Элиза Тургенева – Просвет моей уязвимости (страница 10)
Передохни. Подыши.
Обними себя. Покачайся из стороны в сторону.
И, когда захочешь, возвращайся ко мне.
Глава 4: Разложение неизбежно
Смотря на себя в зеркало, главная героиня ожидала увидеть не то, что отражалось. Теперь, проводя больше времени в туалетах, ей было проще находить новые несовершенства. Самая большая дыра в живых остатках ее тела ныла настойчивей. Дыра хотела жрать. Она желала поглотить Элизу целиком, со всеми параноидальными мыслями, последними словами и вывернуть наизнанку. Она сжималась все сильнее, подобно огромной плотности звезд перед смертельным взрывом на миллионы световых лет. Ее душа не помещалась в тесном человеческом футляре с нарядным школьным бантом. Она была метеоритным дождем, сгорающим в кислотной атмосфере Венеры, яростью огненного сияния Марса, ультразвуковыми кольцами рождающейся планеты. Она умела запускать вихри галактик. Она искала, чтобы посмотреть в Его глаза и задать вопрос: “Теперь Ты доволен, Бог?”
Она сгорала в пламени своего огромного сердца, которое не могло вынести несправедливости мира к ней и другим страдающим живым организмам. Она никогда не видела смерть и не провожала близких на другой свет, так как родители защищали детскую психику от потрясений. Девушка знала, что планета, Мать всего живого, умирает, и вместе с ней все падает в бездну. Необъяснимая боль за каждое существо, пережившее страх разделения с единым источником, выходила через нее с ежедневными булимическими приступами. Никто не мог этого понять.
Ночами напролет она мучилась от гнета непереваренных чувств, разглядывая потолок в наушниках с гипнотизирующими мотивами, чтобы не слышать внешний мир и погрузиться в фантазии об идеальном будущем, где она счастлива с дорогими сердцу людьми – первые попытки визуализации.
Визуализация – метод, сочетающий в себе приемы представления образов и сценариев в уме, проживание чувств и состояний, перенос сознания в момент обладания желаемым, иногда сопровождается практиками медитации, молитвы, йоги, картой желаний для усиления эффекта и ускорения процесса перехода на нужную ветку реальности (квантовый скачок).
Родная голубая комната на третьем этаже пустовала. Элиза теперь спала на диване подле родителей, чтобы было проще контролировать ее шаги. Походы в туалет сопровождались пристальной слежкой. А каждое утро – взвешиванием. Чтобы скрыть правду, она клала в карманы первые попавшиеся предметы и пила много воды. Когда обман был раскрыт, ее ставили на весы голой после похода в туалет. Цифры таяли на глазах… Чтобы предотвратить трагедию, ее кормили бутербродами с салом поверх сливочного масла. Это был замкнутый круг. Она сбегала, занималась спортом через боль, придумывала способы сокрытия правды, прятала улики в шкафах, пока не появлялась возможность избавиться от них, мечтала о жизни нового человека в красивой идеально сидящей одежде и тверже настаивала на своем. Тогда ее лишили карманных расходов.
Они хотели спасти ее любой ценой.
Мама и папа, я благодарю вас за ту цену, которую вы заплатили, чтобы я осталась жива.
Отсутствие личных денег породило еще большие сложности. Это было сделано старшими из соображений, что безконтрольное потребление продуктов питания закончится. Говорят, когда закрывается одна дверь, то открывается другая. Обычно выражение используется в позитивном ключе для ободрения ослабленного духа и пробуждения силы воли. А как быть с пищевым зависимым? Она нашла выход и из этой ситуации.
Тогда в интересах главной героини был только внешний вид и соответствие своим ожиданиям. Но уже в то время наступила пора познать законы кармы.
Родители покупали продукты на всю семью на неделю, но, с учетом особенностей поведения старшей дочери, вскоре члены семьи стали замечать, что привычного количества стало не хватать и на несколько дней. Пристальная слежка выявила нарушителя порядка, после чего в ход пошли воспитательные меры: утомительные разговоры, замечания, некоторые особенно искусительные вещи – сладкое, соленое, вредное – прятали из побуждений вразумить больного человека. Но это не сработало.
Элиза начала воровать в магазинах. Да, чтобы прокормить безумного зверя, необходимы внушительные запасы провианта. Она не могла быть неудобной в собственной семье, где заслуживать любовь и так было непосильным трудом. Началось с малого: жвачка, конфета, батончик, шоколадка, мюсли, хлебцы, коробка сладостей, средства личной гигиены. Проблемы, как и неоплаченный товар в сумке, нарастали снежным комом. При этом образе жизни ее ни разу не хватали за руку и не отводили в комнату допроса. Однажды, отправившись на очередной рейд, что-то в ее голове щелкнуло – это был первый раз, когда она подошла к кассе с пустой сумкой. И именно в этот момент ее попросили продемонстрировать содержимое. Это была ее лживая победа. Она настолько хотела быть хорошей для всех и спрятать свою тень, что умудрялась работать над имиджем, угощая других краденым добром, о чем никто не знал.
