Элис Кова – Дуэт с герцогом сирен (страница 65)

– Кстати, о помазании. – Он делает движение, и в комнату вплывает еще группа стражников.

Вижу среди них знакомое лицо.

– Лусия. – С улыбкой встаю с кровати и плыву к ней через комнату.

– Рада снова видеть вас, ваша святость.

Она слегка изгибает назад кончик хвоста и опускает голову. Хотя нас с ней не назвать лучшими подругами, эта сестра Ильрита произвела на меня достаточно приятное впечатление. А во владениях Вентриса я готова принять любое проявление дружелюбия.

– Лусия во время пребывания в герцогстве Веры стала одной из лучших учениц. В ближайшие несколько дней вашим помазанием займется она – во имя соблюдения приличий.

Да, вчера вечером Ильрит упоминал, что некоторые узоры лучше наносить не ему. А жаль, я бы предпочла именно его рисунки на наиболее чувствительных участках тела. Скрыв разочарование, отгоняю очередную фантазию, которая пытается прокрасться мне в голову. Лучше наслажусь ею потом, в одиночестве. И раз уж Ильриту не позволят наносить узоры на интимные места, пусть лучше ими займется Лусия, а не какой-нибудь незнакомец или, хуже того, Вентрис.

– Спасибо, что заботитесь о моей скромности, – произношу я таким тоном, будто для меня эта пресловутая скромность имеет огромное значение.

– Вам еще что-нибудь нужно? – уточняет Вентрис у Лусии.

Она качает головой.

– Нет, ваша светлость, у меня есть все необходимое.

– Тогда я вас оставлю. – Вентрис делает знак стражникам, и все четверо вслед за ним выплывают из комнаты.

В ожидании их ухода Лусия складывает руки на груди. Она то стискивает кулаки, то вновь их разжимает – явный признак, что ей не по себе.

– Пожалуйста, простите, ваша святость, но я вынуждена попросить вас снять остатки одежды.

– Просто Виктория, – напоминаю я. – Мы же не чужие.

– Я, как и полагается, проявляю к вам величайшее уважение. Вы же пастырь. В противном случае я рискую оскорбить наставников герцогства Веры и лорда Вентриса, готовящих служителей лорда Крокана.

«Она боится, что он подслушивает».

– Вряд ли он способен нас сейчас услышать. Ильрит сказал, эта комната защищена от прослушивания.

Лусия шире раскрывает глаза и бросает взгляд через плечо в том направлении, куда уплыл Вентрис.

– Если ты нервничаешь, можно поговорить вот так. – Сокращаю расстояние между нами и кладу руку ей на плечо.

– Полезные сведения, Виктория, – кивает Лусия. Улыбаюсь, услышав от нее свое имя. – Но лучше воздержаться от прикосновений. Сейчас, когда до жертвоприношения осталось недолго, это особенно важно.

– Верно. – Прогоняю улыбку с лица и отпускаю сестру Ильрита. – Так мне раздеться?

– Если не возражаешь.

Лусия отводит глаза, проявляя уважение к моей скромности, хотя вот-вот увидит меня полностью обнаженной.

Тянусь к завязкам корсета на спине, ослабляю узел и распускаю тесемки. Подергав за перекрещивающиеся сзади ленты, немного растягиваю их. Корсет слегка провисает, и теперь можно расстегнуть спереди маленькие крючки. Стягиваю с себя эту деталь одежды и пару мгновений просто держу в руке. Последняя из моих вещей, тщательно сшитая с учетом моих потребностей. Качество важнее количества. И последнее, что связывает меня с миром, из которого я пришла.

Разжимаю пальцы и выпускаю корсет. Он, словно по волшебству, начинает растворяться в воде. Миг спустя кажется, будто его и вовсе никогда не существовало. С шортиками расстаться легче, но как только они исчезают, я остаюсь такой же голой, как в день своего рождения.

– Все, я готова.

Лусия подплывает ближе. Она все еще чувствует себя немного неуютно, но не слишком стесняется наготы, что и к лучшему. Надо отдать ей должное, она всеми силами скрывает любопытные взгляды. Наверное, я в ее глазах выгляжу так же странно, как для большинства людей сирена.

– Моя команда состояла в основном из женщин. Были и мужчины, но не слишком много, – начинаю я в стремлении хоть немного облегчить для нее сложившуюся ситуацию. – И одну из них я редко видела в одежде. Всякий раз, стоило отвернуться, она находила ту или иную причину, по которой ей стоило раздеться. – Вспомнив Дженивеву, издаю тихий смешок. – Время от времени, когда мы заплывали далеко на юг, где вода столь же синяя, как у вас в Вечноморе, я бросала якорь, и мы все отправлялись купаться. В такие моменты на Дженивеве не бывало ничего, кроме нижнего белья.

– Похоже, вы не слишком стеснялись друг друга, – замечает Лусия; благодаря ее пению, у меня между лопаток появляются узоры в виде завитков.

– Когда вверяешь свою жизнь в чьи-то руки, иначе нельзя.

