Елизавета Комарова – Шестеро против Шекспира. Печальные комедии современности (страница 66)

Абориген. Маша, скажите. Только честно. Мы для вас инопланетяне? Те, кто в провинции живет? Для вас, москвичей? Мы инопланетяне?

Маша. Почему? (Горячо, субеждением.) Вы такие же люди, как мы… Приезжайте! Москва – город, где приезжие ежесекундно добиваются успеха!

Абориген. Если, конечно, им удается туда пробраться…

Она уезжает.

Но они в самом деле начинают писать другу другу письма – те, что от руки на листочках. И каждый ждет письма и радуется новому письму, и так все лето…

Дома у Заявителя – бабушка, мать и сестра. Они все примерно одного возраста, до тридцати лет. Всюду в квартире банки и крышки. Грибы, огурцы и лесная малина. Бабушка самая молодая и жилистая.

Бабка. Полгода заготавливаем, полгода потребляем. Что потопаешь, то и полопаешь. Запасливый лучше богатого. Все свое, экологическое, без ГМО!

Сестра (просит участия Заявителя). Скажи ей, скажи, я с девчонкой Ивановых сидела, пока они на свадьбе, они мне денег дали, а эта отобрала…

Бабка. Зачем тебе деньги, дурында, на всем готовом, на бабкиных харчах…

Сестра. Хочу тушь глазную, как у Юльки чтобы…

Бабка. Сравнила! У Юльки муж крепко на ногах стоит, одних алиментов пять тыщ платит. Выйдешь замуж за Штыря, будешь себе ваксу на рожу покупать…

Абориген. Бабушка! Чтобы я этого даже не слышал – что Лида выйдет замуж за Штыря.

Бабка. Ох-ох-ох, мы какие… А этот, Владик, твой одноклассник, что лягушек надувал, большим человеком стал: пузо – во, бородища лопатой, поп в Сорока Мучениках. Хлебное место! Родись, крестись, женись, помирай – за все попу деньги подавай. Привет тебе передавал, телефон оставил. Звоните, говорит, если что. Отпеть там кого чин по чину. Все люди как люди, один ты… Женись! Холостой – полчеловека, вот как в народе говорят. А бобыли теперь все под прицелом – не педофил ли, так и до беды недалеко.

Абориген пытается что-то есть. Ему противно и невкусно.

Абориген. Бабушка! Что это я ем, такое невкусное?

Бабка. Ты давай не распетюкивай. Порог поскребла да пирог испекла. Русское брюхо и долото переварит. Лучше в нас, чем в таз.

Выдумал – фотограф он! Теперь каждый сам себе фотограф, вон, все на цифре. Ты бы лучше делом занялся. У всех дети как дети. Чесалкиных младший – золото, а не пацан. Бизнес наладил – котят топит по вызову. К нему запись на неделю вперед. Наладил бы бизнес какой. Сейчас молодежи во всем инновация открыта. А то – фотограф, выставка, в Москву, в Москву… Сиди дома, Ерёма… Кисни, опара, на родном квасу! У нас вон одна тоже все музыкантшей себя считала (кивает на мать Заявителя), съездила в Москву, вернулась с пузом на материну шею…

Мать Заявителя молча закатывает банки. Она бессловесна. Видно, что все произносимое бабкой – мученье для нее, но она абсолютно сломлена.

(Матери.) Что сидишь, кулема? Узнала бы, когда психдиспансер на прогулку поведут, пошла бы и познакомилась с кем… Люда! Вернись на землю, что глазами хлопаешь? Давай мой руки – и в собес. Вроде компенсации начали выдавать, сосулевые… Весной вот такая сосуля на балкон упала, все заготовки подавила… Полгода заготавливаем, полгода потребляем… Нам и без всякой Москвы нормально! Пенсия есть, получка есть, огород есть, лес есть – и нормально. Дома и солома съедома. Порог поскребла да пирог испекла. Вот Лидка выйдет за Штыря, еще лучше жить будем…

Монолог Штыря, крепкого парня с широкой улыбкой, не покидающей его загорелое от работы в огороде лицо.

(Хочет рассказать что-то интересное, важное.) Короче, это… Мы такие, типа, ваще… Мне по приколу, а че?.. Этот тоже, ну, угорает, короче, а я, такой, типа – опа… И ржач стоит… Значит, ну, короче, мы такие, прикинь, да?.. А они такие, типа… Короче, приходим… Там – ваще, блин, я прикололся… Ну и это, короче, типа…

То есть видно, что парень-то он неплохой, невредный, но замуж за него выходить и детишек рожать ни в коем случае не надо. Этот «монолог Штыря» может продолжаться сколько угодно долго, пока его зрители не «захлопают». В ответ на «захлопывание» Штырь возмущается не на шутку.

Ага, а сам поди попробуй без матюков, нах… Умный, нах, нашелся… Поди че расскажи без матюков, я на тя посмотрю, нах…

А за каждый матюк Николай Угодник от человека на три года отрекается, у нас поп в диспансере выступал, так и сказал – за каждое слово на три года… Ты возьми, нах, калькулятор… Кирдык, нах, нам всем на тыщу лет вперед… (Возмущенный, Штырь исчезает.)

Бабка подсаживается к Аборигену, говорит дружелюбно, почти просительно.

