Елизавета Крестьева – Не буди во мне ведьму (страница 3)

Арина лежала рядом, пока он не уснул, а потом тихонько перебралась в гостиную, упала на диван, широко раскрытыми глазами глядя в потолок. Весь её привычный, уютный, выстраданный мирок с лязгом и свистом катился в тартарары…

– Хреновые у тебя делишки-то, Арина свет Викторовна, – произнёс кто-то совсем рядом, и Арина еле успела прижать руки ко рту, из которого уже почти вырвался крик.

Давешний мужик с лавки сидел на подоконнике, качал ногами и с дерзкой ухмылкой пялился на неё. Придушенно вспикнув, женщина метнулась под одеяло, и, как маленькая девочка, натянула его до подбородка.

Небритый, в странной серой шапке и чёрной водолазке, обтянувшей крепкие, хоть и сутулые плечи, он смотрел пронзительными голубыми глазами и криво улыбался уголком рта. Пожалуй, если бы не его потусторонний, слегка просвечивающий в свете уличных фонарей облик, его можно было бы назвать симпатичным.

– По…чему я вас вижу?.. – прошептала она.

– Не знаю, – отозвался он беспечно. – Может, молнией приложило?..

– Вы и вправду… вправду существуете?..

– Если это можно так назвать, – скривился её потусторонний визави. – Но такого существования я и врагу не пожелал бы.

– Почему вы… здесь?.. Зачем вам я?..

– А разве неочевидно? – незнакомец спрыгнул с подоконника, беззвучно прошёлся по комнате, вызвав у Арины очередной приступ нервной дрожи, и остановился прямо напротив. – Потому что ты меня видишь, красавица. Больше никто пока не сподобился.

– И… и давно вы здесь?.. – она вдруг залилась краской по уши, смущение победило даже страх. – Вы… вы что… подглядывали?..

Мужчина презрительно фыркнул.

– Не переживай, Арина Викторовна. Я не какой-нибудь хренов эксгибиционист, и до твоей возни с тем придурком, которого ты называешь мужем, мне нет никакого дела.

– Да по какому праву вы оскорбляете меня и моего мужа? – прошипела она, до боли стискивая пальцы на покрывале.

– Ага! – внезапно обрадовался тот. – Всё-таки ты не такая уж бесхребетная терпила. Небезнадёжна, значит!..

– Убирайтесь из моей квартиры! – оказывается, шёпотом можно даже орать.

– Меня зовут Данил, – сказал он так холодно, что она осеклась. – Мне наше знакомство тоже особой радости не доставляет, знаешь ли. Но так уж вышло, что мы с тобой теперь связаны. Раз ты меня видишь, то, значит, теоретически можешь и помочь. Неприкаянным духам в этом насквозь материальном мире вообще несладко, дорогая. Поэтому уж извини, придётся потерпеть.

– Помочь? – изумилась Арина, позабыв про гнев. – Я?.. Но как?..

– Да уж, – мужчина неторопливо оглядывал гостиную в бело-графитовых тонах. – Не знаю даже, кто кому ещё помогать должен… В каком-то смысле ты больше призрак, чем я сам.

– Я?..

– О, Господи, заладила! – закатил глаза к потолку Данил. – До чего ж ты ту… недалёкая. Вот где здесь ты, в этой комнате?.. Что-нибудь есть здесь твоё?..

– Здесь всё моё, – задрала она подбородок, пытаясь сохранить остатки гордости. – Это вообще-то наша квартира!

– Да? И эти обои, ковролин, шторы, покрывало вот это тоскливое – это всё ты выбирала, по своему вкусу? Или дизайнер какой-нибудь новомодный проектик твоему мужу подмахнул?

Арина сглотнула. Слова застряли в горле, она молча комкала многострадальную ткань. Потому что незваный гость был ужасающе, стопроцентно прав…

Всю квартиру проектировали и обустраивали дизайнеры, которые до этого работали с загородным домом его тогдашнего шефа. Они сделали всё круто, модно, стильно. И… абсолютно безжизненно. Никогда ей не нравился этот холодный «хай-тек». Но муж был так горд и счастлив, и сколько друзей потом восхищались дорогой обстановкой и абстрактными закорючками на стенах, похожими на бьющиеся в судорогах запятые и изломанные тире. Наверное, она ничего не понимает в искусстве, потому что на картины эти попросту больно смотреть…

Мужчина многозначительно хмыкнул, засунув руки в карманы призрачных джинсов.

– Зонтик, – вдруг сказал он, будто сжалившись.

Арина подняла непонимающие глаза.

– Зонтик, с которым ты была в сквере! Жёлтый, в горох! Который твой муд… муж в угол отшвырнул и назвал рухлядью.

– Что… зонтик?.. При чём тут…

– Зонтик – это точно твоя вещь в этой хате! Начинаю думать, что единственная!

– Почему?..

– Потому что он точно не совместим с этой унылой дизайнерской хренью. Потому что в нём есть капелька настоящей тебя.

