Ellen Fallen – Психея (страница 35)

Подхожу к тому месту, где уже разложены спальники, костер отбрасывает желтые тени на стены, превращая это место в одно из чудес света. Не могу сказать, что мне уютно находиться в компании мужчин. Один предатель и вор, а второй возможный убийца. Отличная команда для восхождения на одну из самых опасных скал. Я умею выбирать людей, что уж тут сказать. Джаред скидывает быстро свою куртку и штаны, погружаясь в спальный мешок, я чувствую, как он наблюдает за мной, и это выводит из себя еще сильнее. Встряхиваю ткань, раскрываю замок и сажусь на край материала, развязывая шнурки на ботинках. Рядом стоит мой рюкзак, вытаскиваю вязаную шапку и натягиваю ее на голову. В отличие от моего друга, я всегда опасалась воспаления ушей или мозга, но ему уже ничего не грозит. Если в этом несчастном блокноте не окажется чего-то такого, что подтвердит его слова, клянусь, сломаю Джареду нос еще до того, как он спустится вниз.

Вытаскиваю из кармана куртки блокнот и убираю его в спальник вместе с фонариком, не глядя на Джареда, который следит за каждым моим движением. И как оказалось вовремя, Грант широким шагом пересекает расстояние между нами, хватает свой спальник и убирает его дальше ото всех.

— Решил заморозить жопу, супермен? — Джаред высовывает свою лохматую голову и скалится в сторону Гранта.

— К тебе вернулся дар речи, щенок? Или ты просто забыл, как чуть не рыдал от страха при виде лавины? Хорошо быть смелым, лежа практически у ног любовницы? — Он хмыкает и приподнимает бровь. — По мне унижаться и стелиться перед хитрой девицей с стервозным характером — высшая глупость. — Я вытягиваю губы трубочкой, кажется, кто-то нарывается на ссору.

— Ну, куда там нам до ваших высот, ты же никогда не стелешься даже перед отцом, не так ли? — резко отвечаю ему и скидываю эти бесимые ботинки с как назло запутавшимися шнурками.

— Ты что хочешь душевных излияний? — Он ловит один из моих ботинков, чуть не оказавшихся в костре. — Ты достойная женщина, интересная и, безусловно, сексуальная. Но ко всему прочему, ужасно лживая и изворотливая. Тебе нужен сильный духом мужчина, чтобы мирился с этим каждый день.

— То есть, ты себя причисляешь к таким, оскорбив меня? Именно поэтому ты кинулся меня спасать в ущелье? Ты сейчас ведешь себя, как обиженный мальчишка, которого я кинула. — Залезаю в спальник и застегиваю замок.

— В буквальном смысле, кстати. Ты неблагодарная, и это не самая плохая твоя черта. Надо придерживаться своего мнения, а не поддаваться влиянию. — Я слышу, как он укладывается. — Спокойной ночи, ребятишки. Теперь вы можете свободно трахаться, я все равно не услышу. — В его голосе скользит что-то, похожее на неприязнь.

— Пошел ты к черту, — отвечаю ему, зная, что он не услышит.

— Неприятные вибрации, Андреа. Я не слышу, но чувствую, а в пещере это резонирует еще сильней, — услышав смешок Джареда, я с головой ухожу в спальник и включаю фонарик, полностью погружаясь в содержимое дневника.

Почерк был ужасно неразборчивый, и бледные буквы внезапно взлетали над строкой, затем слетали вниз. Первые страницы были написаны менее естественно, будто человек хотел оставить заметки своим потомкам для этого выводил буквы старательно. Но по мере того, как я перелистывала, все становилось куда хуже, мне бы сейчас не помешал графолог. Эти попытки зацепить самое важное и упустить из вида прочее делали текст отрывистым. Мне приходилось собирать его рассказ по частям, прыгать со строки на строку, бесконечно возвращаясь, чтобы вообще понять, о чем речь.

Кажется, что Джо Меллон знал значительно больше всех остальных в этой экспедиции, он писал о том, что его друзья были слишком впечатлительны, чтобы знать правду. Я разбирала его почерк и постепенно поняла, что мой отец был тем связывающим звеном, строка о моей матери оборвалась так же, как и началась. Приглядевшись, я увидела отсутствие пары страниц в блокноте. Они были вырваны очень аккуратно, чтобы это заметить, надо было очень внимательно читать эти каракули.

Мне снова приходится перелистнуть назад страницы:

«Горная деревня западной части Канады, названная Линкольн, была безобразной. Не было никакого намека на культуру и хороший Бурбон. Расположенная буквально посреди леса в долине высоких гор, которые окружают ее со всех сторон. Земля медведей — ее называли путешественники, для меня это была земля Психеи, о которой я услышал в единственном баре, расположенном в этом богом забытом месте. Во что бы то ни стало, я хочу добраться до нее и оценить, так ли она могущественна. Люди говорили, что завладеть ее душой, означало стать могущественным. В любой легенде была правда, до которой каждый уважающий себя археолог хотел докопаться и, естественно, получить кусочек. Я не стал исключением. Уиллис, Рейвен и я должны были осуществить этот поход и сделать открытие. Тем более, у нас была беременная дева для…»

Для чего? Что за бред, пронеслось в моей голове, почему текст обрывался на месте, где должна была идти схема и остаток рассказа?

