Элизабет Джордж – Есть что скрывать (страница 121)
– Вы говорите о Россе Карвере?
– А о ком же еще?
– Почему вы так решили? Она вам сказала?
– Я увидела.
– По ней?
– По Россу. Она написала ему, что хочет поговорить, и я все поняла по его лицу. Я поняла, что стоит ей поманить его пальцем, как он прибежит. Так было всегда. Она знала, что я беременна от него, и собиралась разрушить мою жизнь. Поэтому когда я увидела ее там, на полу, то ушла, предоставив решать все судьбе.
– Вам повезло, правда? А самое главное везение заключается в том, что Росс Карвер не понял, что происходит с Тео, когда нашел ее. Вместо того чтобы вызвать «скорую», он уложил ее в кровать. И случилось то, что случилось.
– Я не причинила ей вреда, – сказала Рози. – Даже не прикасалась к ней. – Она накрыла ладонь Нкаты своей. – Я не хотела, чтобы она умерла. Как я могла? Она же моя сестра. – Ее голос дрожал, и сержант подумал, что слезы вот-вот скатятся у нее по щекам и упадут на комбинезон. Но вдруг понял, что не испытывает сочувствия. И ему это не понравилось – тот факт, что его не трогало чужое горе.
Но затем Рози одним вопросом очистила его совесть.
– Вы не расскажете моим родителям, что я сделала, правда?
И Нката понял, что и дрожащий голос, и слезы на глазах были неотъемлемой частью спектакля, который она с таким мастерством разыграла.
– Мой коллега поехал к семье, – закончила свой рассказ Барбара. – Он поговорит и с Рози. Но у нас почти нет сомнений, что это была она. – Барбара протянула ему снимок камеры видеонаблюдения. – Маловероятно, что она приехала туда, чтобы просто прогуляться вокруг дома. По свидетельству доктора Уэзеролл, женщина постучала в дверь и, не дождавшись ответа, вошла. Ключ ей был не нужен, потому что Тео не заперла дверь, когда впустила доктора Уэзеролл.
– Если бы Рози что-то предприняла, увидев ее…
Барбара вздохнула.
– Если бы попыталась помочь… Трудно сказать. Возможно, если б Тео сразу доставили в больницу, ничего не изменилось бы. А возможно, она выжила бы, если б они сразу понизили черепное давление.
– Ничего на сделать. Ничего не сказать. Просто оставить ее. Как я должен это понимать – что Рози хотела ее смерти?
– Что вам на это ответить?.. Это выходит за пределы моей компетенции. Думаю только, что вы сами знаете. У нее были на вас виды. Много лет она надеялась – и вот теперь забеременела от вас. Нужно быть святым, чтобы не думать, как все может измениться, если просто оставить Тео и уйти. Может, она подумала, что просто подождет, что будет дальше.
– И все же… – произнес он и умолк. Барбара не торопила его. Если Рози облажалась, то и он тоже. И Хейверс подозревала, что он об этом знает.
– Я позабочусь о ребенке так же, как забочусь о Колтоне: деньги на содержание и участие в воспитании. Но я на ней не женюсь. Не могу.
– Что-то подсказывает мне, что так просто все не разрешится, – сказала Барбара.
– Жениться нужно по любви. Вы согласны?
– Люди вступают в брак по разным причинам. Бывают времена и обстоятельства, когда любовь не имеет значения.
– Не в моем случае. И я ее не люблю. Она мне нравится и всегда нравилась. То, чем мы с ней занимались… – Росс перевел взгляд на бронзовые скульптуры на комоде. – Я принял ее предложение. А думал только о Тео. Играл роль. Занимался любовью с Рози, слушал ее стоны и вздохи, чувствовал, как она испытывает оргазм, и делал вид, что это Тео – такая, какой она могла быть, если б ее не изуродовали.
Барбара кивнула, но сочувствия к Карверу она не испытывала. Какова бы ни была роль Рози в том, что произошло между ними, он на это согласился. И причина была только в нем: он заявлял, что изъян Тео его не беспокоит, а на самом деле не мог смириться с тем, что она не чувствует то, что он – Росс Карвер, а не сама Тео – хотел, чтобы она чувствовала. И именно это стало спусковым крючком. Да, он действовал из лучших побуждений и нисколько не сомневался в этом, но не позволял жене ни на мгновение забыть то, что она больше всех хотела забыть о себе.
Софи не поверила. Тани позвонил ей и едва успел сказать: «Мама забрала паспорта», как она объявила, что едет в Челси.
– Ты тут ничем не поможешь, Соф. Все думают, что она собирается увезти Сими в Нигерию и…
– Нет, – перебила его Софи. – Она этого не сделает. Я еду, – заявила она и отключилась.
Дорога из колледжа отняла совсем мало времени. Софи была на лекции, когда увидела, что звонит Тани. Потихоньку вышла из аудитории, чтобы ответить. Приехала она так быстро, словно перемещалась по городу с помощью магии.
