Элисон Гудман – Клуб «Темные времена» (страница 81)

Перед Хелен возник герцог, отвесил низкий поклон и произнес:

– Я пришел исполнить свой тяжкий долг.

Он взял ее за руку и подвел к месту первой леди в начале ряда, совсем рядом с музыкантами, незаметно подмигнул и с улыбкой занял свое место напротив.

На первой ноте партнеры обменялись поклонами и реверансами, а затем бал Хелен наконец начался. Девушка выпрямила спину и изогнула руки.

Хелен отметила, что герцог – прекрасный танцор. Не такой сильный и не такой ловкий, как лорд Карлстон, однако ему и не были дарованы нечеловеческие мощь и чувство равновесия. Девушка улыбнулась, когда Сельбурн взял ее за руку и повел к центру зала. Шагали они чересчур стремительно, не в темп музыки.

– Недостаток наших длинных ног, – прошептал герцог, когда они замедлили шаг, подстраиваясь под ритм.

Хелен посмеялась над озорным замечанием и позволила приятным впечатлениям загнать мысли о предстоящем алхимическом действе в дальние уголки сознания.

Первые два танца ей еще кое-как удавалось не думать о грядущем. Нехорошее предчувствие пронизывало ее, лишь когда девушка не танцевала и ни с кем не вела беседу. Или когда бросала взгляд на часы, стоявшие на каминной полке.

Половина одиннадцатого, и по спине пробежали мурашки.

Пробило одиннадцать часов, и на душу опустился тяжелый камень.

Одиннадцать двадцать облепили внутренности замерзшими стрелками-пальцами. Циферблат позолоченных часов маячил перед глазами, когда Хелен исполняла последнее движение в «Ля Виньетте». Она отвернулась, но каждая клеточка ее тела уже наливалась тревогой. Осталось всего полчаса. Хелен поднялась на цыпочки и заняла свое место в ряду танцующих. На глаза ей попался Хьюго, лакей, нахмурившись, с беспокойством осматривал зал.

Что-то стряслось.

Он боком пробрался к лорду Пеннуорту, сидевшему на стуле, наклонился и что-то прошептал ему на ухо. Эффект это дало потрясающий. Дядюшка резко вскочил на ноги, лицо его сменило насыщенно-красный оттенок на темно-пунцовый, брови гневно сдвинулись. Он что-то спросил у лакея и, получив ответ, упал обратно на сиденье, словно придя к некому заключению, которое привело его в отчаяние. Дядюшка снова поднялся, кивнул, и Хьюго поспешно удалился из залы. Дядюшка яростно махнул рукой, подзывая одного из юных лакеев, отдал ему тихий приказ, и мальчишка направился к музыкантам.

Что происходит? Неопытный танцор прервал бы движение, но Хелен и глазом не моргнула: сказались ее рефлексы и долгие часы занятий. Юный лакей передал сообщение скрипачу; тот вскинул густые, черные брови, но с ритма не сбился.

Кадриль подходила к концу, и гости повернулись завершить танец, как вдруг их прервал стук дерева о дерево. Музыка оборвалась, вызвав суматоху в зале. Внимание всех присутствующих было приковано к дверям. Хелен вытянула шею.

На пороге стоял Барнетт. Он еще раз ударил по полу длинной тростью, разгоняя людской поток, и все стихло.

– Дамы и господа, – объявил он. – Его королевское высочество принц-регент. Граф Карлстонский и мистер Браммел.

Дворецкий отошел в сторону и поклонился, пропуская вперед пышнотелого принца-регента в безукоризненном вечернем наряде и двух высоких джентльменов, со светлыми и темными волосами. Не узнать уверенный наклон коротко остриженной головы было невозможно. Лорд Карлстон.

Хелен присела в глубоком реверансе. Стоявший рядом с ней виконт опустился в изящном придворном поклоне. Краем глаза девушка заметила море склоненных голов и усеявших пол юбок. Тишину нарушало лишь тиканье часов. Хелен сосредоточила внимание на отполированном полу, стараясь угомонить разбушевавшееся сердце, которое взволновал не член королевской семьи, а дерзкий лорд Карлстон. Он же использовал влияние принца-регента, чтобы проникнуть на бал! Неудивительно, что дядюшка побагровел от бессилия: он не мог отказать в приеме королевской особе.

– Встаньте, – сказал принц-регент.

Хелен поднялась, как и все присутствующие. Его королевское высочество все еще стоял в дверях, поднеся к глазам лорнет. Возраст его близился к пятидесяти годам, но во внешности сохранились остатки былой красоты, благодаря которой он в молодости считался первым кавалером Европы. Кожа принца оставалась белоснежной, волосы были аккуратно причесаны и завиты, а полные щеки делали его лицо детским не по годам. Принц-регент с улыбкой пробежался взглядом по юным леди, и некоторые из них еле слышно захихикали.

Хелен же смотрела в темные глаза, которые, несомненно, выискивали ее. Лорд Карлстон, сосредоточенно наморщив лоб, вглядывался в противоположную сторону зала. Сюда, молча позвала его Хелен. Я здесь. Словно услышав ее, граф повернулся, и выражение его лица изменилось от радости, когда он нашел взглядом улыбающуюся девушку. Между ними завязался немой разговор, читавшийся в незаметных движениях бровей, век и губ.

