Элизабет Шимпфёссль – Безумно богатые русские. От олигархов к новой буржуазии (страница 14)

Более внимательный взгляд, однако, показывает, что их реальные истории успеха имеют мало общего с нарративом «Из грязи в князи». Родители Ходорковского были высокообразованными представителями советской интеллигенции. Отец Фридмана, инженер, был удостоен Государственной премии СССР за разработку систем контроля воздушного пространства в оборонных целях. Отец Хана был известным ученым в области металлургии. Благоприятные семейные обстоятельства и тесные родительские связи с элитой обеспечили им неоспоримое преимущество в условиях перехода к рыночной экономике.

Влияние родителей сказалось и на том, какое образование и какие вузы выбрали эти молодые люди. Обучение в престижных институтах в годы перестройки позволило им приобщиться к полезным социальным сетям[139]. Недаром среди богатых русских так много людей с хорошим образованием и учеными степенями. После окончания вузов многие успели поработать в научно-исследовательских институтах или военно-промышленном комплексе[140]. Они занялись уличной торговлей и другим мелким предпринимательством не потому, что у них не было другого способа заработать на жизнь, а потому, что в период перестройки и в начале 1990-х предпринимательство стало золотой жилой по сравнению с тем, чего они могли добиться в своих профессиях.

Высокообразованная элита

Всячески отрицая наличие стартовой форы, связанной с происхождением, многие из моих собеседников тем не менее признавали важную роль советского образования в успешном развитии их карьеры. Объясняя феномен российских нуворишей, бывший миллиардер Борис Минц говорил: «Никто из нас не получил никакого наследства». И, на мгновение задумавшись, добавил: «Кроме образования»[141]. Финансист и коллекционер произведений искусства Игорь Цуканов, хотя и не стал распространяться о начале своего предпринимательского пути, подчеркнул, что им всегда двигало интеллектуальное любопытство.

В 1984 году Цуканов окончил МГУ по специальности «математическая экономика» и получил место в престижном Институте мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) Академии наук СССР. При Академии существовала столь разветвленная сеть различных институтов, центров, лабораторий и управленческих структур, что в ней с легкостью находили себе место даже альтернативные идеи и диссидентские голоса. Боссом Цуканова в ИМЭМО был Александр Яковлев, впоследствии ставший одним из основных идеологов перестройки и главным советником Горбачева. Отдел Цуканова специализировался на экономике США, занимаясь расчетом экономических моделей и обсуждая их с американскими экономистами. «Это было самое интересное время в моей жизни», – сказал мой собеседник.

Годы перестройки были невероятно захватывающими. Поначалу никто не понимал, куда все идет. Это было время, когда все менялось, и мы находились на переднем крае этих перемен. Я работал с Егором Гайдаром, Максимом Бойко и многими другими, кто вместе с Анатолием Чубайсом проводил приватизацию… Последующие годы тоже были интересными, но то время, без сомнений, было лучшим. Без особых усилий мы могли что-то изменить в жизни людей.

Несмотря на активное участие в разрушении советской системы, Цуканов сохранил большое уважение к качеству советского образования. Сам он учился в знаменитой московской математической школе № 57, куда принимали только одаренных детей, преимущественно из привилегированных семей советской интеллигенции. Цуканов перешел в эту школу в 15-летнем возрасте, когда понял, что его не устраивает уровень знаний в обычной школе. Высочайшие стандарты образования, принятые в этом учебном заведении, по его словам, оказали решающее влияние на его дальнейшую карьеру.

Елена Ярмак – одна из немногочисленных женщин в этом поколении ученых-ставших-бизнесменами. Кандидат математических наук, она работала в научно-исследовательском институте кибернетики, но в начале 1990-х годов резко сменила сферу деятельности. Ярмак стала модным дизайнером и быстро приобрела международное признание. Ее меховые изделия и ювелирные украшения использовали в таких известных голливудских фильмах и сериалах, как «Секс в большом городе» и «Дьявол носит Prada». В Нью-Йорке шоурум ее модного дома Helen Yarmak размещается на углу 5-й авеню и 57-й улицы, напротив Дома Louis Vuitton и по соседству с флагманским салоном Tiffany. «Раньше в этом здании находился Playboy. Это известное место в Нью-Йорке. Почему именно здесь? – спросила она, предвосхищая мой вопрос. – Честно говоря, не знаю. Как и все русские, мы действовали наобум».

