Элизабет Хейнс – Будь со мной (страница 4)

— «Ко-оп» вполне подойдет. Тебе что-нибудь нужно?

— Нет, — отвечает она. — Если тебе что-то понадобится для коттеджа или захочешь что-нибудь оттуда убрать — только скажи. Я обычно держу кровать застеленной, но ежели предпочитаешь постелить собственные простыни… ну, не знаю.

— Нет, это именно то, что надо, — говоришь ты.

Повисает пауза, потому что ты засматриваешься на нее и забываешь, о чем думал. В свою защиту можно отметить, что на мозг невыносимо давит усталость от долгой езды и всего, что случилось перед этим. Какое-то время ты продолжаешь таращиться, вспоминая что-то из далекой прошлой жизни.

— Завтра вечером моя подруга Софи устраивает нечто вроде посиделок, — говорит Сара. — Будем рады, если ты присоединишься. Это совсем рядом, в «Ройял Оук», в городе.

— О, — говоришь ты, загнанный в тупик. — Звучит неплохо. Спасибо.

— Ну, это только если у тебя не найдется других дел. Смотри по ощущениям.

— Спасибо, — повторяешь ты. — Очень мило с твоей стороны.

Она улыбается, и ты вновь отправляешься к машине. «Значит, нечто вроде посиделок», — думаешь про себя. Ее приглашение прозвучало очень ненавязчиво, и любой другой мог бы подумать, что она сделала это из обычной любезности, раз ты уже здесь. Но ты не «любой другой». Ты хорошо умеешь «читать» людей. Ты знаешь, что, как бы небрежно Сара ни говорила, ей действительно очень хочется, чтобы ты пошел туда. В машине тепло, и ты открываешь окна, когда включаешь поворотник, выруливая на дорогу. Ты начинаешь думать о том, что надеть и что нужно принести с собой. Кто такая Софи и что из себя представляют друзья Сары, как они будут на тебя реагировать. И во что может все это вылиться.

В заднем кармане начинает вибрировать мобильник. Ты смотришь на номер и улыбаешься еще до того, как ответить. Три звонка, так быстро? Кажется, работы тут у тебя будет достаточно.

Эйден предлагает вести машину, чтобы Сара могла выпить.

Вполне невинное предложение, но к тому времени, как они проходят через двор к его автомобилю, садятся и пристегивают ремни безопасности, щеки Сары покрывает румянец и эмоции в ней взвинчиваются с такой силой, что она боится, как бы не расплакаться. Он ничего такого не имел в виду, твердит она себе, злясь на собственную реакцию. Она даже не уверена, что он знает все подробности случившегося с Джимом; он был за границей, когда все произошло. Прислал цветы, по-настоящему трогательное письмо с воспоминаниями о Джиме — но все, что ему известно, все, что он действительно знает, так это то, что произошла авария и Джим умер через шесть месяцев, не приходя в сознание. Он не в курсе о причине случившегося.

— Ты что-то притихла, — говорит он. — Все в порядке?

Она не может себя заставить перевести взгляд на него. Машина на середине спуска с холма, и передние фары освещают кусты по обе стороны дороги.

— Да нет, ерунда, — говорит она, а потом уже веселее добавляет — Софи тебе понравится, ее все любят. Джорд тоже вполне ничего; поначалу он может показаться самовлюбленным козлом, но он нормальный, если получше узнать его. Член парламента. Правда, не местного. Когда спустишься, нужно будет свернуть налево.

Конечно, он и сам знает, где площадь. Она уже начинает жалеть, что все это затеяла. Она любит Софи, та ведь ее лучшая подруга — а если честно, единственная подруга, — но все эти социальные контакты, все это так неловко. Она никогда не чувствовала себя в данных ситуациях по-настоящему комфортно. Стоит только выйти из дому, как бы она ни ждала предстоящего мероприятия, тут же подмывает сразу же вернуться назад.

— Как вообще продвигаются дела? — спрашивает она, чтобы сменить тему. — Я имею в виду с коттеджем. Все, что нужно, на месте?

— Да, абсолютно, — говорит он. — Коттедж чудесный. Очень… тихий.

Она смеется в ответ.

— А как насчет работы?

— Следует наладить контакты с местными, но вообще, да — перспективы неплохие.

— А чем ты занимаешься, я забыла?

Повисает пауза, пока он въезжает на парковку, и она думает, может, он не услышал, но через время он отвечает:

— У меня нечто вроде терапевтического бизнеса. Организую франшизы[3], все в таком роде. Оказываю помощь.

Машина останавливается, и Эйден глушит мотор. Потом поворачивается, чтобы посмотреть на нее.

— Я все тебе расскажу. В другой раз, — говорит он. — Ты выглядишь потрясающе.

Внезапный комплимент застает ее врасплох, и в горле у нее что-то перехватывает. Никто уже давно не говорил ей ничего подобного. Разве что Софи, только у Софи все потрясающие, «дорогуши», и это не то же самое. Совсем не то же самое.

