Элла Яковец – Спрячь меня в шкафу! (страница 27)

– Ты кому-то разболтала про Алекса Вернера? – громким шепотом спросила Марта и Ханны-Сью. Я когда ее долговязую фигуру увидела, у меня аж от сердца отлегло. Мне так-то вовсе не улыбалось смотреть во второй раз, как кто-то трахает нашу старосту-недотрогу.

Ну, типа недотрогу.

– Никому я не говорила! – возмущенно соврала Ханна-Сью.

– Хорошо, – как-то быстро сдала назад Марта. – Я думаю, может быть вообще ему отказать…

– А что так? – не выдержав, подала голос я. – На горизонте появился кто-то погорячее, чем этот говорящий мешок канцелярита?

Надо было видеть лицо Марты в этот момент!

Она отшатнулась и подпрыгнула одновременно. И стукнулась бедром об раковину.

Ханна-Сью от неожиданности взвизгнула.

И обе дылды уставились на меня.

– Что? – я медленно, облокотившись на стену, встала. – Я вообще-то тут и сидела, не пряталась. И нечего на меня так смотреть.

Марта даже не покраснела, а побагровела. Казалось, что у нее из ушей сейчас пар пойдет, как из чайника.

И по идее, мне было бы лучше сбежать по-быстрому. Но бегать мне не хотелось. Во-первых, у меня все еще дрожали коленки от пережитого… всякого. А во-вторых, это же я теперь знала на Марту один забавный компромат.

И Марта знала, что я это знаю. Она совершенно точно видела мое лицо, до того, как я сбежала, хохоча, как гиена.

– А тебе не приходило в голову, что подслушивать чужие разговоры – это дурной тон? – прошипела Марта, хотя ей явно хотелось как минимум – заорать, а как максимум – разбить мне голову об одну из раковин.

– Я же глупенькая, мне в голову больше одной мысли за раз не приходит, – язвительно пропела я и сделала на всякий случай шаг к двери. – Хотя подожди… У меня есть одна мысль! Это же общественный туалет, а не твой тайный кабинет для переговоров.

Марта сжала кулаки и подалась вперед.

– Хотя поговаривают, что некоторые здесь не только разговаривают! – иронично сказала я. А потом не выдержала и засмеялась. И сделала-таки над собой усилие, чтобы выскочить за дверь.

– О чем она? – озадаченно спросила Ханна-Сью.

– Понятия не имею, – прошипела Марта. Но вслед мне не бросилась, и то ладно.

– Что это на тебе за чулки? – недовольным, как всегда, тоном спросила Вильгельмина, когда я добралась наконец до своей комнаты. Мои подружайки и Квентин уже ушли. Судя по всему, сестра намекнула им, что время к отбою, и пора бы всем уже расходиться.

И тут я сообразила, что там и не сняла эти жуткие и вульгарные чулки сеточкой. Как раз собиралась, но меня отвлекли от этого важного дела Марта и Ханна-Сью.

– Да так, шутка одна, – отмахнулась я и нырнула в душевую, чтобы не продолжать этот разговор. Нда, по сравнению с роскошной и просторной душевой в комнате Блейза наша крохотная каморка была прямо-таки конурой для бедных. Все-таки есть какой-то профит с того, что занимаешься всякими общественными делами…

– А твои подруги довольно приятно изменились, – из-за двери сказала Вильгельмина.

– Очень рада за них! – буркнула я, стягивая с себя сначала один чулок, потом второй. И из второго мне в руку упала скрученная трубочкой бумажка.

“Надень завтра на занятия мой подарок. Б.Х”.

Я успела прочитать, и бумажка тут же вспыхнула и превратилась в невесомый пепел прямо у меня в пальцах.

Я расстегнула рубашку, распахнула ее и подошла к зеркалу.

Из круглых прорезей в бюстгальтере вызывающе торчали соски. Которые, когда я подумала про Блейза, затвердели и встали торчком.

Такой эффект под рубашкой не скроешь… Впрочем, можно надеть форменную жилетку. Их почти никто не носит, конечно, но…

“Так, стоп! – оборвала я поток мыслей в своей голове. – Я что, всерьез собралась выполнять эту его дурацкую просьбу?!”

