– Да, дядюшка.
– Можешь начинать. – Лорд Пеннуорт сжал плечо племянницы, стянул ее с кушетки и опустил на колени. – Благодари Сельбурна за то, что он возьмет тебя в жены. – Дядюшка убрал руку, но давящая боль осталась. – Я уж точно поблагодарю его за то, что вскоре ты станешь предметом заботы другого мужчины.
Он развернулся и вышел из комнаты, оставив за собой запах застарелого нюхательного табака и прокисшего дыхания.
Хелен не вставала с колен, пока шаги дядюшки не послышались на лестнице. Лишь тогда она медленно поднялась, легла обратно на кушетку и накрыла плечи шерстяным пледом.
Что произойдет, если она откажет Сельбурну? Скорее всего, дядюшка насильно заставит ее дать согласие. А если герцогу не понравится брак против воли девушки, Хелен выдадут за первого джентльмена, который будет не против на ней жениться, возможно, обожателя мяса сэра Реджинальда. Хелен поежилась. Дядюшка будет держать ее под замком в своем поместье в Лэнсдейле, пока она не «образумится» или пока он не перестанет быть ее покровителем и не потеряет возможность распоряжаться деньгами племянницы, а этого ей придется ждать семь лет. Семь лет! А разгневанный дядюшка вполне способен изгнать Хелен из семьи и не позволить ей пользоваться средствами, оставленными родителями. Тогда девушке придется полагаться лишь на щедрость брата.
Хелен покачала головой. Зря она себя изводит. Только сейчас в голове у нее прояснилось, и она поняла, что жесткий подход дядюшки вызвал в ней невольное сопротивление. Боже мой, да ведь ей нравится Сельбурн! Она просто не хочет повиноваться приказу дядюшки. Стыдно признаться, но это совершенно детская реакция. Нельзя позволить этим противоречивым чувствам повлиять на самое важное в жизни решение.
Герцог – прекрасный, образованный, влиятельный человек с громадным состоянием. Мало того, он достоин восхищения и уважения. Если Хелен за него выйдет, она станет герцогиней Сельбурнской. Выше ее по статуту будут лишь королева и принцессы. Ее ждут роскошные салоны, балы, путешествия – жизнь, к которой ее всегда готовили и в которой, как полагала Хелен, ей теперь было отказано. Мама хотела, чтобы она жила именно так. Есть ли смысл колебаться? В конце концов, она уже собралась избавиться от своих талантов. После бала ни ей, ни ее родным не будут грозить искусители.
Решение принято. Она выйдет за герцога.
Хелен еще сильнее притянула к себе плед. Отчего же тогда сердце трепещет в груди, как плененная птица?
Незадолго до ужина, когда Дерби выставляла еду для леди на небольшой столик, в дверь тихо постучали.
– Кто там?
– Лили, миледи.
Хелен с Дерби переглянулись. Шпионка лорда Карлстона. Хелен ожидала, что его светлость с ней свяжется, и Лили была идеальным посыльным. Однако вот она пришла, а Хелен лишь гадает, что передаст ей граф. Объяснение? Извинение? Обвинение в грешном стремлении вести обычную жизнь? Вот только она не папистка, и жажда защиты и безопасности – отнюдь не грех.
– Войди. – Хелен спустила ноги с кушетки и повернулась лицом к двери.
Дерби встала за ней, чтобы поддержать хозяйку.
– Закрой дверь, – попросила Хелен, когда Лили присела в реверансе.
Теперь личной беседе ничто не угрожало, и Лили смело вошла в комнату. Взгляд цепких глаз метнулся от Хелен к Дерби и обратно.
– Я принесла письмо от его светлости, миледи. – Лили выудила послание из кармана передника и передала Хелен в руки. – Он попросил вернуться с ответом.
Конверт был тонким. Два листа, не больше.
– Я позову тебя, если потребуется, – сказала Хелен.
Лили еще раз сделала реверанс и направилась к двери. Хелен надавила подушечками пальцев на сургучную печать.
– Миледи? – Хелен подняла взгляд: Лили замерла на пороге. – Я хотела добавить, что так и не нашла искусителей в вашем доме.
– Спасибо, Лили, – улыбнулась Хелен.
Горничная кивнула, повернула ручку, окинула взглядом коридор и вышла, с мягким щелчком затворив за собой дверь.
– Проверь, – коротко попросила Хелен.
Дерби приоткрыла дверь, кивнула и снова закрыла:
– Значит, мы ей не доверяем?
– Не знаю, – честно ответила Хелен. – Я не знаю, кому доверять.
Горничная покосилась на письмо:
– Вас оставить? – Хелен кивнула. – Тогда я буду в будуаре, миледи.
Спальня опустела. Хелен скользнула пальцем под сургучную печать и вытащила страницы. Глубоко вздохнув, она раскрыла слегка помявшиеся листы, разгладила их и приступила к чтению.
Площадь Сент-Джеймс
21 мая 1812 года
Леди Хелен!