Принципы и нормы морали закружили в калейдоскопе абсурда. Белое и черное, хорошее и плохое перестали носить былые характеристики. Она окончательно запуталась в пуповине, которую никак не могла перегрызть. Игры с едой заходили слишком далеко, чтобы по-прежнему казаться весельем, когда “ешь все, что хочешь и не полнеешь”. Гормоны счастья вперемешку с кортизолом и норадреналином ядовитой смесью разъедали восприятие мира. Созависимая Элиза превращалась в зомби, игнорируя импульсы изнутри – они просто не могли больше достучаться до головного центра. Блуждающий нерв защемило где-то на полпути к свету в конце тоннеля. Хьюстон окончательно потерял связь.
Организм способен быстро приспосабливаться к новым условиям жизни вне зависимости от их эффективности и пользы. По мере развивающихся пагубных отклонений, в ее жизнь пришел новый способ стимуляции состояния эйфории. Раздобыть алкоголь не так тяжело, как кажется. Созависимый человек способен программировать мозг для ускоренного поиска средства мнимого побега от самого себя. Это не настоящие желания. Они диктуются паразитарной формой режима самоуничтожения – оружием отложенного действия. Никто точно не может предугадать, когда случится непоправимое. Верно одно: его приближение с каждым разом все отчетливее.
– Что с лицом? Дома все живы? Будешь?
Она молча взяла бутылку за горлышко и опрокинула голову.
– Эй, эй! Куда? Жить надоело? Закусывать надо!
“С каких это пор кому-то есть дело до человека, ищущего ответы в океане слез плачущей души?” Как-то не верилось в попытки вразумления таких же разбитых, как она сама. Самая глубокая яма – отчаяние, самый громкий крик – в молчании. Сильное алкогольное опьянение напоминало состояние тета-ритма мозговой активности перед засыпанием или сразу после пробуждения. Сквозь звуки передачи электричества между нейронами она слышала ее – тахикардию маленькой девочки, которая, закрывая рот от ужаса грязными ладошками, забилась в угол подсознания. Что ее так напугало? Зачем залезла сюда? Что можно сделать, наблюдая за необратимым хаосом в приступе агонии?
Она резко отрезвела. “Кто меня зовет? Где я?”, – эхом раздавалось в пустой голове. “Неужели это… тишина… Да! ДА! Это то самое состояние, которое я искала столько лет! Стоп. Я – это кто?”
Подобные монологи сопровождают ее и по сей день. Радость в том, что ответы с каждым успешным преодолением жизненных трудностей становятся яснее и позитивнее.
– Я есть духовная сущность, проживающая человеческий опыт. Я выступаю в качестве защитника интересов сторон Света. Мои задачи на это воплощение – передать людям знания, которые я обретаю в процессе познания себя и мира с целью повышения уровня осознанности и записи новых конструктивных программ коллективного разума. Эволюция человечества осуществляется посредством роста моей души над собой вчерашней здесь и сейчас.
Но пока она дошла до этой стадии, добровольное и принудительное восстание из пепла сопровождало ее путь еще очень много раз. Несмотря на казавшееся одиночество, Ангелы-Хранители кружили над ней, попеременно отправляя сообщения для налаживания каналов связи. Когда человек долго не слышит зов Вселенной, пространство разворачивается громким ржавым скрежетом цепей на зубах. Элиза устроилась официанткой. Несколько недель плотной подработки выжали из нее последние силы, зато, как следствие, она получила карманные деньги на новые модные образы. В день отмечания победы все вымученные деньги были украдены. Так она впервые познала боль кармы – причинно-следственной связи, в прошлом отбирая хлеб у сотрудников продуктовых магазинов.
Зато сейчас не ездит “зайцем” даже одну остановку, не пропускает визита в общественное место без чаевых в благодарность за труд и оказанные услуги, участвует в благотворительных движениях и помнит об ошибках прошлого.
Чтобы найтись – потеряйся.
Алкоголь играл в ее жизни роль анестезии: коротким замыканием временно отключал питание улью в голове, и тогда Дедушка Сон, как в детстве по рассказам папы, накрывал ее своим крылом забвения. Она не видела ярких образов, не разговаривала с Богом и не вспоминала сюжеты из жизни. Время смыкалось в черный экран, в эфире которого несколько часов существовало “ничто”. Потом глаза нехотя фокусировались на окрестностях, машина потихоньку заводилась, двигатель разгонялся до низких оборотов осознанности.