Она смотрела на него во все глаза. Потустороннее нечто говорило мерзкие гадости, ничуть не стесняясь в выражениях, а она…

Под кипевшим сверху возмущением, под вторым слоем из пугающей жути таилось третье, почти невидимое дно. Непривычное, незнакомое и оттого ещё более пугающее, чем удар молнии.

Интерес.

Жгучий, пряный, дразнящий интерес.

Призрак словно бил в неё лазерным лучом, прожигая насквозь аморфные слои и высвечивал то, что она спрятала давным-давно… Её саму. Похороненную в прошлом, заваленную с головой попытками быть идеальной женой и хозяйкой. Ту задорную, брызжущую энергией «ведьмочку» – да, именно такое у неё было прозвище в универе. Ту, за которой и бегал свихнувшийся от любви Димка, выкладывавший перед её окнами послания из горящих свечей, сочинявший смешные, но милые стихи и даривший дорогие подарки на последние вытряхнутые из карманов деньги.

Больно… как же больно… где это всё теперь?..

Призрак наблюдал за её душевными метаниями с фирменной кривой ухмылочкой.

– Ты ведь совсем меня не знаешь, – выдавила она, наконец, вдруг как-то легко и естественно перейдя на «ты», чего за ней раньше не водилось. – Как ты можешь судить обо мне по зонтику и квартире?

– Знаешь, в чём бесспорное преимущество привидения? – он отвернулся к окну, сложив на груди руки. – Тебе абсолютно пофиг на то, что говорят живые. Тебя больше не волнуют их истерики, лицемерие и махровый инфантилизм. Ты их видишь, как они есть. И называешь так, как они заслуживают. Тем более, что они тебя всё равно не слышат.

Он снова обернулся и посмотрел пронзительно. В потустороннем голубом свечении радужек мелькнуло что-то, похожее на горечь.

– Мне похрен, понимаешь? В кои-то веки я говорю то, что вижу и считаю правильным. Мне достаточно этих немногих деталей, чтобы сложить два и два. Ты – классическая жертва классического тирана. Ты сама в этом виновата, спасать тебя никто не обязан, но раз уж мы с тобой оказались в одной лодке, предлагаю тебе сделку.

– Какую ещё сделку?.. Ты совсем свихнулся?..

– Во-о-от, милая, ты общаешься со мной каких-то десять минут, а уже выдаёшь нормальные эмоции! Вот тебе и первая выгода!

Арина вдруг улыбнулась – она помнила эту фразу из советского мультика по Киплингу про слонёнка, которому вытянули нос, а мудрый удав объяснял ему все выгоды данного сомнительного приобретения.

– Я помогу тебе, а ты мне, – как ни в чём ни бывало, продолжил мужчина. – Ты сможешь изменить свою жизнь, будешь жить, как нравится и научишься понимать себя. А я… если всё получится, обрету покой.

– Но… Данил… я же не экстрасенс, не медиум… я от этого всего страшно далека!… Я понятия не имею, что могу для тебя сделать!.. Или это знаешь ты?

Тот угрюмо покачал головой.

– Второе преимущество призраков – они не знают, что нужно делать, но зато они чувствуют тех, кто может помочь. Раз меня к тебе привело… – её снова пронзил призрачный голубой взгляд. – Значит, так надо.

– А с чего… ты решил, что мне тоже нужна твоя помощь? – робко спросила она.

– А что, не нужна? Всё-таки мечтаешь стать «столичной штучкой»?

Хорошо, что темно, хотя Арина была уверена, что её щёки пылали и в сумраке, как тормозные огни ночной машины.

– Нужна… – пробормотала она спустя вечность.

И готова была поклясться, что призрак улыбнулся – но на сей раз – по-настоящему.

ГЛАВА 3

– Пора тебе уже увольняться, – сказал муж, застёгивая плащ. – Сейчас много хлопот будет по продаже квартиры, подбору подходящей в Москве. Займись уже, кстати, первичным отбором… хотя нет, такое дело тебе разве доверишь… Секретаршу озадачу, дополнительная нагрузка ей не помешает.

Он вдруг странно улыбнулся, не Арине, каким-то внутренним мыслям. И улыбка эта была…

Висок внезапно закололо, и она, поморщившись, потёрла его. А когда отняла руку, едва не ахнула. Вокруг мужа танцевали разноцветные полупрозрачные сполохи энергий, отчего он походил на цветную голограмму.

Что это?.. Откуда?.. Почему сейчас, ведь всё было нормально?..

– Чего застыла, пропусти меня, – он довольно резко отстранил её с дороги. – Сегодня буду поздно, к ужину не жди. Слишком много всего навалилось: надо готовить дела к передаче, короче, полный атас. Ну всё, пока. Будь умницей.

Он клюнул её в щёку и вышел.

А она всё так же стояла, таращась на место, где он только что был. Вытянула руки перед лицом. Руки как руки. Никаких сполохов. Что это было?..

В глубокой задумчивости она вошла в кухню и чуть не вскрикнула. Призрак на сей раз сидел прямо на столе, по привычке качая ногами. В дневном свете он казался блёклым, но всё равно выглядел обыкновенным мужчиной средних лет. Только дурацкая шапка в помещении всё время иррационально коробила её, хотя вряд ли призрак способен её снять…