Когда они проходят от парковки к пабу, Сара снова перебарывает желание вернуться. «Это все гормоны, — уговаривает она саму себя. — Соберись!» Эйден придерживает дверь, и она заходит внутрь, в теплое помещение с низкими потолками и неровным полом, покрытым ковром. А вот и Софи в черном платье, подчеркивающем ее длинные ноги, она улыбается и выглядит элегантно.

— Сара, дорогуша! Ну а вы, должно быть… Эйден Бек. Приятно познакомиться.

Она целует его в обе щеки и, делая это, умудряется подмигнуть Саре. Софи представляет ему Джорджа, который, судя по раскрасневшемуся лицу и энергичному рукопожатию, уже неплохо подкрепился. Тут же подходят Бекка с Дэниэлом, Лора и Марли, Пол и Эми, Йен и Диана. Сара здоровается со всеми, кто попадает в ее поле зрения.

Эйден отправляется к барной стойке.

— А он ничего себе, шикарный, правда? — громко шепчет Софи. — Как вы, неплохо общаетесь?

— Да я его почти не видела, — говорит Сара. — Он только вчера переехал. Был занят, разбирал вещи.

А еще Сара старалась не попадаться ему на глаза — не намеренно; просто ей особо нечего ему сказать. Не хочется набрасываться на несчастного. Не хочется создавать впечатление, будто она одинока. Ведь это совсем не так; у нее есть собаки, и Софи, и работа. А Эйден — просто старый знакомый, и больше ничего.

Тонкий голосок внутри напоминает ей: он только что назвал ее красивой, ровно пять минут назад. От него это прозвучало как нечто очень личное, все-таки столько лет прошло. Она задумывается, говорил ли он от чистого сердца или отвешивает подобные комплименты всем знакомым женщинам.

Ты обожаешь такие мероприятия: на них представляется возможность познакомиться с кучей новых людей в совершенно расслабленной обстановке, когда все чувствуют себя в безопасности. Они понятия не имеют, как много дают о себе узнать и как быстро.

Исключением из правила, пожалуй, можно назвать Сару, которая чувствует себя абсолютно не в своей тарелке. Ты думаешь, что Саре свойственен определенный страх социума. Как мило. Если принять во внимание ее работу, что в свое время принесла ей известность, и то, какой она была в университете — уверенной, сосредоточенной и спокойной, теперь все сильно изменилось. Как будто жизнь, выжав из нее все, изгнала и это. Ты думаешь: «Так вот что делает с человеком замужество и двое детей!» Женщина становится женой и матерью, а тот стержень, который в ней был… как бы это сказать… рассасывается.

Ты сталкивался с этим множество раз у клиентов, которые к тебе приходили, которые пытались найти себя заново. Делали попытки воскресить высохшую почву, пробовали найти возможность для роста.

Оросительные работы — это по твоей специальности. Сама мысль заставляет тебя улыбнуться.

С другой стороны, ее подруга Софи — тоже интригующий персонаж. Она очаровательна и умеет пофлиртовать, заглядывая тебе в глаза и легко касаясь руки, когда к тебе обращается, только проделывает она это со всеми, кроме собственного мужа. Он, конечно, зануда, таскается в ее свите с остальными присоединившимися друзьями, ржет как бешеный над собственными анекдотами и всем подливает выпивку в бокалы.

Ты пытаешься припомнить, что такого сказал перед тем, как садиться в машину. Что-то случилось, какое-то воспоминание или твои слова заставили ее загрустить. Горе накатывает на нее волнами; его можно нюхом почуять.

Только если спросить, она ни в чем не признается. Тебе она не расскажет. Но это неважно; ты прекрасно знаешь, что не стоит давить, когда человек находится в таком ранимом состоянии. Ты можешь и подождать. Скоро все и так прояснится.

К тому же тебя волнует еще один вопрос. Ее сын, Луис. Она сумела аккуратно уклониться от твоих расспросов, переведя разговор на ванную. Говорить о нем она не хочет.

Ты вспоминаешь, как в прошедшие годы получал фотографии в редких письмах, а потом следил по «Фейсбуку», как росли ее дети. Праздники, первые звонки в школе, утренники; Луис, обнимающий маму за шею. Они были близки, всегда были. Так что же там случилось?

Сара с Софи сплетничают, склонив головы друг к другу. Глядя на эту парочку, ты понимаешь, что из них двоих именно Софи, высокая, с блестящими темными волосами и почти непринужденной элегантностью, обладает более традиционной красотой.

Обе смотрят на тебя.

— Пойду поищу нам меню, — говорит Сара. — Хочешь еще бокальчик?

— Мне пока что хватит, — отвечаешь ты. — Пойти с тобой за компанию?

— Да нет, сама справлюсь.

Ты смотришь, как она уходит к барной стойке.

— Знаете, меня не оставляет ощущение, будто мы уже где-то встречались, — говорит тебе Софи, возвращая тебя в реальность.

— Не думаю, — отвечаешь ты с улыбкой. — Уверен, вас бы я точно запомнил.