Элис Кова – Дуэт с герцогом сирен (страница 53)

– Я сказал, отпусти ее! – рычит Ильрит.

– Я сама могу говорить за себя, – резко напоминаю обоим и вырываю запястье из хватки Вентриса, отчего он вновь возвращает внимание ко мне. Слегка прищурившись, смотрю прямо на него, вкладывая в этот взгляд все неодобрение, на которое способна. – Я жертва, уже частично помазанная для лорда Крокана, поэтому давайте обойдемся без грубостей. Уважайте мою разрывающуюся связь с этим миром. Теперь я понимаю, как работают путевые бассейны, и пойду добровольно.

Странно выказывать власть, которая дана лишь потому, что меня скоро принесут в жертву. Однако в данный момент это неважно. Я – подношение для лорда Крокана и призвана положить конец ужасным временам, которые переживает сейчас Вечноморе, поэтому имею право требовать уважения к своему статусу.

Вода вокруг успокаивается. Теперь все воины сосредоточены исключительно на нас двоих. Краем глаза замечаю, что даже Ильрит от удивления приоткрыл губы. Интересно, кто-нибудь разговаривал так раньше с Вентрисом? Сомневаюсь, поскольку он явно слишком много о себе мнит. И поэтому мне хочется проверить, где заканчиваются для меня границы дозволенного.

– Очень хорошо, ваша святость. – Он прижимает руку к груди и слегка склоняет голову. – Тогда, прошу, следуйте за мной.

Оглядываюсь на Ильрита. Он едва заметно кивает. Тот факт, что я прислушиваюсь к мнению другого герцога, Вентрису явно не по душе, и пусть он старается не хмуриться, между бровями все равно залегает мор щинка.

– Как пожелаете. – Напускаю на себя важный вид, который наблюдала у лордов и леди на приемах Кевхана Эпплгейта. – Ведите, ваша светлость.

Вентрис подается вперед, вторгаясь в мое личное пространство, и Ильрит становится все более мрачным и напряженным.

– Вы недавно в нашем мире, поэтому ничего не знаете, – начинает герцог Веры, адресуя слова исключительно мне. – Вы отмечены древними богами как высшая святыня и заслуживаете почитания, но я не потерплю неуважения, особенно со стороны человека. Ведите себя со мной подобающим образом.

– Посмотрим, Вентрис, – с легким прищуром отвечаю я, намеренно избегая его титулов, и это приносит желаемый эффект.

Развернувшись на месте, Вентрис устремляется вниз. Я следую за ним, радуясь, что Ильрит никогда не подстраивался под меня во время наших совместных передвижений. Благодаря этому теперь я плаваю быстрее и увереннее, мне больше не приходится тащиться позади, пытаясь догнать сирен. За недели, проведенные в Вечноморе, я стала двигаться в воде совсем иначе.

Ильрит и воины плывут за мной. Оборачиваюсь через плечо и снова ловлю взгляд герцога. В нем читается беспокойство и… печаль?

– Все будет хорошо, – осмеливаюсь сказать ему, надеясь, что никто из остальных не услышит – у меня ведь есть кулон, и я достаточно практиковалась.

– Больше не заговаривай со мной, пока я к тебе не обращусь, – твердо предупреждает Ильрит. Звучит почти грубо, однако в его словах сквозит беспокойство. Он пытается меня защитить. Я чувствую это в песне, которая громче, чем прежде, рокочет у меня внутри.

Едва заметно киваю и вновь принимаюсь смотреть вперед, готовясь к тому, что ждет меня по ту сторону путевого бассейна.

Двадцать пять

Ныряю в бассейн, погружаясь в ночь и звездный свет, потом всплываю уже в новом месте. Кажется, я начинаю привыкать к такому способу путешествий, поскольку с каждым разом все меньше теряюсь после перехода.

Я выныриваю из путевого бассейна в центре полного жизни подводного сада, окруженного каменными стенами, к которым крепится решетчатый купол, отчего все сооружение напоминает птичью клетку. Отзвуки, крупнее тех, что Ильрит магическим образом растил во впадине, заливают внутреннее пространство бледным светом, защищая его от красной гнили, которую переносят течения за пределами клетки. Под призрачные деревья здесь отведены клумбы мохообразных водорослей, усеянные камнями и кораллами, которым придали вид завитков и геометрических фигур, и обрамленные мягко покачивающимися морскими веерами.

Вентрис, заложив руки за спину, зависает над одним из отзвуков в ожидании появления всех остальных.

– Герцога отведите в комнаты суда, там он будет дожидаться следующего пения Хора, – велит он стражникам.

Ильрит, все такой же хмурый, даже не пытается возражать. Да, самообладания у него гораздо больше, чем у меня, поскольку я, не сдержавшись, выпаливаю:

– Вы не отправите его в тюрьму!

Вентрис моргает, удивленно глядя на меня.

– В тюрьму?

– Такое место, где люди запирают себе подобных в клетках, – поясняет Ильрит.

– О, благодарю. Твои безграничные знания о людях не перестают поражать. – Судя по тону, сам Вентрис не особо поразился. Он поворачивается ко мне. – Ваша святость, в Вечноморе нет тюрем. Мы не сажаем сирен в клетки, как зверей.