Такая же гламурная на вид, как и ее клиенты, в эффектной одежде и с алой помадой на губах, Ярмак провела прямую – хотя, надо признать, довольно своеобразную – взаимосвязь между своим прошлым ученого-математика и успешной карьерой модного дизайнера:

Для меня было большим преимуществом, что я была математиком и ничего не смыслила в моде. Математика – это логика. Я решила, что мне нужно найти совершенно новую концепцию для моего дизайнерского стиля и для моего дома моды. Иногда гораздо лучше не иметь никакого опыта в том, что ты делаешь, потому что это дает тебе больше энергии, больше уверенности. Я просто не знала, что было невозможно делать то, что мы делали.

Ярмак сказала, что теперь мечтает заниматься только дизайном. В ходе интервью она всеми силами старалась подчеркнуть, что ее мало интересует бизнес как таковой и зарабатывание денег само по себе, поэтому она все больше перекладывает эти заботы на плечи других. Если бы это зависело от нее, она бы раздавала свои вещи людям бесплатно – что, по ее словам, иногда и делает, когда потенциальным клиентам не хватает средств, чтобы купить ее шубу.

Особый акцент Ярмак сделала на том, что она по-прежнему остается представительницей научной интеллигенции. Ее муж преподает в университете. Общение с ним и его коллегами – отдушина для нее, особенно когда ей нужно почерпнуть интеллектуальное вдохновение, сказала она. Ее дочь стала математиком, по сути, подхватив научную карьеру, от которой отказалась мать. Ярмак явно гордится тем, что дочь пошла по стопам отца и выбрала академическое поприще. «Моя дочь ни за что на свете не будет заниматься модой, – заявила она, эффектно затягиваясь тонкой сигаретой с длинным фильтром. – Она презирает модную индустрию. И не хочет тратить на нее ни секунды своей жизни».

О семье, где она выросла, Ярмак упомянула лишь вскользь, и, что удивительно, та принадлежала не к советской интеллигенции, а к номенклатуре, причем уходила корнями в привилегированный слой высших государственных чиновников поздней Российской империи. Ее прадед владел целым городским кварталом в Москве. Отец был чиновником, занимавшим высокие посты в советском министерстве. В СССР высокопоставленные номенклатурные работники и партийные функционеры, как известно, пользовались широким спектром привилегий, включая доступ к дефицитным товарам, комфортабельным квартирам и дачам в элитных районах.

Но на мои расспросы о влиятельном прадеде Ярмак отвечать отказалась. «Больше ничего я вам сказать не могу, – решительно отрезала она. – Это разрушит мою PR-стратегию». Мне осталось только гадать, вступает ли семейное прошлое в противоречие с ее имиджем селф-мейд-вумен или же попросту не согласуется с ее представлениями о настоящей интеллигенции. Тем не менее она сочла необходимым добавить короткое замечание о скромном образе жизни, который вела ее семья, и о «внутренней силе» отца: «Да, мои родители занимали высокие должности, особенно отец, но мы жили бедно. На своей работе отец мог бы брать огромные взятки, но никогда этого не делал. Он был невероятно сильной и кристально честной личностью».

Миллиардер – «такой же, как все»

Миллиардер Олег Тиньков (состояние в 4,7 млрд долларов на 2021 год) родился в 1967 году. Свой путь в бизнес он начал в студенчестве, торгуя буквально всем, что попадалось под руку, затем занялся производством пельменей и пивоварением. На момент нашего разговора он владел банком и велосипедной командой, участвующей в том числе в Тур де Франс. Сам Тиньков увлекается велоспортом и в свободное время любит ездить на велосипеде по альпийским шоссе. По его словам, заняться бизнесом его подтолкнуло либидо. Выступая перед аудиторией русскоязычных студентов в Университетском колледже Лондона в декабре 2014 года, он сказал, что хотел завоевать сердце нравившейся ему однокурсницы (которая впоследствии стала его женой), а для этого ему нужны были деньги.

Спортивного телосложения, с серебристо-седыми волосами и голубыми глазами, Тиньков – это российский ответ британскому предпринимателю-миллиардеру Ричарду Брэнсону (с которым он дружит и которого считает образцом для подражания). Несмотря на внешность кинозвезды, он старается создать себе имидж открытого и простого парня, для чего ведет занимательно откровенный блог, а в 2010 году опубликовал автобиографию с говорящим названием «Я такой как все»[142]. Наблюдая за его очаровательно косноязычной и простецкой, без малейшей претенциозности, манерой общения, в это легко поверить. Действительно, Тиньков – сын сибирского шахтера; происхождение из рабочей семьи делает его редким исключением среди российской элиты. Тиньков считает себя представителем небольшой группы из двадцати–тридцати «чистых» российских предпринимателей, которые разбогатели благодаря настоящей предприимчивости, а не номенклатурным связям.