Элис Айт – Жена тёмного бога (страница 39)

Я понимала, что она сейчас накатит вновь и будет раза в два мощнее. Но пару мгновений для себя я все же выиграла.

Собрав энергию, я выставила вперед руку и направила свет через нее. Из моей ладони теперь бил луч настолько горячий, что, когда он мазнул по стене, там остался черный след. Сама я при этом не ощущала ничего, даже тепла, и торопливо перевела луч на запястье Руна, который уже пришел в себя и вновь зажег символы на посохе.

Рукав рубашки полыхнул огнем. Королевский маг вскрикнул – и выронил посох.

Едва тот выскочил из его рук, свечение прекратилось, а уже почти осязаемая волна магии схлынула, словно и не было ее никогда. Палка с гулким ударом упала на пол и откатилась куда-то, но меня она больше не беспокоила. Теперь это был просто кусок металла. А вот Рун еще мог принести неприятности.

Я продолжала направлять энергию на него, переместив луч к груди мага. Он закричал и принялся разрывать занимающуюся огнем одежду. «Плащ» яростно искрил, наверняка рассеивая значительную часть звездного света, но не мог справиться с такой мощью.

– Хватит! – истошно заорал Рун. – Я принимаю ваши условия!

– Поздно, – прошептала я.

В этот миг он вспыхнул. Крик был настолько громким, пронзительным и страшным, что разбудил бы все поместье, не лежи на том заклятье крепкого сна. Этот предсмертный вопль заставил дрогнуть мое сердце, и я в тот же миг закрыла «канал», отрезав себя от божественной силы.

Рун занялся огнем ярко и усердно, как вязанка хвороста. Люди так не горят. Может быть, это было связано с каким-то из его амулетов, но, к счастью, это продолжалось недолго. Всего пара ударов сердца – и горящее тело, смолкнув, повалилось на пол.

Поскольку горение продолжалось, хоть и слабое, Аштар схватил с бывшей кровати Нисы покрывало и захлопал по язычкам пламени, норовившим разбежаться и лизнуть что-нибудь из мебели. Я оцепенело стояла рядом и старалась не дышать.

Вряд ли тошнотворно сладкий запах подпаленного человеческого мяса покинет меня хоть когда-нибудь.

Когда дроу потушил последние искры и поднялся, на полу оставалась лишь бесформенная куча пепла с ошметками тканей и грудой металлических украшений. Изо всех амулетов и артефактов Руна расплавилась еле-еле пара штук, а остальные даже не почернели. Аштар так бодро размахивал покрывалом, что добрая половина пепла витала в воздухе. Я слишком резко вдохнула его, пытаясь прийти в себя, и, чтобы не закашляться, судорожно сглотнула образовавшуюся в горле сухую горечь.

Осознание ударило по виску обухом топора.

Это же пепел Руна.

Я оперлась на изножье кровати, чтобы не зашататься и не упасть. «О боги… – стучал в голове обрывок мысли. – О боги…»

Наложенное королевским магом заклятье с его смертью начало спадать. Под ногами раздался шорох – Шалла и Шелла сели на полу и оглядывались с таким видом, как будто их перед этим хорошенько огрели по голове. Диса шевельнулась и тоже приподнялась на локте.

– А? – сонно спросила она.

Я стремительно простерла над ней руку и прочитала короткое заклинание. Час крепкого сна для девочки за один бессонный для меня – справедливый обмен. Диса широко зевнула, повернулась на другой бок и сладко засопела.

Аштар помог сестрам-дроу встать.

– Что произошло? – потрясенно выдохнула одна из них.

Аштар коротко объяснил им и тихо уточнил:

– Как вы себя чувствуете?

– Целы, – виновато ответила вторая. – Но со взятой на себя задачей мы не справились. Простите нас, божественная госпожа.

– Не вините себя, – я покачала головой. – Королевский маг мало кому в мире по зубам. Но вы очень поможете, если в ближайший час, пока моя племянница под заклятием сна, уберете из комнаты все свидетельства того, что в ней случилось что-то нехорошее. Диса только-только счастливо вернулась к нам. Во время одного нападения ее разум уже помутился. Нельзя допускать, чтобы это произошло второй раз. Она не должна ничего знать, поэтому никакого нападения не было. Если кто-то из домашней стражи сболтнет при ней, что этой ночью заснул из-за чужих чар, ему хорошенько врежьте, а девочке скажите, что это я разучивала новое заклинание и не рассчитала силу. Пусть Диса чувствует себя в доме спокойно и уверенно – хватит с нее ночных кошмаров.

– Да, божественная госпожа, – хором прошептали сестры.

В коридоре уже раздавался шум от охранников, которые в растерянности возвращались на свои посты и спрашивали друг у друга, что происходит. Аштар оглянулся на меня и вышел из спальни, чтобы раздать воинам приказы. Я помедлила несколько мгновений, наблюдая за крепко спящей Дисой, и тоже покинула комнату.