Когда Лили доложила мне, что вы полностью оправились после событий восемнадцатого мая, я наконец смог вздохнуть с облегчением. Именно в эти события я хотел бы внести ясность и, надеюсь, объяснить вам свои действия.
Ваша догадка была верна: мистер Бенчли в самом деле предложил мне слить скопившуюся в нас обоих тьму в вашу чистую душу. Клянусь вам, я даже не подозревал, что много лет назад он таким же образом воспользовался вашей матерью. Естественно, я отверг это чудовищное предложение. Однако мне стало ясно, что злые мысли не покинут мистера Бенчли. Именно поэтому я пригласил его на Ньюгейт-стрит – чтобы продемонстрировать ему ваши невероятные таланты, особенно то, на что вы способны с медальоном своей матери, и доказать, как вы для нас важны. Я полагал, что лишь так смогу отвратить его от желания перенести в вас свою тьму и остановить посягательство на ваше душевное благополучие.
Хелен покачала головой. Она сомневалась, что мистера Бенчли возможно остановить. Но, по крайней мере, граф отказался ему содействовать.
Разумеется, мы с вами оба знаем, что произошло в доме на Ньюгейт-стрит. За время обучения я лишь единожды видел в книге упоминание о коллигате и потому не сразу понял, чем является медальон вашей матери – древним, кошмарным творением. Я не осознал это, даже увидев реакцию Джеремайи, и я виню себя за невежество.
Ваш коллигат – лишь одна третья часть алхимического кощунства под названием «тринитас», способного уничтожить всех чистильщиков. Угроза подобного творения очевидна, однако источник мощи «тринитаса» – вис – сейчас под надежной охраной чистильщиков, и сделать копию с него нельзя, в отличие от вашего коллигата и третьего компонента – лигатуса. Таким образом, ваш коллигат невероятно опасен, но еще не смертелен для нам подобных. Признаю, мы с мистером Бенчли среагировали чересчур бурно и потеряли контроль над собой, осознав, каким оружием вы обладаете. Однако я уповаю на ваше понимание.
Хелен все понимала. Она владела предметом, который устрашал даже такого смелого человека, как лорд Карлстон.
Мне известно, что у вашего коллигата, к моему глубочайшему сожалению, есть и другое применение. Теперь вы действительно можете выбрать свою судьбу. Я не могу заставить вас войти в наш клуб, но я никогда и не пытался. Желание сражаться с искусителями должно идти от сердца. Оно требует осознания чувства долга и ответственности, веры в свое дело. Благодаря всему этому чистильщик способен вытерпеть все последствия своего призвания. Я убежден, что вы – предвестница появления Великого искусителя, его злейший враг, и вам это известно. Вы сами видели перемены в сообществе искусителей, видели, как они работали сообща в толпе у тюрьмы. Мне думается, что эти перемены тоже знак. Нашему миру явился некто очень мощный, существо, способное объединить искусителей. Очевидно, они охотились за вашим коллигатом и, боюсь, вскоре предпримут очередную попытку им завладеть.
Хелен вздрогнула и оглянулась через плечо. Само собой, в комнате никого не было. Однако граф не ошибался: искусители хотят выкрасть ее коллигат. На шее все еще чувствовалась жесткая хватка искусительницы из демимонда, а в ушах раздавался шепот: «Он придет за вами». Хелен нащупала пальцами у себя на груди шелковый шнурок, который держал мешочек с медальоном. Держа его при себе, она могла быть уверенной в том, что с медальоном ничего не случится до бала. До того, как она с его помощью избавится от этого кошмара.
Полагаю, ваша мать упомянула о рисках, сопряженных с использованием коллигата для избавления от врожденных талантов, и вам известно, что часть вашей личности, возможно, распадается. Даже при полной луне, когда энергия Земли особенно сильна, эта процедура остается опасной. Я не сомневаюсь, что ваша мать желала вам блага, но вы сами уже не ребенок и ничем не обязаны прошлому. Мне пришлось уяснить этот урок в результате печальных событий.
Прошу вас присоединиться к нашему клубу и передать коллигат мне на хранение, чтобы я мог его уничтожить. Однажды вы сказали, что я предлагаю вам лишь опасность и угрозы. Вы правы. Однако я также предлагаю вам достойную цель в жизни – сыграть важную роль в судьбе Англии. Нас с вами призывает служба на благо человечества, и я не могу представить себе большей чести. Надеюсь, что вы ответите на этот зов, леди Хелен. Не сомневайтесь, я буду рядом, в качестве вашего наставника, и нас поддержат храбрые леди и джентльмены из клуба «Темные времена». Вместе мы будем непобедимы и непременно выстоим против Великого искусителя, безумного мистера Бенчли и любых других людей, несущих угрозу для душ и жизней англичан.
Меня сложно в чем-либо убедить, леди Хелен. Мы с вами принадлежим к лагерю философов и верим лишь тому, что можно увидеть своими глазами. Я наблюдал за тем, как вы открывали в себе удивительные таланты и все больше узнавали о нашем тайном мире. Теперь я твердо уверен: вы намного смелее, чем думаете.