– Возможно, именно поэтому мне всегда так спокойно рядом с тобой. Все в Вечноморе надеются, что ты сумеешь усмирить гнев лорда Крокана.

– Тебе со мной спокойно? – удивляюсь я. Лусия не проявляла враждебности, но между нами всегда существовали преграды в виде этикета и принятых правил.

– А чему ты так удивляешься? Даже обидно. – Она слегка изгибает губы, будто старается спрятать улыбку.

– Я всегда считала, что вызываю скорее профессиональный интерес. – Хотя мой нынешний обнаженный вид не слишком располагает к профессиональным отношениям.

– Так… должно быть, – тихо вздыхает Лусия и, заплыв мне за спину, продолжает помазание. Палец она держит прямо над моим бедром возле ягодиц. – Мне известно, каково твое предназначение. Я видела, как тяжело пришлось отцу. Тем, кто сближается с жертвой, после церемонии приходится платить дорогую цену. Поэтому я не хотела усложнять ситуацию.

– Понимаю. – Она защищает сердце, даже от дружеского сопереживания. Ильриту следовало бы взять с нее пример.

Лусия ведет пальцем вверх над моим боком и останавливается, добравшись до плеча, где ночью прикусывал и посасывал кожу Ильрит. По телу пробегает дрожь. Ее молчание говорит само за себя. Она наверняка знает, чувствует на мне его прикосновения.

– Ты поранилась?

– Да, наверное, – бормочу я. – Должно быть, на что-то наткнулась. Я еще до конца не привыкла все время передвигаться вплавь.

– Бывает. – Лусия оставляет эту тему.

Однако в голове звенят тревожные колокольчики.

«Она знает».

Тридцать два

Навязчивое беспокойство, поселившееся внутри после ухода Лусии, мгновенно исчезает с появлением Ильрита. Все это время я напряженно гадала, не решится ли она рассказать Вентрису о своем открытии или просто поделиться подозрениями в отношении нас с Ильритом. Логика подсказывает: она никак не могла узнать, что синяк оставил именно Ильрит, но, насколько я уже поняла, магия не подчиняется никакой логике.

Но вот вопрос: если бы Лусия узнала точно и сумела это доказать, выдала бы она собственного брата? Хотелось бы верить, что нет, но трудно утверждать наверняка. Лусия верна древним обычаям и вполне может сообщить обо всем Вентрису, чтобы защитить брата и разлучить нас прежде, чем мы зайдем слишком далеко.

Ильрит появляется из тени туннеля в сопровождении двух воинов. Они просто плывут чуть позади, никоим образом не ограничивая его передвижения. Кажется, все нормально.

При одном лишь взгляде на него внутри все сладко сжимается. Я вспоминаю, как он проводил пальцами по контурам моего тела, избавляя меня от многолетней боли. Яркие фантазии вспыхивают с новой силой, но теперь, после общения с Лусией, они кажутся еще более опасными, чем прежде. Почти смертоносными.

– Доброе утро, Виктория, – вежливо здоровается он.

– Доброе утро, Ильрит.

Охваченная неловкостью, провожу руками по обернутой вокруг бедер ткани, которую Лусия принесла взамен исчезнувшей одежды. Никогда еще я так остро не ощущала присутствие посторонних. Двое воинов здесь явно лишние. Не будь их, как бы герцог меня поприветствовал?

– Надеюсь, ты хорошо спала?

– Да, – киваю я и мысленно заканчиваю фразу: «Но спала бы лучше, если бы ты остался со мной на всю ночь». – А ты?

– Конечно. В герцогстве Веры замечательные удобства.

Он и в самом деле так считает? Или намекает на прошлую ночь?

– Хорошо, я рада. – Никогда не отличалась особой склонностью к научным изысканиям, но отчего-то сейчас меня тянет искать скрытый смысл в каждой фразе.

– Тебе идет наряд сирены. – Ильрит окидывает меня взглядом, в котором ясно читаются его намерения. Я быстро кошусь на воинов; кажется, они ничего не замечают. – Прекрасно выглядишь.

Подозреваю, у сирен непросто отыскать портного, способного сшить что-нибудь для человека, а посему повязка вокруг бедер едва прикрывает половые органы. Судя по тому, как потоки воды омывают ягодицы, сзади так же остается мало простора для воображения. Тем не менее набедренная ткань подчеркивает разноцветные узоры на ногах. Наверное, в этом и есть смысл.

Вместо корсета мне выдали короткий жилет, едва прикрывающий ребра, который завязывается лентой на груди. Мне он особой уверенности не внушает. Одно неверное движение во время плавания, и я вполне могу остаться топлес… Может, воспользоваться этим, когда мы с Ильритом в следующий раз отправимся куда-нибудь одни?

– Благодарю. – Прекращаю осмотр собственной одежды. – Как и ты.

Вокруг бедер Ильрита тоже обернут кусок ткани. Странное зрелище, ведь обычно он не носит ничего, но этот наряд красиво облегает хвост.

– Сегодня мы отправимся в одно место, поэтому пришлось одеться соответствующим образом, – с улыбкой поясняет герцог. Да, он упоминал об этом вчера вечером, однако планы вполне могли поменяться.