Елизавета Притыкина – Очень страшное кино. История фильмов ужасов (страница 34)
Российский кинематограф также имеет примеры слэшеров. Этот поджанр проще всего скопировать, переложив на российские реалии. Однако слэшеры «Путевой обходчик» Шавлака, «С.С.Д.» Шмелева или «Дизлайк» Руминова не вызвали большого отклика у публики. Фильм «Жесть» Дениса Нейманда представляет собой не то слэшер, не то драму с заявкой на артхаус, в котором главная героиня Марина, журналистка газеты «Комсомольская правда», второй раз за свою карьеру получает задание взять интервью у преступника. Однако серийный убийца сбегает из психбольницы и решает скрыться в дачном поселке, который своей бесконечностью и безумием обитателей походит на кафкианский замок. Жители глубинки здесь показаны максимально отталкивающе, особенно на контрасте с зажиточной жизнью главных героев. Марина в попытке спасти свою жизнь вынуждена столкнуться с чужой жестокостью и безумием, а главное, усомниться, является ли сбежавший пациент на самом деле маньяком или жертвой системы.
Обсуждая слэшеры, невозможно не упомянуть об эволюции тропа «последняя девушка» («final girl»). Среди классических слэшеров особой нежной любовью к этому приему отличался Уэс Крэйвен. Зрители навсегда запомнили не только маньяков, но и находчивую Нэнси Томпсон, и храбрую Сидни Прескот. В фильме «Кошмар на улице Вязов» 1984 года режиссер исследует страхи и желания подростков, которые вынуждены расплачиваться за грехи своих родителей. Крэйвен выбрал форму сновидений как сферу непознаваемого и пугающего. Режиссер вдохновился синдромом, который возник у беженцев от войны и геноцида в Камбодже. Из-за пережитых событий они страдали от кошмаров, отказывались от сна, а затем умирали во сне.
Сюжет начинается с того, что группе друзей в идеалистическом городке Спрингвуд приснился один и тот же кошмар про маньяка в котельной. Маньяк предстает перед зрителями с обожженным лицом, в полосатом свитере, шляпе и с лезвиями на пальцах в самодельной перчатке. Все, кого маньяк убивает во сне, умирают и наяву. Нэнси решает докопаться до личности маньяка и выманить его из сна, чтобы победить. Нужно сказать, что персонаж Фредди Крюгера, легендарного маньяка из сновидений, обладает историей и, главное, уникальным характером, отчего заметно выигрывает у молчаливых Майкла Майерса и Джейсона Вурхеза. Крюгер не только повелитель снов, но и городская легенда, о которой даже складывают детские считалки. Кроме запоминающегося внешнего вида, Крюгер знаменит своими шутками и играми с жертвой. При этом слэшер Крэйвена отличается от «Пятницы 13-е» и «Хэллоуина» тем, что маньяк не скрывается за маской, а его мотивация не просто убивать, а мстить детям своих убийц.
Хорошую динамику слэшеру обеспечивает борьба между «последней девушкой» и антагонистом. Нэнси всем запомнилась не потому, что намного лучше других персонажей и возвышается над нарративом, а потому что она была обычной девушкой по соседству, у которой проблемы с матерью, ненадежный бойфренд, а подруга связалась с плохим парнем. Но Нэнси со всей возможной находчивостью преодолевает проблемы подросткового периода, где Фредди всего лишь один из шагов на пути к взрослой жизни. Девушка не ждет, пока ее будут спасать, а берет создание плана и борьбу со своим страхом полностью на себя. Нэнси нельзя назвать типичной «последней девушкой», которая ведет себя правильно и целомудренно. Несмотря на то, что режиссер в основном наделил подругу главной героини активным сексуальным поведением, Нэнси все равно часто проводит время со своим парнем, что необычно для «выжившей» из слэшера. Нетипична и внешность Нэнси. Крэйвен специально искал актрису не голливудской внешности. «Последние девушки» режиссера куда менее сексуализированы, а насилие здесь свершается не из первертного наслаждения, а сопряжено с чувством вины. Даже в классической сцене в ванной тело Нэнси не было объективировано.
Но имя Уэса Крэйвена всегда будет ассоциироваться с культовой франшизой «Крик». После кризиса жанра, который к 90-м годам стал очевиден, режиссер снимает постмодернистский хоррор о природе зла, которое кроется в человеческой натуре. «Крик» 1996 года – это вызов жанровому кино, который изящно отменял все правила, созданные слэшерами до этого. Кроме высмеивания штампов «Крик» знаменит наличием цитат из классических хорроров. Даже сам Крэйвен появляется в фильме в роли школьного уборщика в узнаваемом свитере Фредди Крюгера. Одной из главных находок картины стал персонаж Рэнди. Крэйвен знал, что снимал мета-кино во многом для фанатов жанра, поэтому решил добавить в фильм киномана Рэнди, который пересмотрел множество хорроров и разделяет восклицания обычного зрителя, когда герои в хорроре решают разделиться. Рэнди помнит наизусть «Хэллоуин» и правила, которые необходимо соблюдать, чтобы выжить в фильме ужасов.
