Элиза Барра – Похищенное счастье. P.S. (страница 4)

– Настюш, ты как раз вовремя, я собирался обедать, составишь мне компанию?

Настя замялась, но, как оказалось, вопрос был скорее риторическим, так как мужчина сразу же принялся накрывать на стол. Девушке ничего другого не оставалось, как неуклюже взобраться на высокий стул и закатать слишком длинные рукава халата, чтобы было удобнее есть. Перед ней на столе уже стояла глубокая керамическая тарелка с борщом, от которой к верху поднимался горячий пар.

– Пампушки… – признала Настя круглые пышки в хлебной корзинке, которую Олег поставил на стол, и потянулась рукой к выпечке.

– Ну, какой же борщ без пампушек? – Добродушно усмехнулся Олег, накладывая в пиалу густую сметану.

Именно вид чесночных пампушек и натолкнул его на мысль о борще, когда он заскочил утром в пекарню за свежей выпечкой для Насти. И теперь глядя на то, с каким предвкушением девушка забеливает сметаной рубиновый наваристый борщ, неторопливо размешивая его ложкой, он убедился, что не прогадал с выбором. В свой борщ вместе со сметаной он добавил так же мелконарезанной зелени, которую Настя почему-то проигнорировала, как и соленое сало, но это дело вкуса, конечно. Главное, что она охотно ела суп в прикуску с чесночными булочками. Чтобы неловкое молчание не отбило ненароком у девушки аппетит, Олег поддерживал за столом необременительную беседу, рассказав все, что знал о происхождении борща и его разновидностей у разных народов.

От второго блюда Настя вежливо, но твердо отказалась, и мужчина не стал настаивать. Зато ее не пришлось уговаривать попить чая из самовара со свежевыпеченными в пекарне ватрушками. Даже несмотря на то, что принцип работы электрического самовара мало чем отличался от обычного чайника, она с детским восторгом в глазах подставляла под кран самовара кружку и поворачивала вентиль.

– Большое спасибо, – с чувством поблагодарила его Настя, допив чай.

Ее лицо слегка разрумянилось после приема горячей пищи и чая, она выглядела довольной и спокойной. Скрипя сердцем, Олегу пришлось заставить себя приступить к самой неприятной части их беседы, которую, увы, нельзя было обойти.

– На здоровье, Настюша, – ответствовал он, – извини, что лезу не в свое дело, но твои родители сильно переживают по поводу твоего отсутствия, – осторожно напомнил он девушке.

Настя тут же нырнула рукой в карман халата, будто о чем-то вспомнила и принялась поспешно оправдываться:

– Да-да, я хотела им позвонить, но увидела, что телефон разрядился, – она извлекла из кармана бесполезное устройство связи и протянула Олегу в молчаливой просьбе.

– Ничего страшного, – он аккуратно взял у нее телефон и повертел в руках, – думаю, что у меня найдется для него зарядное устройство, сейчас ведь их стараются делать универсальными. Вот раньше, помню, с этим была целая проблема – чуть ли не у каждой модели своя зарядка, а сейчас все намного проще.

Настя слабо улыбнулась в знак согласия, помня эти славные времена, сейчас и впрямь не было такого разнообразия среди зарядных устройств, а Олег в это время продолжил:

– Дело в том, что твои родители подали заявление о пропаже, поэтому скоро сюда подъедет сотрудник полиции.

Олег с глубоким сожалением смотрел, как удивленно округлились глаза Насти, после чего в них вспыхнула паника, и лицо стремительно посерело.

– Вместе с полицией приедут родители? – В ломком голосе Насти отчетливо слышался испуг.

– Нет, конечно, – заверил ее Олег, – с ним никого не будет, и тебя никуда не увезут без твоего согласия.

Слегка успокоенная его словами девушка немного перевела дух, хоть и не избавилась полностью от всех опасений.

– Но как в полиции узнали, что я нахожусь здесь? – Потирая нахмуренный лоб задала она вслух мучавший ее вопрос.

– Мне позвонили, ведь в прошлый раз ты оказалась в моем доме, – нарочито ровным тоном ответил Олег, не видя смысла в том, чтобы оставлять ее в неведении. Рано или поздно девушка сама набредет на эту мысль, как бы им не хотелось вспоминать прошлое.

Настя замерла, не в силах произнести ни звука, с тревогой глядя на мужчину. Олег прочистил горло и одними губами послал ей ободряющую улыбку:

– Пожалуй, я поищу для твоего телефона зарядку.

Плавно поднявшись на ноги из-за стола, мужчина понес телефон куда-то в недра большой квартиры. Оставшись в одиночестве на кухне, Настя почувствовала, как от волнение все съеденное за обедом подступило к горлу, просясь обратно. Она часто задышала носом и, поспешно встав из-за стола, побрела по коридору в сторону спальни. Вдали от запахов кухни тошнота быстро прошла, и Настя безбоязненно устроилась на постели в томительном ожидании, скрасить которое ей помогла Тяпа. Запрыгнув на кровать, собака разместилась под боком у девушки, выпрашивая ласку. Монотонно водя рукой по короткой шерстке животного, Настя немного успокоилась, но все равно не смогла удержаться от дрожжи, когда в коридоре разлилась искусственная соловьиная трель, извещающая о том, что снаружи кто-то позвонил в домофон.

