Элизабет Берг – История Артура Трулава (страница 20)
Люсиль берет пластинку, поблагодарив. Сует в рот. Начинает жевать…
В приемном покое появляется женщина средних лет. С паническим выражением на лице она подлетает к стойке регистратуры.
– Фрэнк Пирсон?!
Следует несколько реплик вполголоса, потом ее просят подождать, сказав, что вызовут. Женщина садится у торгового автомата, поставив сумочку на колени и глядя в пространство. Потом начинает плакать…
– Вы дочь Фрэнка Пирсона? – подойдя, спрашивает Люсиль. – Сэнди?
– Да. А вы кто?
– Я Люсиль Хауард.
Никакой реакции.
– Подруга Фрэнка. Мы с ним встречались в последнее время. Мы давно знакомы, еще со школы.
Как будто первый раз слышит. Люсиль показывает руку.
– Я его невеста. Мы как раз только решили…
Сэнди меняется в лице.
– Нет у него никакой невесты!
– Но… как же нет, когда есть!
Та вскакивает и проносится мимо обратно к регистратуре, снова спрашивая, что с ее отцом. Опять разговор вполголоса, после чего Сэнди возвращается на место, но Люсиль уже не решается к ней обращаться. Обе неподвижно сидят и ждут. Спустя долгое время из палаты Фрэнка выходит врач, совещается с женщиной у стойки, потом произносит преувеличенно приятным голосом, будто вызывает клиентку на массаж:
– Миссис Кей?
– Я здесь! – торопливо бросается на зов Сэнди.
Люсиль тоже встает.
– Извините… Я его невеста… – И повторяет, уже громче: – Я его невеста!
Она спешит следом по коридору, но Сэнди и врач уже далеко. Потом они и вовсе исчезают за углом. Вернувшись к четвертой палате, Люсиль распахивает дверь. Внутри пусто, только на полу валяются упаковки от бинтов и шприцев, да жутковато выделяется круглое пятнышко крови. Даже кровати здесь уже нет. Куда они дели Фрэнка? Отвезли в реанимацию? Где он?!
Заметив возвращающуюся по коридору Сэнди, Люсиль бросается к ней:
– Как он? Куда его отправили?
Та, не отвечая, с плачем выходит наружу. Люсиль в отчаянии вновь кидается к регистратуре:
– Где Фрэнк Пирсон?
Женщина за стойкой только печально качает головой. Люсиль роняет сумочку и истошно кричит.
– Спасибо, что пришли, – произносит Стивен Харрис. Оба сидят в дальнем углу почти пустой закусочной неподалеку от дома Артура.
– Не за что, – откликается тот. – Чем я могу помочь?
По телефону Стивен сказал ему, что Мэдди сбежала. Теперь добавляет подробностей:
– Она каждый день звонит, но возвращаться отказывается.
– Но… она ведь здесь? – спрашивает Артур. – В городе, я имею в виду?
– Мне известно только, что она продолжает ходить в школу. До конца занятий осталось всего ничего – потом, сказала, уедет.
– Куда?
– Не знаю.
– Я что-то не понимаю… Почему вам просто не встретить дочь в школе?
Стивен опускает глаза на свою чашку.
– Я наговорил ей того, чего не следовало. И мне кажется…
На лице у него отчаяние и та отстраненность, с помощью которой так много мужчин пытаются сдержать слезы. Просто больно смотреть. Он поднимает взгляд – теперь в нем ни намека на чувства, будто у манекена в магазине.
– Я был ей не лучшим отцом. И ничего уже не исправить. Ей будет лучше без меня.
– Уверен, что это не так, – возражает Артур. – Готов поспорить, если бы вы только…
– Я просто хотел найти кого-нибудь еще, кто знал бы ее, – перебивает Стивен. – Она никогда не приводила домой друзей. Когда я нашел ваш адрес в записной книжке, то решил, что это может быть один из тех, с кем она… в общем, один из ее парней. Но, очевидно, я ошибся. – Он усмехается. – Или… Ведь нет?
– Нет, – отвечает Артур. – Мы просто друзья. Я встретил ее на кладбище.
– На кладбище?!
Подошедшая сонная блондинка-официантка, не спрашивая, подливает им кофе.
– Что-нибудь еще? – спрашивает она.
Оба в унисон говорят «нет», тогда она кладет на стол счет – суммой вниз, будто это большой секрет.
– Как Мэдди оказалась на кладбище? Вы знаете?
– Оно рядом с ее школой. Мэдди ходит туда на большой перемене. Точнее, ходила – я уже давно ее не встречаю.
Стивен качает головой.
– Она всегда была странной, даже в детстве. Такой… мрачной. Но кладбище!
Артур ощущает некоторую обиду – и за Мэдди, и за себя.
– На самом деле там довольно неплохо. Умиротворяюще. Я каждый день езжу туда навещать жену. Ну, то есть ее могилу.
– Вы серьезно?
– Да. Пропустил только один день за прошедшие семь месяцев.
Стивен откидывается на сиденье, сложив руки на груди.
– А мою жену кремировали.
– Вашу?..
– Она умерла, когда Мэдди было две недели.
– Ох… Господи боже… Соболезную. Да уж… Нелегко вам пришлось.
– Это всегда со мной. Никогда не отпускает.
Артур подается к нему.
– Боль от утраты?
– Да. Но не будем об этом. И о жене тоже. Я никогда о ней не говорю.
– Но с дочерью…
– Никогда.
Артур медленно кивает.