Крэйвен строит сюжет на основе детектива, при этом показывая, что злодеем может быть любой. Эта примета будущих детективных твистов появляется в самом начале, когда знаменитая актриса, Дрю Бериммор, которая изображена на постере, погибает в первые десять минут фильма. Дело в том, что вначале она претендовала на роль Сидни, но не смогла участвовать в съемках из-за своего графика. По сюжету в городе Вудсборо происходят убийства, маньяк терроризирует жертв по телефону, перед тем как убить (привет, «Черное Рождество»). Главная героиня Сидни Прескотт и ее друзья тоже рискуют стать новыми жертвами маньяка. Год назад мать Сидни была изнасилована и убита, а теперь маньяк угрожает и ей. Примечательно, что в фильме действуют актеры сразу двух поколений: невероятная журналистка Гейл Уэзерс и помощник шерифа Дьюи, которые не только не стали проходными жертвами маньяка, но выжили и появились в сиквеле.
Для режиссера тема семьи всегда была краеугольной. Родители Нэнси из «Кошмара на улице Вязов» находятся в разводе, она живет с мамой, которая страдает от алкоголизма. В «Крике» семейные вопросы Сидни выведены на первый план. Ее мать – фигура мифическая, совмещающая в себе роль жертвы консервативного маленького городка и образ почти святой Магдалены. Новаторство Крэйвена не могло не отразиться и на его героинях. Сидни, безусловно, стала наследницей Нэнси, такой же боевой и харизматичной. Она больше не была стереотипом из слэшера. Она не была ни тихоней-отличницей, ни воительницей, она была обычной школьницей, которая даже занималась сексом. Сидни не была идеальной и могла испугаться, могла споткнуться, убегая от убийцы, а могла и врезать маньяку. Создатели фильма уловили дух времени и даже сняли табу с проявления сексуальности в слэшерах. Более того, в фильме выживают целых две «последних девушки». По всем канонам жанра Гейл Уэзерс, «антихрист тележурналистики», наглая, боевая, раскрепощенная женщина, должна была умереть. Однако героини Сидни и Гейл продолжают жить, проходя различные жизненные этапы: школа, колледж, работа, новый роман, развод.
Фильм, несмотря на то, что стал срезом времени, не остался в нем законсервирован, а продолжает жить и развиваться вместе со зрителем. Слэшеры, да и ужасы в принципе не радуют зрителей демонстрацией того, что происходит с «последними девушками» после того, как они уезжают в закат, сидят в крови на веранде или дают показания полиции. «Крик» с этой задачей справляется замечательно, ведь после пережитого героини вынуждены справляться с ПТСР. Гейл Уэзерс ищет утешение в литературе и пишет о случившемся книгу, а Сидни начинает работать на линии поддержки для пострадавших от насилия женщин. Поэтому «Крик» такое гуманистическое по своей сути кино. После лент, где маньяк, который уже и не совсем человек, бесконечно возрождается, Крэйвен указывает зрителю, что под маской прячется всегда разный убийца, ведь зло есть в каждом из нас.
Интересным слэшером в плане «последних девушек» является «Спуск» 2005 года Нила Маршалла, в котором шесть девушек, увлекающиеся альпинизмом, отправляются в пещеру, где встречают дикое племя. Однако новым мета-высказыванием на тему этого тропа стал комедийный хоррор 2015 года «Последние девушки» режиссера Тодда Штраус-Шульсона. Главная героиня фильма – Аманда, дочь неудачливой актрисы, которая погибла в аварии три года назад. В годовщину смерти матери девушку приглашают в качестве специальной гостьи на кинопоказ «Кровавого лагеря», трэш-слэшера, в котором главную роль сыграла ее мать. Во время показа начинается пожар, и Аманда с друзьями пытается выбраться через полотно экрана, так они оказываются прямиком в «Кровавом лагере», и девушка встречает свою мать в образе киногероини. От фильма не стоит ждать высмеивания и полной деконструкции жанра, ведь фильм в своем гуманизме наследник «Крика». Основное внимание уделено линии матери и дочери, отчего иногда складывается ощущение, что смотришь драму. Из-за того, что герои оказываются в слэшере 80-х с полным набором стереотипов, кажется, что авторы не исчерпали весь потенциал. Однако, вероятно, это обусловлено посылом фильма, где дочь получает возможность узнать свою мать лучше и попрощаться. Тем более интересно здесь смотрится линия, когда дочь и мать меняются ролями, наставляя друг друга и пытаясь спасти. При этом в «Последних девушках» высмеивают сексизм слэшеров и троп о подростках, которые занимаются сексом.