И, конечно же, я ее выполнила. После долгих препирательств с самой собой.

Пришлось и правда надеть жилетку, потому что без нее смотрелось, мягко говоря, непристойно. А еще мне очень не хотелось, чтобы кто-то увидел фиолетово-черные кружева у меня под юбкой. Так что сегодня я натянула самую длинную из своих форменных юбок. Практически до колена. И в комплекте с жилеткой это все смотрелось как весьма чопорный наряд.

Я шла по коридору в сторону столовой и думала о том, что длинная юбка делает тебя невидимкой. Парни не оборачиваются вслед и не причмокивают, девчонки не бросают возмущенных взглядов. Идешь, как пустое место.

Впрочем, пожалуй, сейчас это было даже хорошо. Я налетела на Блейза почти у входа в столовую. Случайно, клянусь! Просто что-то отвлеклась, повернулась в окно посмотреть, и – бах! – споткнулась и рухнула прямо на руки рыжего старосты факультета Бездны.

– Ой, как неловко получилось! – и Блейз, поднимая меня на ноги, как бы невзначай ухитрился рукой скользнуть между моих бедер. Глаза его хитро вспыхнули, на губах заиграла улыбка, от которой мне сразу стало и страшно, и горячо между ног.

– У меня есть для тебя небольшой сюрприз, моя маленькая шалунья, – в самое ухо едва слышно прошептал Блейз. И демонстративно поправил на мне жилетку.

Глава 36

Мой “гадючий клубочек” в полном составе сидел за столиком у окна. Девчонки о чем-то яростно спорили, когда я подошла со своим подносом с завтраком. Вдруг поняла, что голодная, как зверь. И что пофигу вообще, будет у меня толстая жопа на балу или нет.

– Совратили моего невинного кузена, да? – язвительно проговорила я, присаживаясь на свободный стул.

– Это кто еще кого совратил, – хмыкнула Аша.

А Мика покраснела.

– Где он так научился целоваться? – спросила меня Флора.

– Тебя только поцелуи, значит, удивили? – засмеялась Аша.

– Да тихо вы! – шикнула Мика.

– Ага, то есть, когда ты вчера кричала на весь этаж, что хочешь, чтобы Татстон тебя трахнул, это было нормально, да?

– Мика? – я удивленно вскинула брови.

Аша и Флора захихикали, а Мика покраснела еще больше.

– А на чем все закончилось? – быстро спросила я, намазывая на толстенький оладушек толстенький слой абрикосового джема. Быстро – это чтобы мои подружайки не перехватили инициативу и не начали задавать мне неудобные вопросы.

Но на мое счастье сегодня их больше волновал их собственный вчерашний вечер, чем мои приключения.

– Ой, а сама-то ты, можно подумать, очень скромно себя вела!

– Ну это же не я Квентину проспорила трусики…

– Ха, я только трусики!

– Завидуй молча! Ты сама хотела, я по глазам видела!

– Вот не надо тут!

Девчонки препирались, а у меня все никак не складывалась картинка из вчерашнего вечера.

– Так, я не поняла, – бесцеремонно влезла я в их перепалку между первым оладушком и вторым. – Квентин вас там всех трахнул?

– Ну…

– Вообще-то…

– Если минет не считать, то только Флору, – резюмировала Аша.

У меня отвисла челюсть. Нет, мои подружки, конечно, вообще не скромняшки ни разу. Но чтобы вот так их раскрутить за один вечер! Мне захотелось вскочить и немедленно отправиться искать Квентина. Чтобы узнать, как ему все это удалось. Во-первых, вот так сразу. А во-вторых – там же в какой-то момент Вильгельмина пришла, он ее тоже включил в свои непристойные развлечения?

“Непристойные, ха-ха, кто бы говорил!” – подумала я, живенько вспомнив, что на мне за белье. И как я сама вчера к шлюшьем виде разгуливала по коридорам колледжа. Хотя могла одеться.

Но почему-то не оделась…

От воспоминаний по коже пробежали мурашки. И между ног запульсировало.

“Никто не знает, что на мне трусики с прорезью, – подумала я, подрагивая от удовольствия. – И “акулы” Блейза не знают, что это меня со мной он трахался в своей душевой…”

От этих мыслей стало стыдно.