Тани ждал Софи вместе с Деборой Сент-Джеймс в кабинете ее мужа. Оба сидели здесь уже несколько часов, ожидая, что Монифу обнаружат в одном из аэропортов, в каком-нибудь отеле рядом с аэропортом, на международном вокзале Сент-Панкрас или в гостинице рядом с вокзалом. Сержант Нката пообещал, что сразу же позвонит, когда что-то узнает. Тани ждал в кабинете с самого рассвета, затем к нему присоединилась Дебора Сент-Джеймс. В половине восьмого она принесла ему поднос с завтраком, но есть он не мог. Время шло, а сержант Нката не звонил. Надежды Тани на спасение сестры таяли. Либо мать смогла уехать из страны, либо ее нашел отец. Ему не хотелось думать ни об одном, ни о другом.
Вчера устроенный отцом спектакль обманул его. Но после бессонной ночи, когда он вспоминал все, что происходило в его семье, и все, что он узнал о родителях с того вечера, когда Абео объявил, что Тани должен жениться на незнакомой девушке, Тани пришел к выводу, что найти Сими и защитить ее отец хочет не больше, чем возобновить брачный обет – что бы это ни значило – с Монифой. Его главное желание – «очистить» Сими, поскольку ничего не изменилось. Он по-прежнему хотел получить за дочь приличный калым от какого-нибудь богатого парня из Нигерии. А хотел он этого потому, что его главные – а может, и единственные – желания не изменились: деньги и власть над всеми, кто соприкасается с его жизнью.
Софи присоединилась к Тани и Деборе Сент-Джеймс.
– Новости есть? – спросила она и плюхнулась в одно из кожаных кресел.
– Ни слова. Ни от кого, – ответила Дебора.
Софи посмотрела на Тани, и тот понял, что она пытается оценить его состояние. Лучше бы она этого не делала, но он не собирался притворяться, что питает тщетные надежды. В его семье с притворством и так перебор. Придя к какому-то выводу, Софи снова повернулась к Деборе.
– Вы можете кому-нибудь позвонить?
– Могу, если тебе от этого станет легче. Но…
– Не мне. Тани.
– Я могу позвонить только сержанту Нкате и его начальнику, но в этом нет смысла, потому что они тоже ждут новостей.
– Разве сержант Нката сам не занимается поисками?
– Он расследует убийство, – объяснила Дебора, – и не может поехать туда, где ее ищут. Но волноваться не стоит. Ему сразу же сообщат. Или его начальнику. И кто-то из них обязательно позвонит нам.
– Может, она уже улетела? – предположил Тани. – Могла отсюда поехать прямо в аэропорт…
– Думаю, мы об этом уже знали бы. Полиция первым делом проверила аэропорты. Ее имя было бы в списке пассажиров. И Сими тоже.
– Тогда где же она? Где они? Потому что если отец их найдет…
– Кто-то проверяет больницы? – спросила Софи.
– А вот это я могу узнать.
Дебора положила свой мобильный на столик между двумя кожаными креслами, разблокировала его и уже собралась набрать номер, как зазвонил телефон Тани. Он вытащил мобильник из кармана и посмотрел на экран. Имени нет, только какой-то городской номер.
– Это Тани? – спросил незнакомый женский голос, и у юноши мелькнула мысль, что отец нашел их и это звонят из больницы, чтобы сообщить, что мать доставили туда с переломами… или того хуже. Взяв себя в руки, он подтвердил, что его зовут Тани.
– Я его нашла, – сказала женщина кому-то, кто стоял рядом с ней.
– Тани? Ты все еще у той леди с рыжими волосами? – через секунду услышал он и лишился дара речи. Это был голос матери. – Тани? Ты слышишь меня? Ты в безопасности?
У него голова шла кругом. Мама говорила так же, как и всегда, только в ее голосе не было напряжения. Тани не знал, как это понимать.
– Мама, – выдавил из себя он. – Папа был здесь. Только он приходил с сержантом Нкатой, потому что его не отпустили из полиции. Ты нас обманула. Как папа. Ты
– Тани, мне очень жаль…
– Где Сими? Что ты с ней сделала? Я больше ни слова тебе не скажу, пока не услышу, что ты сделала с Сими, где она, почему ты мне лгала, и… – К его великому стыду, голос у него сорвался. Он передал телефон Софи и закрыл ладонью лицо.
Софи тут же включила громкую связь.
– Миссис Банколе, Сими с вами?
– Где Тани? – спросил голос Монифы.
– Рядом со мной, но он расстроен. Я включила громкую связь. Скажите, где вы?
– Мне нельзя этого говорить, Тани, – сказала Монифа. – И вчера нельзя было. Они позвонили мне и сказали, что готовы меня принять, но я не должна никому говорить, даже тебе.
Первой догадалась Дебора:
– Вы нашли безопасное убежище, миссис Банколе?
После паузы – вероятно, телефон передавали из рук в руки – вновь послышался незнакомый женский голос:
– Меня зовут Доркас. Фамилию назвать не могу. Монифа и ее дочь со мной, и с ними все хорошо. Это убежище для женщин, подвергшихся насилию. Пожалуйста, не спрашивайте меня название и адрес – я все равно вам этого не скажу.
– Я хочу поговорить с сестрой, – сказал Тани. – Убедиться, что она в безопасности.