Снаружи послышался шорох, и я отключила фонарик, застыв в неудобной позе. Прислушиваясь к человеку, выпутывающемуся из спального мешка, не спалось, и, судя по тому, откуда доносились звуки, это был Грант. Отложив блокнот, я легла навзничь, закрыв плотно глаза, он топтался рядом со мной, щелкнув фонариком. Луч проходил сквозь плотную ткань, стараясь не шелохнуться, я готовилась к удару ножом или что там он для меня приготовил.

Глава 25

Мужчина стоял надо мной, пока я пыталась дышать, как если бы была в стадии глубокого сна. И неважно, что мои поджилки тряслись, и душа уходила в пятки. Я подумала о дневнике, лежащем рядом, что, если он ищет его? Ведь собиралась же вернуть, как только дочитаю. Луч от фонарика покинул мое лицо, мне пришлось скосить глаза и посмотреть, куда именно он теперь светит. Дойдя до моих ног, свет исчез, и я выдохнула, как только он щелкнул кнопкой на фонарике, затем послышался звук движения, верней, хруста в его коленной чашечке. Я догадывалась, что фигура мужчины двигалась дальше в пещеру.

Очень медленно я протянула руку над головой и аккуратно начала расстегивать замок на спальном мешке. Высунув часть лица, и все еще прикрываясь материалом, выскользнула со своего спального места, тут же запнувшись о свои ботинки. Зашипев, я сжала зубами нижнюю губу до боли. Все, что мне было видно, это тлеющие огни недавнего костра, он погас сам, пока я была занята выяснением подробностей поездки наших родителей.

Узкий проход в скале, который мог быть чем угодно, привлек мое внимание, как только мы устроили ночлежку здесь, но я не думала, что Меллон успел ее исследовать.

Вдали послышался тихий щелчок фонарика, и затем увидела, как луч мечется между плотными стенами. На ощупь я двигалась вдоль стен, переживая стать жертвой глупой смерти, например, от падения или внезапно возникшей ямы, но раз впереди меня шел первопроходец, значит, все было намного лучше, чем предполагалось.

Носки на моих ногах были тем самым изолятором шума, в ботинках я не смогла бы передвигаться практически беззвучно. Это не самое приятное мое пешее путешествие, но выбора не было. Проход стал шире, наше бесшумное передвижение вглубь становилось все интересней оттого и опасней. Внезапно кромешная темнота остудила меня от попыток продвигаться дальше. Я остановилась, прислушиваясь, что же случилось, и почему тот бледный луч, который еще недавно мелькал впереди, исчез. Скорей всего сдохли батарейки, поэтому мужчины для меня всегда были не дальновидны. Надежда на то, что он позаботится о сменных батарейках или хотя бы подзарядит заранее аккумулятор, умирала, каждый раз, когда происходило подобное. Я уже жалела, что не взяла свой, но стоять вот так в проходе и ожидать, было слишком нелепо и нетипично для меня. Где-то там был выход, и мне просто надо добраться до него.

На ощупь, прикасаясь к холодным стенам пещеры, я отключила все дурацкие мысли о насекомых, ползающих в потемках в поисках пищи или препонах, лежащих под моими ногами. Двигаясь теперь медленнее, мне приходилось задерживать дыхание каждый раз, когда острый камень врезался в мои ступни, но дорогу ведь осилит идущий. Разве нет?

Вдали послышался звук щелчка, затем что-то похожее на чирк зажигалки или спичек, и появился теплый свет, подобный факелу. Я обернулась назад, проверив, не идет ли за нами Джаред, но даже если это и так, я прошла достаточно, и вход уже был позади за поворотом. Все еще держась за стены, я резко отдернула руку при виде сколопендры, быстро устремляющееся по моей одежде вверх к шее. Слабый звук, вырвавшийся из легких, отразился по всей длине пещеры и замер где-то вдали, там, где брезжил свет огня. Зажмурив глаза, я замерла в ожидании, когда вернется Грант, пока до меня не дошло, что он не может услышать ни моих шагов ни вздохов, даже стона… Покачав головой от собственных глупых мыслей, двинулась дальше, уже смелей и быстрей. Жаль, что я не вспомнила об этом раньше, это вполне решило бы проблему болезненно врезающихся камней в ноги.

Даже если Грант хочет меня убить, расчленить или что он там для меня уготовил, у него будет масса возможностей и придется отвечать Джареду, куда я пропала. Это уже не будет выглядеть, как глупая смерть сорвавшейся со скалы идиотки, посчитавшей себя великим альпинистом. С другой стороны, не было смысла в таком случае скрываться, но мне не хотелось попасться на очередном подглядывании. Хватило того эпизода, который очень сложно выкинуть из головы.