Елизавета Кедровская – Путь, данный герою (СИ) (страница 2)

За то недолгое время, что Вэй был знаком с Зелорисом, он понял, что мечника очень сильно волнует боязливое отношение людей к его внешности. Еще меньше времени Вэю потребовалось на то, чтобы понять — люди боятся Зелориса напрасно. Однако его отчасти забавляло лицезреть реакции людей при встрече с Зелорисом, как и попытки последнего вступить с этими людьми в контакт. Вэю за день удалось повеселиться еще три раза: через два часа заблудшим товарищам повстречался грибник, еще через два — травник, а спустя полчаса после него — лесоруб, которые в точности повторили действия рыбаков, за исключением лишь того факта, что ни грибник, ни травник, ни лесоруб вещи свои бросать не стали.

В итоге изрядно уставший Вэй произнес:

— Так уж и быть, кем бы ни был следующий встречный, дорогу спрошу я.

— У, — еле слышно согласился Зелорис.

Уже смеркалось, когда Вэй и Зелорис вновь увидели людей. На сей раз это была группа мужчин, которые, по всей видимости, тоже направлялись в Монфрид для участия в «Охоте».

— Ну, я пошел! — воскликнул Вэй. — Удачи мне.

— У…

— А ты пока стой здесь.

Мечник кивнул, а лучник направился узнавать дорогу.

— Достопочтенные господа, — обратился Вэй к пятерым вооруженным громилам. — Не подскажете ли вы мне, в какую сторону я должен идти, чтобы попасть в Монфрид?

— Че? — переспросил один из мужчин.

— Как мне добраться до Монфрида?

— Да мы сами заплутали, — улыбнулся второй.

— После обеда из Форлейнвуда вышли, и вот мы здесь, — добавил третий.

— Вы что, совсем тупые? — удивился Вэй. — Из Форлейнвуда до Монфрида всего одна дорога ведет!

— Ты ж сам заблудился, раз дорогу спрашиваешь! — обиделся четвертый.

— Ты кого тупым назвал?! — взревели первый и пятый.

— Сам же такой, зачем других оскорблять? — возмутился второй.

— Лучше б в зеркало посмотрел! — добавил третий.

— Ну, так вас пятеро, следовательно, лучше соображать должны, — разочарованно ответил Вэй. — А так выходит, будто у вас одна голова на пятерых, да и та бредет, куда не знает.

— Нечего на зеркало пенять, коли рожа крива! — огрызнулся четвертый.

— Ты прекрати мне тут… — процедил сквозь зубы первый.

— Извинись, быстро! — приказал пятый.

— Поживее, — добавил третий.

— Да ну вас! — махнул рукой Вэй, развернулся и хотел было уйти, как второй схватил его за колчан и развернул обратно.

— Ты никуда не пойдешь, пока не извинишься, — сказал он.

— Так что поживее, — добавил третий.

— Не буду я извиняться, вы мне все настроение испортили!

— Мы?!

— Я к вам с такой надеждой шел! А вы сами заплутавшими оказались.

— Я его ударю сейчас, — предупредил пятый своих товарищей.

— Потом я, — произнес первый.

— Не надо меня бить! — всерьез возмутился Вэй. — Это грубо: чуть что, пускать в ход кулаки!

— Мало того, что тупыми, так ты ещё и грубыми нас обозвал? — произнес второй.

— Не завидую я тебе… — добавил третий.

Четвертый не стал ничего говорить. Вместо этого он ударил Вэя в живот. Остальные хотели последовать его примеру, но, увидев человека, пришедшего на помощь лучнику, передумали и отступили на пять шагов назад.

— Драться нехорошо, — прошептал Зелорис. Стоящий спиной к заходящему солнцу он выглядел еще более устрашающим.

— М-мы не деремся, — опешил первый.

— Из-извините нас! — тоненьким голоском проверещал пятый.

— Больше такого не повторится, — произнес четвертый, и все пятеро поспешили удалиться с глаз долой.

— Спасибо, друг, — вздохнул Вэй, положив руку мечнику на плечо. — Но, к сожалению, мне не удалось ничего узнать.

— Почему они тебя ударили? — чуть слышно спросил Зелорис, заметно покрасневший после того, как его впервые назвали другом.

— Ума не приложу. Я же говорил, что для меня узнавать дорогу не у женщин — плохая примета.

Из следующей главы вы узнаете о том, как история лесоруба из Форлейнвуда за четыре дня пополнилась новыми фактами и достигла Монфрида.

====== Часть 1. “Охота”. Глава 2 ======

О том, как история лесоруба из Форлейнвуда за четыре дня пополнилась новыми фактами и достигла Монфрида

— Так вот, — произнес лесоруб Лестор, откусывая голову сушеной рыбе. — Иду, значит, я по лесу, никого не трогаю, домой возвращаюсь. И тут навстречу мне выходит…

— Кто выходит? — перебил его плотник по прозвищу Тетерь, в гостях у которого сидел лесоруб.

— На лице шрам во-о-от такой, — широко раскинул руки Лестор. — На поясе меч, за спиной еще два. На одежде пятна крови застывшие…

— Сразу видно — разбойник… — догадался Тетерь.

— То-то и оно. Я с испугу чуть топор не выронил.

— А он?

— А он как замычит что-то нечленораздельное! Я и бежать. Мне моя голова дорога.

— Догнал?

— Как бы я здесь перед тобою сидел, ежели б догнал?

— И то правда… — плотник подлил горячительного лесорубу в стакан.

— Не знаю, сколько уж я бежал от него, но устал сильно. Сел, значит, я под дерево, чтоб отдохнуть, как тут…

— Снова он? — с нескрываемой радостью в глазах догадался плотник Тетерь.

— Он самый! Да не один. С ним еще светловолосый с луком за спиной был. Я-то в кустах притаился, меня не заметили, но мне все видно было. Светловолосый сказал что-то вроде того, что сейчас его очередь, и пошел навстречу пятерым здоровым детинам.

— Да уж… Сейчас всякий сброд на королевскую «Охоту» через наши места добирается.

— Так вот, некоторое время, значит, он с ними о чем-то говорил, далеко было, не слышно, да и его самого плохо видно было…

— Дальше что, дальше, — поторопил лесоруба любопытный плотник.

— А дальше к ним, не выдержав, видимо, этот, со шрамом который, побёг. Стоило ему только подойти и что-то сказать, так те пятеро тут же из виду скрылись. Только пятки сверкали. Я еще, значит, в кустах посидел чуть-чуть, подождал, чтобы эти двое подальше ушли… И вот, я здесь.

— Повезло ж тебе, что жив остался.

— Еще как повезло. В счастливой рубашке родился!