Элизабет Херман – Чайный дворец (страница 10)

Лене снова попыталась вырваться, но не тут-то было.

– При чем тут я?

– Ты? Ты же была с Генри в море. А потом вы внезапно пропали.

– Нет!

– Где твой отец?

– Он остался в море! Гик ударил его, я ничего не смогла сделать!

Йорг так резко отпустил ее, что она едва не упала.

– Значит, это он убил пристава.

Сначала Лене подумала, что ослышалась.

– Да. Он убил его. Так и было.

– Это ложь! – закричала она.

Йорг снова схватил ее обеими руками и затряс, как кувшин с молоком, когда сбивают масло. Голова Лене чуть не оторвалась, ей стало трудно дышать. Потом он отшвырнул ее.

Лене оказалась на земле, а Йорг стоял над ней, широко расставив ноги. Бежать было некуда.

– Убийцы! – крикнул он.

– Вы знали, что огонь будет погашен! – закричала Лене в ответ. – Вы в сговоре со смотрителем маяка! Мы с отцом все видели. Он хотел вернуться, чтобы не оказаться с вами на виселице!

Йорг присел на корточки, почти навалившись на нее, и Лене беспомощно заерзала ногами, пытаясь освободиться. От Йорга пахло брагой и по́том, он был крупным и сильным мужчиной.

– Но теперь береговой пристав мертв, – сказал он, тяжело дыша. – Мы узнали об этом и выбросили за борт все, что взяли с проклятого корабля. Пристава зарезали исподтишка, по дороге к Миддельствееру. Никто из нас этого не делал, но все нас будут подозревать. Что ты об этом знаешь?

– Ничего! – Мысли Лене путались. Пристав вроде был жив, когда они с Пу И бежали. Но теперь он мертв…

– Где ваша лодка?

– На отмели!

– Где твой отец?

– Он ушел! – закричала она в смертельном страхе. – Ушел!

– Слушай меня внимательно. – Йорг наклонился так близко, что едва не уткнулся в нее носом. – Ты будешь держать рот на замке, если хочешь жить.

Прилив страха придал Лене сил. Ей удалось оттолкнуть Йорга и подняться на ноги. Она развернулась, собираясь побежать вниз по склону, и увидела, что внизу собралась вся деревня. Мужчины держали в руках все, что подвернулось: вилы, корабельные канаты, весла. Стояли плотной стеной, и в их глазах полыхала жажда убийства.

Лене в ужасе повернулась к Йоргу.

– Хватайте ее! – закричал он. – Хватайте!

Вперед вышел краснолицый Хиннерк с ножом в руке.

– Это правда? Генри убил пристава? И она была с ним?

Оскорбления посыпались на Лене как град.

– Повесить ее!

– Виселица – это слишком мягкое наказание!

– Люди! – крикнул Йорг. – Люди! Что бы ни случилось, этой ночью нас дважды предали. Если кто-то проговорится о нашей вылазке, будет иметь дело со мной. И если Генри убил пристава…

Лене попыталась возразить, но тут же почувствовала, как Йорг стукнул ее кулаком по затылку.

– Тихо! – прошипел он и снова обратился к толпе: – Если Генри убил пристава, то он сделал это ради нас!

Гневные крики немного поутихли.

– Оставьте Лене в покое, слышите? – продолжил Йорг.

Лене начала было возражать:

– Но мой отец…

Он тут же снова ударил ее по голове.

– Закрой уже свой глупый рот!

– Мой отец не убийца! Он упал в море, и я сама привела лодку к берегу, а потом… – Лене осеклась, понимая, что уже сказала слишком много. Еще одно слово – и могла бы признаться, что видела пристава. Кто бы поверил в то, что это китаец его ударил? Кто бы поверил в то, что пристав был жив, когда она убежала? Никто. Лене почти физически ощущала петлю на шее, которая сжималась все туже и туже.

Йорг поднял руки:

– Вы все слышали. Генри этой ночью вышел на берег. Один.

– Что? – закричала Лене. – Вы же все были там!

– Нет. Мы там не были. Кто может это подтвердить?

Толпа загудела, подтверждая. Лене не верила своим ушам. Здесь она родилась и выросла. Это были ее соседи. С их детьми она играла в детстве, они вместе пережили голодные зимы и страшные наводнения, которые смыли последние остатки урожая с полей.

– Это сделал Генри, – сказал кто-то.

И все подхватила:

– Это сделал Генри!

– Закуйте ее в цепи! – завизжал женский голос, и Лене показалось, что это Марта, жена пекаря.

– Запрем до приезда стражников!

Неужели Фолькер, тот самый добродушный Фолькер, обняв свой аккордеон, смотрит на нее с такой ненавистью?

Толпа сомкнулась, шаг за шагом, дюйм за дюймом поднимаясь по склону дамбы. Спасения не было.

Вдруг кто-то встал рядом с Лене. Не Йорг, а Бирте, его жена. Она была выше Лене на целую голову и когда-то считалась самой красивой девушкой в деревне. Мужчины до сих пор оборачивались ей вслед, когда она шла по улицам с корзиной, всегда одетая в добротные вещи. Поговаривали, что ее приданое было неслыханно щедрым – дочь управляющего с двумястами акрами земли. Почему она выбрала именно Йорга, оставалось загадкой для многих. Но не для всех.

– Деньги тянутся к деньгам, – говорила Ренше.

Йорг с его хукером и торговыми связями в Шотландии был выгодной партией.

Появление Бирте заставило толпу замолкнуть. Она стояла на возвышенности перед домом, высокая и гордая, точно королева. Светлые волосы спрятаны под черной шапочкой, а простое платье с серебряными пуговицами и пряжками выглядело так, словно только что прибыло от портного из Лера.

– Оставьте ее в покое, – приказала она и повернулась к Лене.

Бирте тоже была ровесницей Ренше, но как они отличались друг от друга! Аккуратно очерченные брови, красивые губы, большие темно-синие глаза смотрели на Лене почти с нежностью.

– Разве девочка не достаточно пострадала? Мать умерла, отец – убийца, которого забрало море. Сколько еще ей нужно вынести? – Бирте обняла Лене. От нее пахло розовой водой, а не кислым потом и неделями не стиранной одеждой, как от Ренше. – Мы все знаем, что произошло этой ночью. Поэтому должны держаться вместе. Один за всех – это наш долг. Пристав засек нас, и поэтому его убили, чтобы он не отправил всю деревню на виселицу. Это сделал Генри. Разве мы не должны проявить больше милосердия к его сиротам?

Слова Бирте оказали действие: люди опустили оружие. Все осознали, что увязли в грязи по уши и что это трусливое убийство не останется без последствий.

– Генри был одним из нас. Бедняк, конечно, но мы могли бы сделать больше для его семьи, после того как он потерял ногу. Вероятно, в отчаянии он пытался подкупить смотрителя маяка, а тот позвал пристава. Генри потерял самообладание и убил его. – Бирте посмотрела на своего мужа: – Так ведь?

– Сегодня же пошлю гонца к маяку. Он подтвердит.

– Вы не можете так поступить! – закричала Лене. – Отец не мог этого сделать! Корабль затонул, и будет расследование!

Бирте посмотрела на Лене с холодным презрением.