Елизавета Комарова – Шестеро против Шекспира. Печальные комедии современности (страница 47)

Локоток(показывая удар). Х-ха!

Вуду. Молодец! (Смеется.)

В юрте Вождя.

Альберт. Меня зовут Альберт. (Застенчиво.) Родители назвали меня так в честь Альберта Швейцера, великого миссионера.

Вождь. А меня родители назвали Гуту. Просто Гугу. Чтобы легче было выговорить.

Альберт. Очень приятно. Так вот. Я пришел с той стороны реки…

Вождь. Там, гдекарачуры?

Альберт. Кто?

Вождь. На той стороне реки живут карачуры. Маленькое вредоносное племя. Мы их едим.

Альберт. Что?

Вождь. Мы их едим! А они нас.

Альберт. Да. Я знаю, что вы… делаете это друг с другом.

Вождь. Это жизнь.

Альберт. Да, но есть другая жизнь! Другие возможности! Я как раз поэтому сюда и приехал…

Вождь. Говорите.

Альберт. На той стороне реки, гораздо дальше, чем… э-э-э…

Вождь. Карачуры.

Альберт. Да. Там, еще через несколько лун пути, обитает много разных народов. Мы очень разные, но живем друг с другом в мире и согласии…

Вождь(с уважением и удивлением). О-о…

Альберт(смутившись, потому что честный). Конечно, еще иногда случаются проблемы… ну, там, с этими…

Вождь. Мы можем помочь.

Альберт. Спасибо, там уже… Не надо! Короче: мы предлагаем вам войти в нашу большую семью.

Вождь. Как это прекрасно!

В юрту всовывается голова Фемы.

Фема. Папа, смотри! (Влезает в юрту вся.) Правда, здорово?

На ней – пластиковый мешок с прорезанными дырками для головы и рук. Альберта она как будто не замечает.

Я сама придумала! (Кружится и исчезает.)

Альберт. В этом мешке была мука… Милый ребенок! Вождь. Вся в маму.

Альберт. Кланяйтесь ей от меня…

Вождь. Маму съели.

Альберт. О господи! Карачуры?

Вождь. Нет, ее съели свои. У нас тут, знаете, иногда бывает… Альберт. Примите мои соболезнования.

Вождь. Ну, что вы… Это было давно. И потом – я их потом тоже съел. И детей их съел…

Альберт. Как?!

Вождь. Вас интересуют подробности?

Альберт. Нет!

Вождь. Ну и правильно. Тогда продолжим. Вы говорите: войти в вашу семью…

Альберт. Да.

Вождь. И большая семья?

Альберт. Сотни миллионов человек! (Поясняет.) Очень много.

Вождь. Заманчиво…

Альберт. Но войти туда можно только на наших условиях!

Вождь (вставая, торжественно). Запомните сами и передайте вашим братьям: народ Края света никогда не поддастся на диктат! (Садится.) Говорите ваши условия.

Альберт. Прежде всего – прекращение людоедства. Во-первых, в этом давно нет никакой необходимости, а во-вторых… Вождь. Пожалуйста, не надо!

Альберт. Что?

Вождь. Не называйте нас людоедами.

Альберт. Но…

Вождь. Это называется – человекоядение. Древняя, освященная веками традиция. И потом: мы ведь не только людей едим. Рыбу едим, птицу, тюленя… Что поймаем, то и едим.

Альберт. Но человек – не пища!

Вождь(мягко). Вы просто еще не пробовали.

Альберт ставит палатку, разбирает вещи. За этим с интересом наблюдают аборигены. Один из них невзначай хочет уйти с аптечкой.

Альберт. Друг! Поставьте это, пожалуйста, сюда! Абориген (обнаружив аптечку у себя в руках). Ой. А это – ваше?

Альберт. Да.

Абориген. Нет базара. (Возвращает аптечку, уходит.)

Фема. Я тут посижу?

Альберт. Посиди.

Фема у порога. Берет пузырек с зеленкой. Проводит крышечкой по руке – на руке остается зеленая полоса.

Фема. Что это?

Альберт. Это – лекарство. Им мажут царапины, чтобы они быстрее проходили. У тебя есть царапины?

Фема. Ага. Вот! (Показывает.)

Альберт. Ну-ка, дай сюда пузырек.

Альберт осторожно смазывает ранку на ее ладони. Фема начинает ойкать; Альберт берет ее за руку и дует на ранку.

Ну-ну-ну, ничего-ничего… Сначала поболит, а потом перестанет.

Фема. А у меня еще есть царапина. (Задирает платье, демонстрируя симпатичный животик.) Вот! Помажь.

Альберт осторожно мажет указанное место.