Елизавета Сагирова – Девять дней начала света (страница 12)

– А у тебя в школе было много друзей? – спросила я Юзефа, подумав вдруг, что невежливо говорить только о себе.

И тут же пожалела об этом, когда на его лицо словно набежала тень от облака.

– Да, были… Много. Мы все дружили, даже девчонки. Здесь так не будет…

– Ну почему же? – неловко попыталась я загладить свой неудачный вопрос, – Может, ты и здесь в хороший класс попадёшь.

Юсик глянул на меня потемневшими глазами и ответил тихо, но жёстко:

– Здесь я чурка. Гастер. Хоть куда попаду…

Я было уже открыла рот, чтобы преувеличено яростно заспорить, но вспомнила почему сама отказалась от дальнейшего обучения в гимназии. И сказала только:

– Хреново быть не таким, как все.

Мы помолчали. Неподалёку за деревьями прошёл Муртазавр, покосился на нас, но ничего не сказал. Из открытых окон кухни, как пулемётная очередь, доносился стук ножа – Татьяна готовила обед. И всё вокруг было привычным, даже уютным, а денёк стоял такой погожий и солнечный, что грустить совсем не хотелось. Тем более, что я уже смирилась со своей новой действительностью, а Юзефа от поступления в местную школу отделяло ещё почти целое лето. И он первым стряхнул с себя минутную печаль. Деловито спросил, возвращаясь к прерванному разговору:

– Ну и что, ты нашла в интернете форум диггеров?

– В даркнете, – не без гордости поправила я, – Диггерство – это ведь не совсем законно. А в некоторые места лазить и вообще… Под Москвой же не только метро, но и всякое другое… стратегически важное и даже секретное. Да там вся земля изрыта, как муравейник!

– И что в этом муравейнике такого стратегического и даже секретного, о чём можно говорить только в даркнете? – спросил Юзеф, и я увидела в его взгляде то самое жадное любопытство, когда-то охватившее и меня.

– Ну, например, подземные правительственные объекты. Бомбоубежища. Метро-2.

– А оно правда существует?

– Существует. И не только оно. Например, под МГУ есть настоящий подземный город на пятнадцать тысяч жителей. Полностью автономный, там можно годами жить, не поднимаясь наверх!

– Вау! А зачем?

– На случай ядерной войны. Его диггеры так и называют – город Судного дня. Но чаще Раменки-43. По названию адреса, где типа располагается спуск в этот город.

– Но это не точно? – лукаво прищурился Юзеф.

Я развела руками.

– Официально объект засекречен, но почему-то все про него знают. Как и про "Метро-2".

– А почему под МГУ? Это же такая махина! Не боялись, что всё провалится?

– Да не прямо под МГУ, я не так выразилась. Просто из МГУ туда проход тоже есть. А сам город рядом и над ним до сих пор огромный пустырь, там ничего не строят. Посреди престижного района Москвы, понимаешь? Пустырь там, где земля и жильё на ней золотые просто. Какие ещё доказательства нужны?

Юзеф наморщил лоб.

– На пятнадцать тысяч человек, значит? Но ведь это очень мало! Для Москвы-то!

Я вздохнула.

– На всех и не рассчитывалось. Только на самых… ну, кто у власти.

Юзеф быстро стрельнул на меня своими вытянутыми к вискам глазами, округлил губы, будто хотел что-то сказать, и тут же сжал их в прямую черту. Но я догадалась о вопросе, который так и не прозвучал. Снова вздохнула:

– Да, для моего папы место там, скорее всего, тоже найдётся. А значит, и для меня. Но это если город Судного дня до сих пор в нормальном состоянии, всё-таки построили его очень давно.

– А, может быть, такого города вообще нет и никогда не было. Люди любят придумывать всякое, чтобы интереснее жилось, – мудро добавил Юзеф.

Я не стала с ним спорить и не рассказала, как одно время настойчиво расспрашивала на эту тему отца, который в силу своего положения должен был что-то знать. Но ничего определённого он мне тогда так и не ответил, лишь посоветовал меньше играть в компьютерные игры.

Мы немного помолчали, глядя в землю, чья толща наверняка скрывала ещё немало тайн. Потом Юзеф спросил:

– А дальше что было? После того как ты нашла в даркнете форум диггеров?

– Дальше я зарегистрировалась там, и стала с ними общаться.