Вы пришли. Она не скрывала своего облегчения.

Вы во мне сомневались?

На мгновение Хелен опустила взгляд. Она и правда сомневалась. Наверное, сомневается до сих пор.

Граф склонил голову набок, признавая, что сам виноват в утрате доверия.

Я дал слово защищать вас, и я его сдержу.

Даже если я выберу…

Да.

– Итак, где же наши прекрасные хозяева, лорд и леди Пеннуорт? – спросил принц-регент и с дружелюбной улыбкой вошел в залу.

Мистер Браммел коснулся руки лорда Карлстона, привлекая внимание друга к Его Королевскому Высочеству. Всего за несколько шагов они догнали принца-регента, и мистер Браммел встретился глазами с Хелен в холодном приветствии. Очевидно, он придерживался того же мнения, что и леди Маргарет. Хелен порозовела от стыда.

Тетушка уже спешила навстречу величественному гостю. Она еще раз опустилась в реверансе. Дядюшка не уступал ей ни в поспешности, ни в обходительности.

– Вы оказали нам огромную честь, Ваше Высочество, – произнес он.

– А, лорд Пеннуорт, рад вас видеть. Очень рад. Лорд Карлстон много мне рассказывал о вашей очаровательной племяннице. Я буду безмерно счастлив с ней познакомиться.

Дядюшка впился в графа ядовитым взглядом. Тетушкин же взгляд заметался по комнате. Наконец она отыскала Хелен и нервно взмахнула рукой, призывая девушку подойти.

Разумеется, Хелен уже не раз видела Его Королевское Высочество, но лишь издалека. Теперь он оказался совсем близко, и на нее давило его королевское величие. В принце чувствовались добродушие и – смеет ли она так думать? – детская капризность, которую выдавали опущенные уголки губ. Он явно наслаждался растерянностью лорда и леди Пеннуорт. Как известно, мистер Браммел умерил пристрастие принца-регента к излишнему великолепию, но с белого жилета все же свисало множество покрытых драгоценными камнями цепочек от карманных часов.

– Ваше Высочество, позвольте представить вам мою племянницу, леди Хелен Рэксолл, – произнес дядюшка, и Хелен уловила в его голосе плохо скрытую ярость.

Хелен сделала реверанс, отчаянно надеясь, что не пошатнется, когда будет вставать.

– Прелестно, прелестно, – проговорил принц-регент.

Он не сводил глаз с ее декольте. Хелен слышала о пристрастиях высокого гостя. Она стиснула зубы и улыбнулась.

– По словам лорда Карлстона, вы превосходно танцуете, леди Хелен, – заметил Его Высочество, наконец взглянув ей в лицо.

– Не сомневаюсь, что это всего лишь любезность, Ваше Высочество, – выдавила из себя Хелен.

Принц-регент издал звук, больше всего похожий на фырканье.

– Маловероятно, леди Хелен, – улыбнулся он. – Обычно он сдержан и не щедр на комплименты. Я, напротив, к ним склонен. Ничто не радует меня больше восхитительно исполненного танца. Не найдется ли у вас, случайно, свободного танца для его светлости?

На самом деле у Хелен были расписаны все танцы. Она облизнула губы, не зная, как ответить на завуалированный королевский приказ.

– Разумеется, найдется, Ваше Высочество, – веселым тоном произнесла тетушка и тут же без раздумий добавила: – Кажется, как раз следующий.

– Прекрасно, – ответил принц-регент и помахал лорду Карлстону. – Что ж, прошу!

Граф поклонился принцу-регенту, сделал шаг вперед и протянул девушке руку:

– Позволите, леди Хелен?

Она присела в реверансе и учтиво произнесла:

– С превеликим удовольствием.

Ее рука обвила предплечье графа; под рукавом фрака прощупывалось нечто кожаное и плоское. Он не забыл взять оружие.

– Объяви танец, милая, – приказала тетушка.

Хелен помнила, что сейчас очередь леди Элизабет выбирать танец, и виновато на нее посмотрела. Затем она прокашлялась и сказала первое, что пришло на ум:

– Прошу вас пригласить дам на «Танец фей».

После этих слов Хелен зажмурилась, сгорая от стыда. Почему ей вспомнился именно один из простейших контрдансов? Не самый подходящий выбор для демонстрации своего таланта. Однако Хелен сомневалась, что Его Высочество пришел посмотреть на то, как она танцует. Скорее всего, лорд Карлстон или мистер Браммел убедили принца-регента попросить ее взять в пару графа. Возможно, они притворились, что это всего лишь розыгрыш: принцу-регенту всегда были по душе шутки и озорство. Или ему известно о чистильщиках, как и его матери, и он сам согласился помочь. Так или иначе, цель их была очевидна. Лорд Карлстон надеется убедить ее отдать ему коллигат.

Граф подвел девушку к музыкантам. Гости спешили удалиться в углы зала или выстроиться в ряды для танца.