Прошедший через тело мощный поток энергии меня опустошил. Я едва держалась на ногах и с трудом добралась до собственной спальни, обессиленно рухнув на постель. Оставался еще час сна, прежде чем пора будет вставать и собираться в полет на драконе. Час, который я отдала Дисе.

Аштар быстро разрешил дела со стражей и вернулся ко мне. Он сел рядом, обнимая меня, и я сразу прильнула к нему как можно теснее.

В горле все еще першило от пепла. Меня трясло.

– Тише, тише, Мэль, – он гладил меня, успокаивая, но мои выкрутасы с магией задели и его. Он часто моргал, чувствительные к свету глаза дроу после той яростной вспышки слезились. – Мы вновь победили.

– Победы всегда ощущаются так паршиво? – горько спросила я.

Мне доводилось убивать и раньше, и я никогда не испытывала терзаний совести. Да и сейчас, впрочем, тоже. Рун убил бы нас, не моргнув. Он не стоил того, чтобы о нем жалеть. Но как я это сделала…

Эту мощь невозможно было остановить. И самое главное, что она не требовала платы. Я чувствовала себя точно так же, как когда Аштар водил передо мной фиалом с водой из Источника жизни. Только в тот момент перспективы соблазняли, а теперь ужасали. Если бы я хоть чуть-чуть промахнулась с тем лучом или медленнее сообразила, как сконцентрировать силу, в пепел превратился бы не только Рун, а все, кто находился в комнате. И Диса, и Аштар. Все, кого я любила и считала семьей.

Я была в полушаге от того, чтобы своими руками всё уничтожить.

– Да, – тихо ответил он. – Поэтому я и хочу, чтобы войн между Берзаном и Сенавией больше не было. То, что ты сделала… Это были силы Аннатэ, верно?

Я кивнула.

– Теперь понимаю, почему ты не хотел, чтобы я к ним обращалась.

– Иногда нет выбора, – Аштар вздохнул и крепче прижал меня к себе. – Мэль, в Эсаргосе мне тоже придется ими воспользоваться. Ты будешь нужна мне там, рядом, чтобы я не натворил во время этого чудовищных ошибок.

– Конечно. Я прослежу.

В его просьбе не было слабости – я только что на собственном опыте выяснила, как легко и в то же время невероятно сложно окунуться в силу богов.

– А ты проследи за мной, – добавила я.

– Обязательно, – он нежно поцеловал меня в щеку. – Я бы с удовольствием полежал с тобой еще немного, но мне пора идти. Я и так уже опаздываю.

– Да-да, марид и переправка войска, помню, – тоскливо вздохнула я, и Аштар опять меня поцеловал.

– Попробуй поспать немного.

– Угу, – промычала я, решив не говорить, что это уже никак не получится.

Не хотелось, чтобы он за меня волновался.

Ласково погладив на прощание, дроу ушел. Я осталась одна в темной комнате, лежа под покрывалом со все еще колотящимся сердцем и вкусом сожженного Руна на языке.

И почему-то казалось, что я слышу в тихом шелесте ветра за окном звуки сыплющегося пепла.

Глава 22

Шорох пепла преследовал меня до самого утра, а стоило хотя бы на миг смежить веки, как под ними появлялось изображение горящего Руна, будто отпечатанное прямо на глазах. Мне удалось поспать где-то около часа – и все это время во сне передо мной горел, извиваясь и крича, королевский маг.

Встав, я позавтракала остатками вчерашней пахлавы, три раза почистила зубы, два раза прополоскала рот ароматической водой и переполошила сонных слуг просьбами зажечь благовония.

Ни вкус пепла с языка, ни запах горящей плоти никуда не исчезли.

Я продолжала их ощущать, даже когда покинула поместье. Мы отправлялись в Эсаргос рано утром из дворца, поэтому переживать из-за ночного происшествия все равно было некогда. Я убедилась, что племянница выспалась, ничего не заподозрила, поцеловала ее в макушку, пообещала, что мы с Аштаром скоро вернемся, и покинула дом.

Диса смотрела мне вслед с легкой растерянностью, хотя мы еще вчера предупредили ее, что уедем. Бедная, бедная девочка… У меня не было сил на то, чтобы отдать Кидату все необходимые распоряжения на тот случай, если мы с Аштаром сгинем в столице, но я надеялась, что управляющий во всем разберется сам и заодно позаботится о Дисе.

 Этот дом не рухнул, когда перебили почти всех его хозяев. Он продержался, и когда я исчезла, обвиненная в государственной измене. Выстоит и сейчас. Как бы грустно это ни звучало, но Кидату не привыкать поднимать хозяйство из руин, а сейчас у рода ан-Сафат к тому же появилась надежда в лице Дисы.

У девочки есть стержень внутри. Она станет прекрасной новой главой рода.

Прохлада раннего утра немного меня освежила, и во дворец я прибыла на удивление бодрой. Правда, похоже, что так казалось одной мне. Встретив нас во внутреннем дворе, Элай внимательно посмотрел на меня, потом на Аштара, у которого после моей неаккуратной вспышки ночью продолжали ужасно слезиться глаза, и сказал: