти дорогу, чтобы придурок мог определиться, что он хочет сделать.

Говоря о моей работе, всё чаще ловлю себя на мысли, что я просто не создана работать. И мне было бы намного комфортней сидеть дома, готовить каши… Деревня, скот и взбитые сливки – кровь с молоком, так сказать. Я всё это безумно люблю, но когда мне выдалась возможность вырваться в город, я это сделала. Рождённая в не совсем обычной семье, выращенная любящим меня с пелёнок человеком. Очень сложно было покинуть родные места … Но карты легли так, что пришлось продать оставшийся скот и дом покойной тётушки. Но всё это стоило того, чтобы я двигалась в правильном направлении. В деревне нет работы, если только ты не хочешь дёргать сиськи коровы и доставать телят из чрева матери. Меня это не прельщало. А оставшись одна, я должна была смело шагать вперёд…

Останавливаюсь на перекрёстке, машина неумолимо движется рядом со мной. Странно, но я не испытываю чувство тревоги или страха. Смотрю по сторонам, в этот момент передо мной останавливается машина Бойда. Он наклоняется через консоль и открывает передо мной дверь.

– Садись, – говорит он. – Поговорим до работы.

Оглядываюсь на странного водителя, который срывается на скорости с места и проезжает мимо. Наблюдаю, как он несётся по дороге, объезжая машины. Может это Гейб? Хотя, что ему делать в это время около дома?

Сажусь в машину и совершенно по-новому смотрю на Бойда. Он высокий, худощавый, длинные конечности, аристократические аккуратные руки, лощёный, красивый мужчина, но не такой, как Гейб.

– Ты так на меня смотришь, будто у меня рог вырос за это время, – его глаза блестят озорством. – Решил заехать за тобой, когда не увидел в офисе. Подумал, что ты будешь идти под дождём, – пальцем проводит по губам. – Извини, я действительно вёл себя как идиот. Я как те фигурки трёх обезьян, не говорю, не вижу и не слышу. Чёртов эгоист.

Я не смотрю на него, моё внимание направлено на вид из окна. Признаться ему, что я тоже вела себя, как сука? И как меня убило его использование?

– Я ведь с вами двумя так поступал, – признается он. – Поверить не могу, как вы вытерпели меня. Представляешь, я пришёл к выводу, что за всё это время не знаю ваши с Бэт вкусы и предпочтения.

– Тебе это и не надо знать. Достаточно того, что предпочитаешь ты. Правда? – он останавливается около какого-то парка. – Где мы?

Он отстёгивается и поворачивается ко мне.

– Ты думала, что влюблена в меня. Я думал, что влюблён в Бэт. Странно? А что мы знаем друг о друге? Какой твой любимый фрукт? И почему я ем рыбу? – он приподнимает бровь. – Вот протяни руки вперёд.

Делаю, как он мне сказал, он проводит пальцами по руке и вопросительно смотрит.

– Что ты чувствуешь? – хмурюсь, не понимая, что он хочет от меня.

– Ничего, щекотно, – просто отвечаю я. – Мой любимый фрукт манго. Рыбу ты ешь потому, что ты её привык есть?

Пожимаю плечами, я без понятия, почему он так любит эту ужасную еду. Начнём с того, что она пахнет по-другому. Как конина и баранина, у каждого мяса свой запах. Меня передёргивает от воспоминаний.

– Я первый раз был на нормальном свидании, и мне достаточно было просто прикоснуться к её телу, чтобы волны удовольствия пронизывали меня. Понимаешь? Я с ней так мало времени, но вижу её желания и хочу их воплотить. Мне нравится всё в ней. Я виноват перед тобой! Но я действительно не думал о том, что ты любишь меня, пока вчера Анна мне об этом не сказала, – Бойд вытягивает руки на руле и смотрит перед собой. – Тебе знакома эта машина?

Приближаю лицо к лобовому стеклу и снова тот самый чёрный БМВ, который преграждал мне путь с утра. Усмехаюсь, теперь я точно убеждена в том, кто это.

– Я понимаю, о чем ты говоришь. По поводу прикосновений, слов и действий. Моя причина стоит вон там, – показываю пальцем на машину. – Наверняка он извёлся мыслями, что я села в машину к любовнику.

Дугалт смеётся вместе со мной, мы сейчас в глупой ситуации. Сжимаю его руку и действительно ничего не чувствую, кроме тепла по отношению к нему.

– Мир? – он наклоняется ко мне и обнимает за плечи.

– Мир. Только отпусти меня быстрее, иначе мой мужчина тебе свернёт шею.

Двери в машине напротив приоткрываются, и я выхожу на улицу. Прикрываю голову, поспешно открыв зонт, и иду к моему ревнивому сталкеру. Не такая ли я была по отношению к Бойду?

Интересно, насколько всё в жизни возвращается на круги своя. Словно через призму времени я вижу всё свои действия по отношению к моему другу. И вот я сажусь в машину и наблюдаю за Гейбом. Он сжимает сильно руль, что, кажется, его сломает, костяшки пальцев ободраны, из ранок сочится кровь, пальцы вытерты на скорую руку. Он торопился ко мне, чтобы увидеть то, как я села в машину к другому. Чувство вины поглощает меня. Но ведь он сам виноват, играл в эти игры с тем, чтобы я обошла его машину.

– Кто он тебе? – его голос изменился до неузнаваемости, короткая фраза произнесена через зубы, так что я понимаю силу его гнева.

– Лучший друг, сотрудник и шеф, – спокойно отвечаю я. – Что ты здесь делаешь?

Не знаю, откуда у меня уверенность, что он меня не тронет. В тот день он показал мне место работы, познакомил с сотрудниками и представил, как свою девушку. Мы прошлись по местам, которые ему нравятся в этом городе, посидели в парке. Провели отличный день, разговаривая обо всем. Бесконечные прикосновения, будто знали друг друга вечность.