Для краткости рассказа я упустила тот момент, что общаться с завсегдатаями форума начала далеко не сразу. Сначала просто взахлёб читала то, что они писали, о чём разговаривали друг с другом, их отчёты о завершённых, как они выражались, залазах, и анонсы предстоящих. Набиралась диггерского сленга, пропитывалась атмосферой подземного братства, усваивала его неписаные законы. И лишь когда мне стало казаться, будто я знаю "нижнюю Москву" не хуже верхней, осмелилась оставить на форуме свой первый робкий комментарий.

– Диггеры часто устраивают тусовки, – рассказывала я Юзефу, – В смысле не под землёй, а самые обычные, в городе. Ну и прибухнуть, конечно, любят.

Юзеф осуждающе, как-то очень по-восточному поцокал языком. И я, вспомнив, что в исламе алкоголь, мягко говоря, не одобряется, решила опустить в своём рассказе тот факт, что впервые попробовала его именно с диггерами.

– На одну такую диггерскую тусовку я однажды и напросилась. В Измайловский парк.

– Тебя же никуда не отпускали одну.

– Не отпускали. Поэтому я просто сбежала.

Впрочем, слово "сбежала", тут вряд ли подходило. В конце концов, я же не в темнице сидела. Да и не ждал никто от меня такого финта ушами, а следовательно, и не караулил.

– Наверно, это были мои самые счастливые дни, – сказала я не то по-прежнему внимательно слушающему меня Юзефу, не то уже самой себе, – Я уезжала в Москву почти каждый день…

– А гимназия?

– Так каникулы же начались. Это в июне было. Ровно два года назад.

– И тебя не потеряли?

– Сама удивляюсь. Но папа тогда очень занят был, Муртаза с ним постоянно находился, а Татьяна в отпуск ушла, вместо неё мы просто пару раз в неделю клининг вызывали, а еду из ресторана заказывали.

– Всё как нарочно прям, – заметил Юсик, озвучив и мои мысли.

– Ага. Я тоже потом думала, что, может, судьба? Может быть, это и должно было случиться со мной? Знать бы ещё зачем…

– Про судьбу и я много думал. Когда родители и сестрёнки в той маршрутке разбились. Я ведь с ними должен был поехать. А не поехал, знаешь почему?

– Почему?

– Ногу подвернул, растяжение было. Просто шёл по улице, а нога как будто куда-то провалилась! Хотя дорожка ровная была, я потом специально ходил смотрел. Тоже судьба? Зачем-то нужно было, чтобы я в живых остался?

– Конечно, нужно, – осторожно ответила я, – Вот станешь известным художником, люди будут смотреть на твои картины и радоваться. Искусство – это же очень важно, не меньше,чем наука. Оно нас лучше делает.

Но Юзеф качнул головой.

– Вряд ли стану художником. Я наверно, знаешь кем стану? Твоим водителем или охранником. Как дядя Муртаза у Льва Тимофеевича. Он меня к этому и готовит.

– Он сейчас, конечно, может готовить тебя к чему угодно, однако решать это не ему, – сухо отозвалась я. Не понравилось мне, как Юзеф это сказал. Слишком покорно.

– Старшим виднее, – возразил он, – Они жизнь прожили.

– Это тебе тоже Муртаза сказал?

– Нет, так папа говорил. Они с мамой до свадьбы даже не были знакомы, их родители между собой так решили. И мама тогда сильно плакала, да и папа не хотел жениться. А потом они знаешь как полюбили друг друга? Ни разу не ссорились, никогда! Поэтому всегда нужно слушать старших в семье, они знают, как будет лучше.

От таких рассуждений я на какое-то время лишилась дара речи и только глупо моргала. Потом возмутилась:

– Средневековье какое-то! Дичь!

Юзеф не обиделся, терпеливо объяснил:

– Это так кажется. А если потом посмотреть… Вот разве тебе Лев Тимофеевич разрешил бы уезжать к каким-то там диггерам? Но ты его не спросила, и что получилось?

Наверно, я изменилась в лице, потому что он сам испугался своих слов и умоляюще заглянул мне в глаза.

– Юля, извини! Я дурак!

Признаюсь, ответить что-нибудь резкое очень хотелось. Отчасти заслуженно, потому что жестоко тыкать людям в лицо их роковыми ошибками, которых всё равно уже нельзя исправить. Но Юзефу было всего двенадцать лет, он недавно потерял родителей и оказался в чужом городе, где у него никого нет, кроме строгого дядьки… и может быть, меня?

Поэтому я сделала глубокий вдох и кивнула: