Елизавета Крестьева – Не буди во мне ведьму (страница 2)
Арина коротко выдохнула – раз, другой, третий. Мысленно представила, как лежит в тёплой воде озера, раскинув руки и ни о чём не думает. Она уже давно научилась быстро приводить в порядок растрёпанные чувства – никто и не подозревал, какие тяжкие бури бушуют внутри тихой бледной женщины. Разве что Нелли Семёновна порой смотрела сочувственно, но природная деликатность не позволяла ей вмешиваться напрямую.
– А что, Ариночка Викторовна, не выпить ли нам вашего волшебного чаю? – Арина вздрогнула, почувствовав прикосновение и поспешно обернулась. – Погодка сегодня нелётная, людей нет почти – у меня так вообще никого!
– Ну конечно, Нелли Семёновна. Конечно…
К вечеру действительно собралась гроза – самая настоящая, первая в этом году. Стоя под козырьком остановки – она всегда провожала Нелли Семёновну до автобуса, Арина заворожённо наблюдала, как чёрная туча брюхом наползает на дальние свечки многоэтажек. Её посланники – длинные серые космы облаков уже неслись впереди, прямо на них с Нелли Семёновной, расчищая дорогу царице. А та глухо ворчала, недовольная, и в косматой глубине зловеще вспыхивало.
– Ох, Ариночка, – Нелли Семёновна тоже тревожно вглядывалась вдаль. – Может, такси возьмёте?.. Уж больно туча страшенная!
– Да ничего, Нелли Семёновна, – улыбнулась Арина. – Я люблю грозы. Это значит – лето не за горами! И воздух какой свежий – как дышится легко. У меня зонтик с собой, да и идти всего ничего. Не переживайте!
– Ладно, голубушка, – Нелли Семёновна махнула рукой. – Упрямая вы, знаю, всё одно не послушаете. А вот и мой, кажется, – она вгляделась в номер подъезжающего автобуса. – До завтра!
– До завтра, Нелли Семёновна, берегите себя.
Туча настигла её уже у самого дома, в сквере. Потемнело так резко, вспыхнуло и грохнуло так страшно и так близко, что Арина невольно взвизгнула, прижав к себе сумку, и неуклюже побежала. Порыв ледяного ветра рванул из руки зонтик, купол вывернуло спицами наружу, и женщина зацепилась второй рукой за железную ногу фонаря, чтобы не упасть.
И в этот момент в фонарь ударила молния.
Фонтан оранжевых искр просыпался сверху диковинным фейерверком, в глазах потемнело, а тело прошил неистовой силы разряд.
«Боженька, неужели всё?..»
По лицу снова стучали капли – но не такие робкие, как утром. Тяжёлые неистовые шлепки били больно, с оттягом, словно пытаясь привести её в чувство. Ладони холодило мокрое железо, асфальтовая дорожка впивалась в колени. Арина с трудом открыла глаза.
Она стояла на коленях у фонаря, мокрые волосы выбились из-под платка и рассыпались по плечам. Гроза грохотала и неслась дальше, стегая ещё голые деревья и только начавшие зеленеть космы прошлогодней травы невидимым бичом. Не веря себе, в то, что чудом осталась жива, Арина медленно поднялась, цепляясь за всё тот же злополучный фонарь – больше было не за что. Зато рядом с фонарём была лавочка, на которой она любила сидеть на прогулках.
На неверных ногах Арина сделала пару шагов, рука коснулась лавочки. Облегчённо вздохнув, она собралась было сесть, как в новой вспышке молнии обнаружила, что лавочка не пуста. На ней сидел мужчина и странно смотрел на неё, даже не делая попытки встать и помочь.
Нет, Арина прекрасно понимала, что не все люди спешат на помощь ближнему, но помочь женщине хотя бы встать после такого инцидента – это уж совсем несложно!.. Не надорвался бы…
Незнакомец продолжал пристально и даже с некоторым удивлением разглядывать её, и Арина в конце концов не выдержала:
– Неужели так интересно наблюдать, как женщине плохо?..
– Очень, – сказал мужчина, и уголки его губ медленно приподнялись в нехорошей улыбке.
С ним было что-то совсем не то. В мозгу промелькнула паническая мысль о маньяках, и Арина заплетающимся языком пробормотала:
– Вас что, не учили женщинам в трудных ситуациях помогать?… Или вы… вы… садист?..
Мужчина засмеялся, откинув голову, и Арину снова будто прошило молнией. Этот смех… совсем не человеческий… он был… он был…
– Учили, – сказал мужчина, отсмеявшись. – И я бы с удовольствием помог, да вот незадача…
Он медленно протянул руку, и Арина онемев от ужаса, не смогла отпрянуть. Его рука коснулась её, но женщина не ощутила живого человеческого тепла. Наоборот, неприятный скользкий холод змеёй скользнул вверх, к плечу. Его пальцы, не встретив сопротивления, прошли сквозь её руку, как сквозь зыбкий утренний туман…
А через его силуэт, прежде казавшийся вполне реальным, вдруг явственно проступили контуры деревьев и бегущая сквозь сквер парковая дорожка…
Коротко всхлипнув, Арина провалилась в милосердную тьму.
