Элис Кова – Дуэт с герцогом сирен (страница 93)
– Нет.
– Нет? – хмурится Ильрит.
– Нет, – уже увереннее повторяю я. – Это не последние для нас мгновения. Но я все равно стану твоей.
Я желаю Ильрита с такой силой, что это возбуждает и пугает одновременно. Во мне нарастают страсть и отчаяние, прогоняя все колебания и сожаления; по венам струится пламя, угрожающее поглотить меня целиком. И как бы близко я к нему ни находилась, как бы ни сжимала в объятиях, этого все равно недостаточно.
Ильрит стискивает мою талию, посылая по телу волны возбуждения. У меня перехватывает дыхание. Кажется, его слишком много и чересчур много меня, и все же крайне недостаточно нас. Все, чего мне хочется, – стереть любое расстояние между нами и раствориться в обжигающем кожу пламени и сладостных вздохах.
Ильрит подтягивает меня вперед, к краю корня. Инстинктивно обвиваю ногами его бедра и выгибаюсь назад, скользя ладонями по его плечам.
И тут он начинает двигаться, воспламеняя меня еще сильнее.
Прижимаюсь лбом к его лбу, и весь мир сужается единственно до него. Я вижу лишь Ильрита; ощущаю только его тело. Не существует ничего, кроме глубоких, рокочущих стонов, рвущихся из его груди и находящих отклик в моей. Мы становимся единым целым, сливаемся в невообразимо сложной гармонии, где нет места никому, кроме нас двоих.
Не отрывая от меня взгляда, Ильрит немного сдвигается и, сжав обе мои руки, заводит мне за голову. Я обхватываю пальцами нависающий надо мной корень.
– Готовься, – рычит он мне на ухо, фиксируя ладонями мои бедра.
Хрипло дыша, Ильрит слегка прикусывает мне кожу на шее, потом проводит по ней языком, будто пытаясь слизать нарисованные на мне узоры. Он ведет себя как дикий зверь, и я полностью отдаюсь этому безумию. Плевать на все синяки и животные звуки. Сейчас меня волнует только сирен, который дарит мне истинное наслаждение.
Быстрая, внезапная кульминация лишает нас остатков дыхания. Ильрит падает на меня, снова прижимаясь лбом к моему лбу, и мы судорожно ловим губами воздух. Наконец, разжав пальцы, я скольжу по его разрисованной груди. Обхватив мое лицо ладонями, Ильрит вновь и вновь целует меня, нежно, но в то же время страстно; удовлетворенный, но еще не полностью утоливший голод.
– Я мог бы обладать тобой тысячу раз, и этого все равно будет мало, – тихо выдыхает он.
– Ночь только начинается, – напоминаю я, растягивая губы в шаловливой улыбке.
Пятьдесят один
Еще совсем рано, солнце даже не поднялось над горизонтом. Впрочем, из нашего гнездышка в корнях вряд ли можно увидеть восход. Мы сидим рядом, лениво привалившись к корням, которые служили нам опорой последние несколько часов, и нежимся в объятиях друг друга. Ночью, решив не тратить время на поиски выхода из затруднительного положения, сулившие весьма неопределенные результаты, мы предпочли гарантированно насладиться физической близостью, но теперь нам еще предстоит найти способ сбежать.
– Боишься? – шепчет Ильрит, скользя кончиками пальцев по моей руке, лежащей поперек его тела.
– Не очень, – признаюсь я. – А ты?
– Если честно, немного, – тихо усмехается он. – Хотел бы я обладать твоей стальной волей.
– Она у тебя есть. Ты ведь даже побывал в Бездне. Предстал перед древним богом и выбрался оттуда живым. Что могут сделать с нами простые смертные? Чего нам бояться, когда мы обладаем силой гимнов древних?
– Ты права. И все же я не могу пока полностью избавиться от страха.
– То, что мы сохранили смертность, не самое страшное.
Интересно, не утратила ли я каким-то образом часть своей? Пусть благодаря слиянию песен Леллии и Крокана и их благословениям, ко мне вернулись воспоминания, плоть моя по-прежнему соткана из магии, о чем свидетельствуют золотые и серебряные линии, нарисованные на теле среди разноцветных завитков и мерцающие звездным светом. Мой разум вышел за установленные пределы и растянулся, чтобы приспособиться к форме.
Нас прерывает шорох шагов по песку.
– Пришло время для вашего помазания, – врывается в мысли незнакомый грубый голос.
Мы быстро выпрямляемся и приводим себя в порядок, но не успеваем и глазом моргнуть, как из-за угла выныривает Лусия.
– Лусия!
Ильрит мгновенно вскакивает на ноги, я же радуюсь тому, что мы хотя бы успели одеться. Он бросается к сестре и заключает ее в крепкие объятия. Наверное, глупо надеяться, что она не почувствует мой запах на его коже. Но, к счастью, Лусию сейчас занимают совсем другие проблемы.
