Элис Айт – Пончик для Пирожочка Автор: Элис Айт (страница 45)

Но Ардан не шевелился, лишь крепко сжимал набалдашник трости, а в окне проносились знакомые места – кучер не уклонялся от дороги и вез нас прямиком ко мне домой. Да и разве я сегодня не получила подтверждение тому, что граф давно на меня засматривается? Все поняли это уже давно, а я только обратила внимание, как он глядит на меня, считая, что я этого не вижу, и взгляд его в этот момент становится далеким и туманным.

– Ардан, – тихо позвала я.

– М?

– Говорят, ты уедешь из Шенберри в столицу, как только разберешься с долгами, и останешься там. Будто бы тебе нечего здесь делать и ты быстро заскучаешь в нашей глуши.

– Это ложь, – достаточно резко ответил он.

– В самом деле?

Я не пыталась скрыть недоверие. Сегодня на кухне граф хватался за любую работу и был готов чуть ли не на потолок лезть. Даже слепой заметил бы, что Ардан начал маяться от безделья, а для человека вроде него это сродни пытке.

Он медленно вдохнул и выдохнул.

– Ладно, зерно правды в этом есть. Мне нужно съездить в столицу, но лишь затем, чтобы не остаться на всю жизнь калекой, потому что только там есть целители, способные исправить мою ногу. И мне действительно не нравится сидеть в родном дворце, плюя в потолок, а других занятий, пока не найдутся деньги на ремонт, там нет. Я не собираюсь бросать «Сладкое волшебство» – это раз. И два – я намерен порвать с войной навсегда. Уверен, для меня отыщется какое-нибудь мирное занятие.

– Будешь печь булочки?

Ардан усмехнулся.

– Ну, не настолько. Может быть, все же обучусь инженерному делу, о котором мечтал в юности, – он кивком указал на чертежи, выбившиеся из папки, которая лежала рядом с ним на сиденье. – Буду, например, магпечки зачаровывать. Плохое занятие для Черной Смерти? Таким меня уже нельзя будет уважать?

– Ну что за глупые вопросы? – нахмурилась я. – Если ты забыл, это я тебя с утра загружала «неподобающим» мытьем посуды. И я же не спрашиваю, а не стыдно ли графу прогуливаться с простолюдинкой, которая пока еще даже поваром назвать себя не может.

Уголки его губ приподнялись.

– Справедливо. И нет, кстати, совершенно не стыдно. Никогда не испытывал большой тяги к людям своего круга. Но моя нога… – он опять посерьезнел. – Если с Фейманом что-то пойдет не так и мне придется расстаться с поместьем, то я застряну здесь. Навсегда останусь хромым, с пустым кошельком.

– И что, ты каким-то образом станешь от этого хуже? – спросила я, глядя ему в глаза.

Ардан как будто бы хотел что-то добавить или возразить, но вдруг улыбнулся и просто смотрел на меня потеплевшим взглядом.

– Жаль, я встретил тебя только сейчас, – едва слышно произнес он.

Я растерялась, как на это отреагировать, да и если бы знала, то все равно не успела бы. Карета остановилась, и снаружи раздался голос кучера:

– Приехали, ваше сиятельство!

В окне в самом деле виднелся мой дом. Граф сам распахнул дверь, ловко, невзирая на больное колено, спрыгнул на землю и подал мне руку.

– Прошу, леди, вы доставлены домой в целости и сохранности, – веселым, будто помолодевшим голосом объявил он.

Я смущенно протянула ладонь и невольно ахнула, когда Ардан внезапно коснулся ее теплыми губами, словно перед ним в самом деле находилась высокоблагородная дама. А потом, рассмеявшись, он подхватил меня за талию и поставил рядом с собой.

– Не уверен, что завтра у меня получится заехать в «Сладкое волшебство», но послезавтра мы точно встретимся, – заверил Ардан, возвращаясь в карету.

– Я буду ждать сколько угодно, – прошептала я, провожая его взглядом.

Глава 31. Ардан

Утром я стоял напротив трехэтажного кирпичного здания и смотрел на вывеску «Древние чудеса Соммера Пелтуса».

Соммер Пелтус был одним из главных кредиторов отца, хотя я ни разу раньше не слышал этого имени. В записях Харвела значилось, что Пелтус, сын старьевщика, перенявший его дело, разбогател и гордо именовал свою лавку антикварной. В действительности это был мошенник, который пристраивал подделки, выдавая их за старинные шедевры. Однако доказать это пока никому не удалось, поэтому Пелтус процветал – ему принадлежал весь дом, на первом этаже которого разместилась антикварная лавка.

Лично с этим человеком я никогда не встречался. Как и Уллес Мартингейл, он присылал вместо себя управляющего делами, отговариваясь постоянной занятостью. С одной стороны, у меня и не было необходимости его видеть – долговые «битвы» решались с помощью бумаг и через юристов. С другой – покопавшись в документах, внимательно их прочитав и опросив надежных слуг, я отчетливо понимал, что в истории с этим Пелтусом и моим отцом что-то не так.