ГЛАВА 2
На сей раз в себя она приходила медленно, будто толчками. В голове пульсировала боль, ноги-руки свело от холода и сырости. Гроза утихала, но полотнища мелкой мороси, будто затирая за могучей хозяйкой следы буйства, продолжали свешиваться с небес в сгущающихся сумерках.
Арина пошевелилась и кое-как села прямо на той самой лавке, где увидела… призрака.
Господи, что у неё с головой?.. Какие ещё призраки?.. Она попала под разряд молнии, у неё шок и временное помутнение рассудка… Чудо, что вообще жива! Немудрено, что всякая чертовщина в стукнутую головушку лезет…
Лавочка была пустой, как и весь сквер, при такой-то погоде, а сердце продолжало колотиться, как сумасшедшее.
Если это было видение, то до чёртиков реалистичное…
Но если она сейчас же не вернётся домой и не отмокнет в горячей ванне, легко может слечь с температурой. Она же мокрая и продрогшая насквозь! И где… где её несчастный зонтик?..
Зонтик нашёлся у фонаря, в траве, безнадёжно и непоправимо сломанный. Почему-то его вид вогнал её в такую тоску, что крупные слёзы закапали, как тот дождь.... Тихонько всхлипывая, она зачем-то забрала зонт и побрела домой.
На стоянке тут же бросился в глаза серебристый «Тигуан».
Она очень, очень надеялась, что муж ещё не дома. Обычно он возвращался не раньше восьми, но сегодня, видно, день такой – всё кувырком… Но ему ни в коем случае нельзя говорить про молнию и уж тем более – про галлюцинации! Просто – промокла, может быть – упала… Ничего, она справится.
– Ох, Арина Викторовна! – всполошилась консьержка, едва завидев её. – Ох, милая, как же вас под грозу-то угораздило?.. Упали, что ли?.. И зонт сломали?.. Ах, а бледная-то какая, чисто снег!..
– Да ничего, тёть Зин, ничего… всё нормально… Дима приехал уже, да?..
– Приехал, милая, приехал, да светится весь как лампочка! И в пакете-то явно шампанское торчало, я уж заметила! Так что праздник у вас сегодня, Арина Викторовна, намечается. Мигом согреетесь!..
Да уж, у консьержки-комондора и глаз, и слух , и нюх – животный мир отдыхает. Зато уж точно никто не проскользнёт незамеченным, думала Арина, поднимаясь в квартиру и на ходу вытирая влажной салфеткой лицо. Одно радовало – если Дима в хорошем настроении, может, не будет ругать за неприготовленный ужин…
– Арина?.. Что… что это с тобой?.. С тебя течёт, как с мокрой псины! Ты что, в лужу упала?.. И что это за мерзкая рухлядь? – он брезгливо вытащил из её руки зонт и отбросил его в угол.
– Попала под грозу… – виновато сказала она. – Ты не волнуйся, Дим, я сразу в ванную, быстро в порядок себя приведу. И… прости, не успела с ужином, не знала, что ты так скоро приедешь…
– Слушай, дар у тебя что ли, такой?… – скривились его губы.
– Какой? – растерялась Арина. Вспомнились жуткое прикосновение призрака, и по спине протянуло ледяным ветерком.
– Портить самые лучшие моменты, – процедил муж. – У меня сегодня чуть ли не лучший день в жизни, а тут жена заявляется невесть откуда, да ещё мокрая, как псина из подворотни! Где тебя носит уже целый час – твоя библиотека ведь в шесть закрывается! Давай в ванную, я тебя жду, – он передёрнул плечами и ушёл в комнату.
Горячая вода, запах любимого ягодного мыла, пушистое полотенце. Есть в жизни вещи, которые обладают мгновенным лечебным эффектом. Пульсация в голове постепенно стихла. Жаль только, ноет что-то в глубине души, тонким, жалобным голоском той самой псины из подворотни, и полотенце тут бессильно… Но Арина привычно вдохнула – раз, два, три… Покой и тишина заветного озера обняли глубины подсознания, и псина угомонилась, залегла в привычную тень.
– Ну что, дорогая! – Дима встретил её на пороге гостиной с бокалом шампанского в руке. – Поздравляй с назначением!
Арина вымученно улыбнулась и приняла бокал.
– Я и не сомневалась, дорогой, – сказала она, поцеловав чисто выбритую щёку. – Вот ни секунды не сомневалась, что ты получишь эту должность!..
– Бери выше, Аринка, – муж действительно пребывал в отличном расположении духа. – Скоро ты у меня станешь самой настоящей столичной штучкой!..
– Как… – она так растерялась, что слова застряли в горле невразумительным комком. – О чём ты?..
– Эх ты, солнце моё, – он длинным хозяйским движением огладил ей спину. – Два и два не можешь сложить, что ли?.. Через месяц, максимум, полтора, мы наконец-то переезжаем в Москву! Ну?.. Что скажешь?..
Сказать она так ничего и не смогла. Мысли неслись, как вспугнутые кони, во весь опор и в разные стороны. Она пыталась улыбнуться сквозь его жадные поцелуи, но ему и не требовался её ответ. Он торжествовал, закрепляя долгожданную победу самым древним, понятным и мужским способом, будучи, к тому же, изрядно навеселе.