– У нас мало времени, – торопливо объясняет она. – Мы с Фенни договорились о смене караула. Наши воины заступят на дежурство прямо перед тем, как члены Хора и все остальные прибудут на церемонию жертвоприношения. Вам хватит времени, чтобы ускользнуть.
– Ускользнуть? – хмурится Ильрит. – Куда мы пойдем?
– Отправитесь через путевой бассейн в юго-западные моря, к землям ликинов. Или куда-нибудь еще, – умоляет Лусия брата.
Ильрит возражает, приводя разумные доводы.
Я же думаю совсем о другом. Смена караула… небольшой промежуток времени… Если мы сумеем обеспечить отвлекающие факторы и создать неразбериху… плюс дополнительные воины… Мысли резко ускоряют бег. В голову приходит дикая, возможно, безумная, идея, но она вполне может сработать.
– Вот и выход, – внезапно заявляю я.
– Ты о чем? – спрашивает Ильрит. Они с Лусией в замешательстве поворачиваются ко мне.
– Я придумала, как нам открыть дверь. – Я тоже встаю и продолжаю, пресекая возражения Лусии: – Нам некуда бежать, а посему мы освободим леди Леллию, или же все будет кончено. Вот как мы поступим…
У нас не так уж много возможностей. Воины из герцогства Копья должны прибыть незадолго до появления Хора. Мы какое-то время спорим, стоит ли ждать полной смены караула, но решаем, что тогда у нас останется совсем мало времени.
Мы с Ильритом стоим бок о бок возле туннеля, ведущего из нашей маленькой тюрьмы.
– Готов? – шепотом уточняю я.
– Всегда готов.
Хотелось бы, чтобы его голос звучал более уверенно. Но я понимаю его колебания. Пусть Ильрит знает, что поставлено на карту, и слышал слова лорда Крокана, задуманное нами противоречит всему, чему его учили с детства и что составляло его мир до знакомства со мной.
Сжимаю его ладонь и уверенно смотрю в глаза.
– Все будет хорошо, – клянусь Ильриту и всему миру. – Мы доведем это дело до конца.
– Я тебе верю, – кивает он.
– Ну тогда за дело.
Закрыв глаза, вызываю перед внутренним взором лицо, которое помню в мельчайших подробностях, от седины в волосах до щетины на подбородке – лицо моего названого отца – и, сосредоточенно нахмурившись, мысленно зову:
– Кевхан?
– Виктория? – В его голосе звучит удивление.
Охваченная предвкушением и беспокойством, сжимаю руку Ильрита.
– Сосредоточьтесь только на мне, ладно? И говорите лишь по мере надобности. – Продолжительное молчание воспринимаю как хороший знак. – Мне нужна ваша помощь. Необходимо отвлечь внимание.
Вновь секундное молчание, на сей раз больше похожее на колебание, потом Кевхан уточняет:
– Что от меня требуется?
Я описываю ему остров и объясняю, как обогнуть его с противоположной стороны, петляя между корнями и гнилью, чтобы не попасться на глаза приближающимся воинам и членам Хора. Почти не сомневаюсь, что, учитывая обстоятельства, на пляжах страсти нет сирен, и пока он будет пробираться по лабиринту, образованному корнями Древа жизни, вряд ли наткнется на какую-нибудь шокирующую сцену. Судя по его молчанию, Кевхан все понял. Стало быть, без труда должен найти дорогу на пляж и пробраться в главный туннель.
– Так вот, Кевхан… – На мгновение сбиваюсь с мысли, сознавая, какой опасности его подвергаю. Один удар копьем, и он, как призрак, перестанет существовать. – Вы должны бежать. Едва лишь воины ринутся за вами, бегите так, будто от этого зависит ваша жизнь. Возвращайтесь в воду и спрячьтесь как следует. Поглубже, в гуще гнили, где они не станут вас преследовать. Что бы ни случилось, не позволяйте им себя поймать.
– Я тебя не подведу, – заверяет Кевхан.
Примерно те же слова сказала ему молодая женщина, встреченная на улицах Денноу, моля дать ей возможность проявить себя. И стать такой, как сейчас.
– Знаю. Я вам доверяю, – повторяю его давний ответ.
А потом поворачиваюсь к Ильриту.
– Ты готов?
Он кивает.
Закрыв глаза, вновь возвращаю внимание к Кевхану.
– Хорошо… вперед!
Задерживаю дыхание и прислушиваюсь. Несмотря на то что сирены на суше не разговаривают вслух, до нас доносятся удивленные возгласы при виде появившегося из туннеля Кевхана и шорох песка под ногами, когда они бросаются за ним в погоню. Переглянувшись с Ильритом, мы обмениваемся кивками и тоже начинаем действовать.
Как и перед входом в Серый проток, я стискиваю зубы, готовясь принять то, что последует дальше. Всякий раз во время плавания по протоку меня защищал Ильрит, теперь же оберегают сами боги. Как-никак божественная миссия.