Не было никаких гарантий, что у меня получится чего-то добиться при личной встрече. Меня вряд ли захотят видеть, а закон полностью на стороне старьевщика – вернее, торговца коллекционными предметами искусства, как значилось на табличке. Я рисковал нажить себе проблем вместо того, чтобы улучшить свое положение.

Но еще я был неплохим солдатом, который пять лет выживал в джунглях, невзирая на кучу попыток танджанийцев от меня избавиться. Я умел оценивать риски и импровизировать, а разговор с Нессой вчера здорово меня вдохновил.

Эта девушка… Ради нее стоило бороться.

Уверенным шагом я вошел в антикварную лавку и огляделся. Повсюду стояла нагроможденная друг на друга старинная мебель, угрожающе нависали комплекты латных доспехов, живописные картины загораживали одна другую, в витрине поблескивали старинные золотые и серебряные монеты.

Охраняли это богатство два вышибалы наподобие тех, что сопровождали заявившегося ко мне домой юриста. Ребята недалеко от входа без азарта перекидывались в карты. Я окинул их взглядом, на всякий случай проверил, как вокруг с магической защитой, и убедился, что помех для меня не будет.

В том, что в Коруэлле катастрофическая нехватка магов, оказывается, может быть что-то хорошее.

В углу скучал сухонький низкорослый мужчина лет пятидесяти в слегка потертом, но еще приличном камзоле. Определив во мне состоятельного посетителя, человечек обрадовался и заспешил навстречу.

Я, впрочем, глянул на него равнодушно. Это не мог быть владелец лавки.

– Здравствуйте. Мне нужно увидеть хозяина.

Человечек сразу напрягся.

– Он не принимает без записи. Вы записаны?

– Просто скажите мне, где он.

Два бугая, почуяв неладное, поднялись из-за стола. Я взмахнул рукой и без труда усадил их обратно, опутав воздушными потоками и заодно заткнув им рты. Только по округлившимся глазам, покрасневшим от натуги лицам и вздувшимся жилам можно было понять, что амбалы несколько удивлены произошедшим.

Человечек побледнел.

– Отведите меня, пожалуйста, к хозяину, – вежливо повторил я.

– Д-да, – проблеял он.

Рабочий кабинет располагался здесь же – оказалось, что достаточно дойти до крайней стены, и становилась видна загороженная старинным шкафом дверь. Обставлено помещение было схожим образом, разве что поаккуратнее. И предметы искусства, как я подозревал, здесь находились по-настоящему ценные, в отличие от хлама в основном зале.

Соммер Пелтус – полноватый мужчина лет сорока с проплешиной на макушке – что-то сосредоточенно писал и поднял взгляд от бумаги не сразу, а увидев меня, раздраженно бросил своему помощнику:

– Целлен, этого человека нет в списке. Я разве непонятно объяснял?..

Я улыбнулся, захлопнул дверь прямо перед носом у бледного человечка, оставив его снаружи, прошел к Пелтусу и нахально уселся в кожаное кресло перед столом. Хозяин начал багроветь.

– Кто вы такой и что себе позволяете?

– Хорошо подумайте, – предложил я и опять внимательно осмотрелся в поисках следов магии.

Защита стояла на некоторых предметах мебели и украшениях, а также аляписто висела на стене, подсказывая, где секретная панель. За ней, видимо, скрывался тайник с деньгами или драгоценностями, но мне это было не интересно. Никакого зачарованного оружия или ловушек, которые могли бы причинить мне вред, поблизости не обнаружилось.

Грудь Пелтуса высоко поднялась – похоже, он собрался заорать и позвать на помощь бугаев, однако спустя секунду до него что-то дошло, потому что он резко выдохнул и, сузив глаза до щелочек, уставился на меня.

– Что вы сделали с моей охраной?

– Они живы и целы, всего лишь не могут двигаться. Если вы честно ответите на мои вопросы, ваши люди и вы сами не пострадаете, а я уйду и больше никогда не напомню о себе.

Хозяин антикварной лавки еще несколько мгновений пристально смотрел на меня.

– Вы граф Ардан Райатт, сын покойного Лирелла Райатта, – утвердительно произнес он.

– Вы наверняка слышали, какое прозвище мне дали в Танджании.

– Черная Смерть. Только здесь не колонии, граф. Даже аристократы в Шенберри подчиняются законам, и если вы хоть что-то сделаете…

– …то выйду из воды сухим, как это много раз получалось у вас, – перебил я. – Как вы думаете, на чью сторону встанет закон – мошенника и фальсификатора, который уже несколько раз чуть не попался на грязных делишках, или офицера, героя войны, который получал награду из рук короля и распивал с ним утренний чай? Вы в курсе, что меня приглашают занять место в Королевском совете, потому что аристократов с настолько высоким титулом и опытом настоящих боев в Коруэлле – раз-два и обчелся? Еще раз попрошу хорошо обдумать все, что вы будете дальше мне говорить. Чем быстрее и чем честнее вы мне обо всем расскажете, тем безболезненнее мы расстанемся.