Бабка. Я Штыревой мамке велосипед твой старый подарила, а то что за почтальонка без велосипеда. Не мы ведь одни до Штыря с его пенсией охотники, там и Чикобрыкины сватаются, и Недомятовы… Побыстрей свадьбу надо играть, и дело с концом. Что ты мудришь вечно? Что нос воротишь? Я ведь и в диспансере была, с доктором говорила, она говорит – ничего, у него болезнь вялотекущая, жениться можно… Да у нас в Крышкине где друго-го-то найдешь? На «Марсе»? По три месяца без получки? А восемь с половиной тысяч на дороге не валяются. Да я бы с такой пенсии бизнес раскрутила. Бедность не грех, а до греха доводит…

Сестра громко, от души чихает.

Вот. Значит, правда…

Мать (оживляется). Ты чихнула на ноту ре, занизив ее на одну шестнадцатую. Пожалуйста, больше так никогда не делай.

Бабка. Начинается… Горе луковое…

Абориген молча гладит мать по голове.

Абориген. То, что мы испытываем, когда бываем влюблены, быть может, есть нормальное состояние? Влюбленность указывает человеку, каким он должен быть?

Три женщины смотрят на него.

Бабка. У всех дети как дети… Наказанье…

Собеседование-1

Абориген превращается в Заявителя.

Одевшись тщательно, в сотый раз проверив все бумаги, сосредоточившись, уже двинувшись было к двери, он снова кладет папку на стол и роется в документах. Это очень важно. Ничего не забыть. Все – по полочкам. Снова застегивает папку, одергивает пиджак и уходит.

Собеседование происходит в простой железнодорожной кассе. Инспектор долго изучает бумаги заявителя. Заявитель смотрит на Инспектора. Слишком долго молчат они. Неожиданно Инспектор отрывается от бумаг и открыто, приветливо улыбается заявителю.

Инспектор. Значит, вы хотите купить билет до Москвы?

Заявитель. Да.

Инспектор. Прекрасно. Скажите «а».

Заявитель. А…

Инспектор. Великолепно. Говорят, Москва очень похорошела в последнее время. Теперь скажите, пожалуйста, «у».

Заявитель. У.

Инспектор. Ы?

Заявитель. Ы.

Инспектор. Где вы учились? Я имею в виду, кто вам сказал, что «ы» – это горизонтальное «у»?

Заявитель. Догадался.

Инспектор. Потрясающе… Итак… Как побыстрее добраться на трамвае от Брестского вокзала до Николаевского?

Заявитель. Добираться трамваем от Белорусского вокзала до Ленинградского теперь нет необходимости, так как эти вокзалы связывает с 1939 года московский метрополитен.

Инспектор. А вы подготовились, вас не собьешь… Цель вашей поездки в Москву?

Заявитель. Посещение Третьяковской галереи и музеев Московского Кремля. Театра кошек и мышиной железной дороги.

Инспектор. Справка от психиатра у вас в порядке? Да… Справка о доходах? Так, вижу, нуда, на билет до Москвы хватит… Прививки… Очень приятно иметь дело с адекватным, хорошо подготовленным человеком. А то знаете, иной раз такие идут… Флюорография? Ой, ой, ой… Рано я вас похвалила… Зачем вы меня расстраиваете…

Заявитель. Что такое?

Инспектор. У вас старая флюорография.

Заявитель. Старая флюорография?

Инспектор. Вчерашняя. А срок годности флюорографии для нашего ведомства не более 24 часов. Так… Давайте знаете что? В следующий раз я дежурю… Во вторник. Приходите во вторник. Со свежей флюорографией. Только обязательно, я вас жду…

Заявитель выходит и долго стоит на мосту, смотрит с моста на реку.

Заявитель (реке). Сказали во вторник зайти с новой флюорографией. Такие дела… Вроде, все не так плохо. (Подмигивает реке и уходит.)

Сестра говорит о революции. (Делаются акценты на шипящие звуки.) Мы видим, что ей очень приятно это говорить, она воодушевлена. Что называется, «с выражением».

Революция! Настоящая революция! Такой щеточки еще не существовало. Абсолютно круглая щеточка для нового, более точного движения – легкость применения и безупречный результат! Маленькая круглая щеточка-шарик, которая произвела настоящий переворот в устоявшихся привычках! У нее масса достоинств, и она тщательно окрашивает каждую ресницу, удобно и легко скользит во всех направлениях, от корней до кончиков, захватывая даже самые короткие реснички во внутренних и внешних уголках глаз. Две формулы туши «Феноменайз» – подкручивающая и удлиняющая – и значительно облегчающая их нанесение щеточка тщательно прокрашивают ресницы и производят потрясающий панорамный эффект! Эта маленькая, высокотехнологичная щеточка-шарик из сверхгибкого эластомера с круглой революционной запатентованной формой обладает гениальными свойствами.

Подходит для глаз любой формы!

Для всех типов ресниц, даже для самых коротких и тонких, и особенно для труднодоступных ресниц!

С профессиональной точностью, от корней до кончиков, от внутреннего до внешнего уголков глаза, включая нижнее веко, достигается эффект четко разделенных, гладких ресниц с красивым изгибом.

Механическое удлинение ресниц оптимизируется действием запатентованной «Живанши» круглой щеточки и фиксируется эластичной пленкой воска стрейч экстеншн quick dry, который обеспечивает быстрое просушивание туши.