Елизавета Данилова – Большая книга Тайных Знаний (страница 98)

Данный наговор следует произносить на любую вещь, которую любимый оставил или позабыл. Прочитать его нужно трижды, а затем положить эту вещь под подушку на ночь, а поутру достать и оставить на видном месте напротив двери.

«Господь все на земле сотворил, все вместе объединил, единой ниткой повязал. Реки увязал с морями, моря – с кораблями, корабли – с берегами, берега – с городами, города же – с жителями. Нет цепочке той конца, как и нет обручу середины, все в мире этом едины.

Возьму же я во рученьки свои белы вещь сию, вещь сию, рабом Божьим (имя любимого) оставленную. Прижму ту вещь ко жгучему сердцу юному, юному да влюбленному. Как теплом моим она согревается, так пусть в сердце раба Божьего (имя любимого) былая страсть ко мне разгорается. Как я ее переворачиваю, так милого своего домой ворачиваю не на день, не на ночь, а на веки вечные. Слову моему ночь – владыка, ключ к нему – свет серебряный. Замком закрываю, ключом замыкаю. Аминь».

Этот наговор читают вслед уходящему любимому.

«Как по этой земле-матушке голубь мой хаживал, по ней же, родной, цветы алые мне нашивал, так уж не будет более он уходить, свое сердце иным девицам дарить, дарить да раздаривать. Земля-землица, заточи его в темницу, а ключи отдай мне, рабе Божьей (имя). Пусть чем дальше раб твой (имя любимого) от меня уйдет, тем быстрей дорогу назад найдет, а чем раньше сможет отойти, тем сложнее будет ему в пути. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь, аминь, аминь».

Наговорить трижды на еду и дать отведать любимому.

«В супе моем соль сахаром нельзя заменить, значит, милому меня нельзя разлюбить. Пусть как суп мой он хлебает, так в душу свою меня принимает, иных из нее изгоняет, изгоняет и отваживает. Как мне не жить за семью морями, так и милому не гулять ни с рябыми, ни с худыми, ни с глупыми, ни со старыми и ни с молодыми. Как я сама того супа не трогаю, так и не трогает пусть моего милого раба Божья (имя соперницы). Слово мое крепко, до дела цепко, неворотимо, неизменимо. Аминь, аминь, аминь».

«Как берегам вовек не сойтись, морю с морем не слиться, так и сопернице моей, рабе Божьей (имя соперницы), с милым моим (имя любимого) не сойтись, пока жива я буду. Будут пусть они друг другу злее злых врагов, контрастнее двух цветов, различнее двух ветров. Ключи в ладонь собираю, в море синее кидаю. Как ключей со дна моря не достать, так и слова моего не снять ни ныне, ни поныне, ни во веки веков. Аминь, аминь, аминь».

Наговор следует произносить, стоя у развилки трех дорог лицом на восток.

«Шла я полем, шла я лесом, шла высокими горами. По пути воздух свежий вдыхала, ноженьками своими травушку приминала, в лесах веточки загибала, милого вспоминала. Сколько я воздуха вдыхала, столько сердца у милого отрывала. Сколько травы приминала, столько соперниц убивала. Каждая сломанная мной веточка – их поклон и склонение, у меня просьба прощения.

Те пути-дороги вывели меня, рабу Божью (имя), на полюшко да зелен луг. На том поле тропки мои разветвляются, на три стороны разбегаются. Как эти дороженьки расходятся, так и соперницы в стороны от раба Божьего (имя) разводятся, разводятся и боле не встречаются, навсегда с ним распрощаются. Слово мое крепко, кровью моей скреплено, печатью Господней покрыто, вовек не забыто. Аминь, аминь, аминь».

Наговор следует читать на берегу реки, пруда, озера (любого другого водоема).

«Опущусь я на дно морское, отыщу там царство золотое. В царстве том живут 33 богатыря, а с ними сестрица Заря. Поклонюсь я, помолюсь жителям морским, попрошу у них присушить, привязать ко мне раба Божьего (имя любимого). Чтобы сердце его они любовью, как кувшин водицей, наполнили, чтобы очи его морской водой окутали да на меня направили, вспоминать день и ночь заставили.

А у Зорюшки попрошу ослеплять и сжигать всех, кто на счастье мое посягает, кто милого моего отнимает. Пусть осудит и накажет она рабу Божью (имя соперницы), на пути моем вставшую, беду наведшую. Отведет от раба Божьего (имя любимого) ее чары крепкие, словно шипы к одежде цепкие. Как не слыть красной девице молодцем, так и ей с милым моим вовек не бывать, не есть, не пить, не почивать. Слова свои заклинаю, в пелену морскую опускаю. Не снять чар тех ни водным, ни земным, ни близким и родным. Аминь, аминь, аминь».