Перед тем, как открыть дверь, Олег по привычке глянул в глазок. На пороге его квартиры стоял уже знакомый Олегу молодой мужчина до тридцати лет в темных джинсах и темно-синей ветровка поверх черной рубашки.

– Оперуполномоченный сержант Ерохин, – представился визитер заученным движением предъявляя красное удостоверение в раскрытом виде. – Олег Дмитриевич, разрешите войти?

Разумеется, Олег запустил гостя в квартиру. Мужчины держались нейтрально-вежливо, однако руки друг другу не подали. Во взгляде Ерохина Олег успел подметить тщательно скрываемую враждебность, что, в общем и целом, было неудивительно, учитывая их историю знакомства. Предложив оперу подождать Настю в гостиной, Олег пошел в спальню, чтобы позвать девушку.

Андрей Ерохин зашел в комнату и настороженно огляделся. Гостиная была дорого и со вкусом обставлена мебелью под старину за исключением белоснежного кожаного дивана. Кругом на стенах были развешаны картины, приглядевшись к которым, он понял, что рисунки на них были нанесены не краской, а вышиты вручную цветными нитками. Ерохин почувствовал себя неуютно, словно находился в музее, в котором запрещалось дотрагиваться до экспонатов. Внешний облик гостиной у него как-то мало вязался с личностью хозяина квартиры. Владельцем подобного убранства Ерохину представлялся кто-то более возвышенный и одухотворенный, нежели бывший военный, и на ум ему почему-то приходила та самая пострадавшая девушка, Анастасия Шмелева.

В этот момент, словно отвечая мыслям сержанта, в гостиную вошла Настя. Ерохин сразу узнал девушку несмотря на то, что видел ее один единственный раз на больничной койке сразу после операции. С долей сожаления Ерохин констатировал про себя, что Шмелева выглядела не сильно лучше, чем в прошлый раз. Огромные голубые глаза, как и тогда, глядели на него с испугом и тревогой.

– Здравствуйте, Анастасия Сергеевна, – поздоровался Ерохин с девушкой, – я не так давно приходил к вам в больницу, вы меня помните?

– Здравствуйте, – тихо ответила ему Настя, – да, я вас помню.

– Вот и замечательно, прошу вас уделить несколько минут и поговорить со мной наедине, – на последнем слове Ерохин сделал упор, глядя прямо на Олега поверх головы девушки, стоявшего у входа в гостиную.

Настя невольно сделала шаг в сторону и обернулась к Олегу с обеспокоенным выражением лица. Мужчина с хмурым неодобрением прожег Ерохина тяжелым взглядом, но промолчал, что-то про себя обдумывая. Стоило ему повернуть голову в сторону девушки, как взгляд серых глаз тут же смягчился и потеплел.

– Настюш, ничего не бойся, я буду рядом, – пообещал Олег и вышел из гостиной.

Для Ерохина фраза прозвучала двояко. Это могла быть как забота о состоянии девушки, так и завуалированная под нее угроза. Оставалось надеяться, что у него будет достаточно времени, чтобы разобраться в том, что происходит в этой квартире.

– Проходите, – обратился он к застывшей на месте Насте.

Та нерешительно огляделась по сторонам и, подойдя к дивану, робко присела на самый краешек кожаного сиденья. Ерохин предпочел бы разместиться напротив нее, взяв какой-нибудь стул, но ничего подходящего под рукой не было, поэтому он сел на другом конце дивана и достал из сумки папку-планшет с чистым листом бумаги и ручку.

– Итак, – приступил он к записи, – Шмелева Анастасия Сергеевна, назовите вашу дату рождения и место регистрации.

Записав данные, он поинтересовался, не было ли у нее с собой паспорта, на что Настя отрицательно покачала головой. Но, по крайней мере, она смогла по памяти назвать ему серию и номер документа. Ерохин выслушал ее сбивчивый рассказ про ссору с родителями, о причинах которой, впрочем, девушка не стала распространяться.

– Значит, вы позвонили гражданину Марченко и сообщили ему, где находитесь? – Недоверчиво переспросил он у Насти.

– Да, – подтвердила та, – Олег приехал за мной, а потом привез к себе.

– Почему же вы не позвонили родителям и не рассказали об этом? – Задал он девушке резонный вопрос.

– Я не заметила, что мой телефон разрядился, – признавшись, потупила взор та.

– Как только зарядите, обязательно им позвоните, – строгим тоном произнес Ерохин, который на своем веку повидал немало родителей, разыскивающих своих блудных чад. – А заодно подскажите мне свой номер телефона и постарайтесь оставаться на связи в ближайшее время.