– Нет? – Подобные идеи кажутся мне странными.

– Нет. Герцогу Ильриту обеспечат все удобства, подобающие его положению. Он просто подождет здесь собрания Хора, который обсудит, каким образом ему предстоит искупить свои преступления.

– Не было никаких преступлений. Это я побудила… заставила его уйти.

Несправедливо, что Ильриту придется отвечать за мои ошибки. Однажды из-за меня уже пострадали родные. Не позволю, чтобы с ним повторилось то же самое.

– Это решит Хор. Я не вмешиваюсь в обычаи вашего народа, поэтому не нужно оспаривать те, что приняты здесь, – холодным, как ночное море, тоном замечает Вентрис.

– Не беспокойся, Виктория, – привлекает мое внимание Ильрит и, глядя мне в глаза, едва заметно улыбается. Меня это мало успокаивает, поскольку его до сих пор окружает целая толпа стражников. Неужели для его усмирения требуется так много сирен? Он ведь даже не вооружен. – Со мной все будет хорошо. Скоро увидимся.

Его непринужденность совсем не вяжется с предупреждением, которое он озвучил несколько минут назад. Ильрит выглядит расслабленным и спокойным. Но я знаю, как обманчива бывает внешность. Он ведь герцог, а значит, так же, как и я, прекрасно умеет прятать истинные чувства.

– Очень хорошо, – киваю я. – С нетерпением буду ждать встречи, – добавляю специально для Вентриса. Пусть не сомневается, что, если с моим герцогом случится что-нибудь плохое, я не стану спокойно сидеть сложа руки.

Ильрита уводят. К счастью, стражники к нему даже не прикасаются. И сам он держится непринужденно, по крайней мере, внешне.

– А теперь, Виктория, следуйте за мной, – велит Вентрис.

– Предпочитаю «ваша святость», – холодно бросаю я, не желая между нами никакой фамильярности. Этот герцог мне неприятен, а я уже давно научилась доверять собственной интуиции.

На лице Вентриса не отражается никаких эмоций.

– Конечно, ваша святость. Я провожу вас в ваши покои, где мы продолжим помазание и приготовления. Нам еще многое предстоит сделать, чтобы человек хоть отчасти стал достоин явиться пред очи древнего бога.

– Похоже, вы испытываете странное презрение к человеку, которому предстоит стать жертвой во имя вашего народа.

Вентрис подается вперед, недовольно поджимая губы.

– Если бы я был рядом в ту ночь, когда герцог Ильрит заявил на вас права, ваше тело никогда бы не украсили знаки подношения лорда Крокана. Если бы выбор зависел только от меня, я бы лично доплыл до вашего унылого, лишенного магии мира и собственноручно стер узоры, пока не стало слишком поздно. Однако когда речь зашла об этом маленьком эксперименте, я оказался в меньшинстве.

– Вы бы предпочли принести в жертву кого-то из своих подданных? – Неужели, по его мнению, это лучшая альтернатива?

– Отдать жизнь лорду Крокану во имя древних богов – огромная честь и счастье, но я сомневаюсь, что вы это понимаете. – В этом Вентрис прав. Для меня, определенно, это не благо, а скорее проклятие. – Но дело сделано. Надеюсь только, что рискованная затея Ильрита не заставит лорда Крокана разгневаться еще сильнее.

– Не заставит, – клянусь я, настроенная теперь как никогда решительно.

Вентрис напоминает мне всех тех мужчин, которые твердили, будто я не стану хорошим капитаном корабля, поскольку слишком молода, полна эмоций, недостаточно жестока или слишком аморальна, поскольку нарушила клятву.

– А теперь не соблаговолите ли последовать за мной, – сухо, сдержанно произносит он, хотя сама фраза звучит довольно вежливо. Впрочем, у меня в любом случае нет особого выбора в данном вопросе.

В последний раз оглядываюсь через плечо на туннель, куда увели Ильрита. И он, и стражники давно скрылись из виду, поэтому мне остается лишь последовать за Вентрисом в противоположном направлении. Никогда бы не подумала, что захочу искать защиты у мужчины, избравшего меня в качестве жертвы.

– Где мы? – Нужно выяснить как можно больше о новых обстоятельствах, в которых я оказалась, хотя потом все, что он мне скажет, в любом случае стоит уточнить у Ильрита.

– В залах песни – древнейших строениях наших предков, лежащих в самом сердце Вечноморя, неподалеку от подножия Древа жизни, на краю Бездны лорда Крокана.

Помню, только попав сюда, я заметила вдалеке замок. Наверное, в нем я сейчас и нахожусь.

– И куда вы меня ведете?

– В комнату подношения.

– У меня есть целая комната? – поднимаю я брови.

– Не опережай события, человек.

– Похоже, вы так сильно почитаете Крокана, что часто выказываете неуважение по отношению к его жертвам. – Конечно, постоянное напоминание о неминуемой кончине не доставляет особой радости, но я уже начинаю привыкать. Главное, мои слова лишь усиливают досаду Вентриса, а ради такого удовольствия я готова потерпеть.