«Встану я, раба Божья (имя), благословясь, выйду в чисто поле, перекрестясь. В чистом поле встречу зорю Марию, попрошу у нее оградить меня от суши и засухи, от угара и нагара, от любовных горестей и напастей. Пусть пошлет она эти беды могучие на соперниц моих (имена соперниц или соперницы). Так же бы, как и я без милого, они сохли рядом с рабом Божьим (имя любимого), так же бы и умирали, так же бы и усыхали. Ни одной рабе Божьей, кроме меня, возле милого не бывать, не сидеть, не стоять, ко венцу не ступать. Слова сего не нарушить, не закрыть, не воротить, не отвадить. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь».

Наговорить на дождевую воду, умыться ею, а затем вылить на следы своего любимого.

«Пресвятая Богородица, Матерь Божья, дай мне воды от любовной беды. Той водой дождевой я личико умою, той же водой цветы покрою, любовь раба Божьего (имя любимого) к сопернице своей (имя соперницы) смою. Сполощу с сердца его любовь-присуху, от меня отворуху, к рабе Божьей (имя соперницы) приворуху. Чтоб сердечко его не изводилось, ко любови иной не стремилось, возле меня, рабы Божьей (имя), лишь находилось.

Водица дождевая, сила ее большая, Пресвятой Богородицей данная. Слова свои ею же скрепляю, сердце молодца любовью укрепляю отныне и во веки вечные. Аминь».

«Степи далекие, горы высокие, солнце палящее, небо грозящее. Так бы и далеко, так бы и высоко да гневно раб Божий (имя) с рабою Божьей (имя соперницы) не сводились, зло друг от друга сторонились. Как в степи той ветер пыль поднимает, от грозна неба дерево загнивает, от ясна солнца трава пожухает, так и гнила бы моя соперница возле раба Божьего (имя). Так же бы она опадала, молодость свою теряла, горем себя поливала.

Что на ветер пущу, то назад не ворочу, ключом замкну и кину его ко дну. Как на дне глубоком ключа того не достать, так и слова моего с милого не снять, не унять, не переделать. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь».

Данный наговор следует читать ранним утром под дубом, повернувшись к нему лицом.

«Посреди моря синего дуб вверх корнями стоит, на том дубе 12 домов, 12 теремов. У каждого дома по оконцу, а в них – по одному солнцу. Те солнца – девицы младые, сестрицы мои родные. Сестрицы-девицы, своей рабе (имя) помогите, в любовном деле подсобите. Слетайте за море синее, море буйное, найдите там поле маковое, поле злаковое, на том полюшке отыщите камень булатный, по виду квадратный. Камень тот поднимите, его поклажу возьмите: слезы горючие, боли нестерпимые, мысли неотвратимые. Отнесите все это рабу Божьему (имя), чтобы он о сопернице (имя) более не тосковал, не горевал и не вспоминал, чтобы в мыслях ее не держал, а про меня не забывал. Чтобы спать без меня, рабы Божьей (имя), не ложился, за стол один не садился, не пил и не ел, видеть меня хотел. Во всем мне, сестрицы, помогайте, слово мое выполняйте. Ключ, замок, аминь».

Наговор следует читать за швейной работой, разрезая ножницами ткань.

«Как режу я эту ткань, так бы и резалось сердце раба Божьего (имя) без меня, рабы Божьей (имя). Как разделяются надвое эти полотна, так бы и разделились на веки вечные соперница моя (имя соперницы) да ясен сокол. Так же бы они разбегались, чем дале, тем сильнее друг от друга отдалялись и никогда больше не соединялись. Как сталь ножниц крепка, так и крепко слово мое. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь».

«Встану я на заре на утренней и пойду по милого следам, по его дорожке, по его пути. Дойду до ворот дубовых, до черного моря, где живет горькое горе. Возьму это горе в ладоши да выплесну в любимые мне очи, очи раба Божьего (имя). Чтоб день за днем они не дневали, света белого не замечали, ни друзей, ни врагов не узнавали, а лишь про меня вспоминали и видеть желали. Не снять той пелены горькой с глаз молодца ни девице, ни красавице, ни старухе, ни разрухе, никаким силам земным и небесным. А унять их только рабе Божьей (имя), во чьем они услужении, у кого они на попечении. Слово свое замыкаю, кольцом обручальным обращаю, на дно небесное кидаю. Как его назад не достать, так и слова моего с меня не снять. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь».

«Стану я, раба Божья (имя), помолясь, пойду, перекрестясь, из дверей да в двери, из ворот да в ворота, до крутого поворота, до густого болота. Посреди того болота ельничек стоит, на том ельничке сидит сама сила приворотная, царица Марфа. Поклонюсь я царице той до земли, попрошу ее о помощи: «Ой же ты, девица всесильная, никому не покорная, как сумела ты свести воедино раба Божьего (имя) со соперницей (имя соперницы), так и сумей развести их по четыре стороны. Чтоб отныне не могли они вместе уживаться, стали бы изо дня в день друг на друга кидаться, браниться да ругаться. Вороти голубя сизокрылого ко его голубушке, рабе Божьей (имя). Подпояшь нас поясом своим бархатным да накинь покрывала свадебные. Я твоя раба, твоя слуга, твой приговор, мой наговор на веки вечные, не сильны над ним силы человечные. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь».