Элис Айт – Пончик для Пирожочка Автор: Элис Айт (страница 17)

– К чему? – растерялся я.

– Ну пончики… Такие круглые жареные пирожки, часто с дыркой в середине, их посыпают сахарной пудрой или поливают глазурью, а внутри у них часто сладкая начинка. Очень вкусные!

– Я знаю, что такое пончики, – перебил я, потому что девчонка явно могла распространяться насчет них еще долго. – Никогда их не пробовал.

Она уставилась на меня с таким видом, будто увидела перед собой человека с двумя головами и шестью руками.

– Это же лучшее лакомство на свете, – благоговейно прошептала Несса. – Хотите попробовать? Правда, у меня вчерашние. Свежие, конечно, гораздо лучше, только у меня с утра не было времени напечь. Я брала для нас с Минни, но раз уж она бросила меня тут одну, то явно не обидится, что я поделюсь ее порцией с вами.

Она принялась снова переворачивать содержимое сумки, пока не вытащила оттуда достаточно большой сверток, весь пропитанный маслом. Библиотека сразу заполнилась сладкими ароматами, которые не появлялись в ней, наверное, лет двадцать, с тех самых пор как я перестал сюда наведываться и жевать бутерброды за чтением книжек.

– Держите! – радостно провозгласила девчонка, протягивая мне маленький, величиной с ее ладошку, пончик.

Признаться, я обомлел. Большинство прислуги при мне шептало и боялось шевельнуться. Вильма была исключением, и я ей это прощал, потому что женщина уже старая, да и знает меня как облупленного. Но чтобы вот так кто-то из простолюдинов протягивал мне помятую, взятую из дома еду с предложением угоститься…

Я растерялся, как отреагировать. В моем боевом отряде это было абсолютно естественно, но и отношения у нас царили совсем другие – когда месишь с человеком одну и ту же грязь на протяжении нескольких лет, спишь бок к боку и жуешь один сухарь на двоих, о титулах уже не задумываешься. Но здесь, в Шенберри, все иначе.

С другой стороны, я никогда не считал себя ханжой. Да и разве не я довел только что бедняжку до обморока? Наверное, можно ей тоже простить бесцеремонность. Тем более что девчонка предлагала пончик совершенно искренне, без задней мысли и всякого жеманства.

Последнее меня и подкупило больше всего. Да и вообще этим огромным глазам сложно было что-то не простить.

Но протянуть руку я не успел. Несса вдруг ойкнула и убрала пончик.

– Простите, совсем забыла, что мы по холоду сюда ехали и он успел остыть. Теплым его гораздо лучше пробовать.

Она закрыла глаза и подержала ладошку над лакомством. Пухлые губы слегка зашевелились, опять меня гипнотизируя. Прямо впору задумываться, что здесь слаще – сама девчонка или сдоба у нее в руках.

– Готово! – Несса, сверкая, как начищенный чайник, вновь подала мне пончик.

Я неуверенно принял угощение, разглядывая его со всех сторон. Пончик как пончик. С утра он, наверное, был посыпан сахарной пудрой, но она уже успела растаять.

– Так ты, получается, маг? – спросил я, оттягивая время.

Вроде как выпечка опасной не выглядела, но выработанные в Танджании инстинкты брали свое.

– Ага, – бодро согласилась девчонка. – Слабенький, правда. Это одна из причин, почему я пошла специализироваться в кулинарной магии. Большого выбора у нас тут не было.

Оторвавшись от созерцания пончика, я еще раз окинул гостью взглядом.

Ну, насчет выбора она явно преувеличила. Маги-универсалы высоко ценились на войне, особенно среди разведчиков. Даже слабые, потому что диапазон возможностей, которые они могли использовать, был гораздо шире, чем у их узкоспециализированных, пусть и более сильных товарищей. Я уже хотел сказать об этом Нессе, но представил ее в Танджании…

И промолчал. От картинки, нарисованной в уме, пробрало дрожью. Одаренных женщин в армию брали охотно – магия уравнивала их с большинством даже самых сильных мужчин, которые не умели колдовать. К счастью, пока что обязательный призыв среди волшебниц не проводился, и в Танджанию ехали лишь добровольцы. Только гибли чародейки ничуть не реже, чем волшебники. Те же, что выживали, зачастую переставали быть женщинами, а в отдельных случаях и вовсе теряли человеческий облик.

Я для того пять лет и тонул в болотах, изнывал от жары в джунглях, страдал от укусов гнуса и постоянных атак шаманов, чтобы вот такие невинные девочки, как Несса, могли у себя дома наслаждаться благами цивилизации и не думать об ужасах войны. Потому что если с восстанием в Танджании не справимся мы, мужчины, то королевство закинет в мясорубку и подобных Нессе. Слухи об обязательном призыве для всех магов, любого пола и возраста, ходили уже давно.

– А каковы другие причины? – спросил я, на сей раз уже не оттягивая время, а пытаясь отвлечься от тяжелых мыслей.

– Любовь к готовке! – бойко сообщила девчонка.

Логично. Зачем бы еще универсалу идти на «помоечную» специальность, как за глаза называли кулинарную магию другие студенты? Парни избегали ее как огня, да и девочки туда попадали самые бестолковые. Несса такой вроде бы не выглядела.

Я еще раз посмотрел на пончик в своих пальцах.

Ну же, Ардан. Что ведешь себя, как какой-то новобранец? В этой штуковине нет ни яда змеи мвабане, ни медленно убивающего сока листьев каваджи.

Медленно поднеся руку ко рту, я откусил кусочек теста.

Вообще-то это было неплохо. Сладко, но благодаря легкой кислинке варенья не приторно. Хотя пирожок явно обжаривался в масле, он получился скорее нежным, чем жирным. И на удивление не зачерствел, хотя девчонка сказала, что пекла еще вчера. Я вообще не ожидал, что кусок жаренного в масле теста может быть таким вкусным.

– Мне нравится, – наконец вынес вердикт я.

Несса, внимательно всматривавшаяся в мое лицо, с заметным облегчением выдохнула.

– Я знаю около десятка рецептов пончиков из пяти стран, но все это обычные сладости. А я хотела бы печь в «Сладком волшебстве» волшебные пончики, – призналась она. – Только у нас закончились магические ингредиенты, а мои первые эксперименты, к сожалению, большого толка не дали, поэтому шеф отказался вводить в меню новую позицию. Дескать, и так покупателей мало, нечего их распугивать незнакомыми блюдами. Может, вы дадите на это добро? Уж против вас в «Волшебстве» точно никто не выступит. А если у меня ничего не получится, то… Ну, вы же нас все равно собираетесь закрывать. Мне просто нужно немножко времени.

Время, время… Хотел бы я, чтобы оно было и у меня. Кредиторы наступали на пятки, и пока речь у них не шла о поместье, однако мне уже дали понять: если я продолжу задерживать выплаты, как это делал мой отец, то проценты будут расти. В конце концов я лишусь дома и земли, на которой родились и выросли поколения и поколения моих предков. Если это произойдет, я окажусь не первым аристократом, который за долги родителей пошел по миру, но мне становиться персонажем такой истории, ясное дело, не хотелось.

Как назло, первая крупная выплата должна была состояться уже на днях. Поэтому я и суетился с инспекцией всех владений, которые мне принадлежат, и быстрой продажей тех, которые меня не удовлетворили. Какой бы неглупой Несса ни казалась, вряд ли ее пончикам, хоть сто раз волшебным, удастся переломить ситуацию. Мне все равно придется избавиться от кондитерской.

А с другой стороны, я ведь дал слово. Что я за граф, если не сдержу его?

Вложив два пальца в рот, я свистнул. Звук получился громковат – девчонка вздрогнула.

– Прости, – сразу извинился я. – Это сигнал для Пирожка. Он носится где-то во дворе и может не услышать, если я просто позову.

– А зачем его звать? – как-то слегка побледнела она.

– Ты же сюда приехала получить отсрочку для кондитерской? Вот и проверим, получилось ли это у тебя.

«Тыгыдык» с предшествующим грохотом распахнутой двери черного входа раздался почти мгновенно. Ну, на сей раз Пирожок хоть никого из слуг не сбил с ног и не напугал. Еще через миг настал черед двери библиотеки – в нее как будто ударили тараном. Повезло, что она с петель не слетела.

К паркету волдог еще не привык, поэтому, затормозив, проехался на лапах около метра и почти врезался в меня. Несса, сдавленно охнув, запрыгнула на софу с ногами.

Я рассмеялся, потрепав Пирожка по густой шерсти на макушке. Морда у пса была довольная-предовольная, аж красный язык изо рта свесил и хвостом вилял. Решил, наверное, что с ним наконец будут играть.

– Волдог же не крыса, – улыбаясь, сказал я девчонке. – Чего ты подскакиваешь?

– Н-ну я испугалась, что он на меня напрыгнет, – едва слышно проблеяла она.

– Пирожок так не делает, он хороший мальчик, – заверил я и протянул псу половинку пончика. – Давай, Пирожок. Выноси вердикт, как и было условлено. Удастся Нессе тебя впечатлить или история «Сладкого волшебства» все-таки завершится через несколько дней?

Глава 9. Несса

Я наблюдала за волдогом, затаив дыхание. От него в буквальном смысле сейчас зависела моя судьба. Краснющие глаза колдовского пса и огромные клыки наводили на меня почти парализующий ужас, но я мысленно молилась: «Ну давай же, Пирожочек, не подведи…»

Волдог склонил голову и внимательно посмотрел на остатки пончика, не торопясь к нему прикасаться.

– Волдогам нельзя сладкое, я его ничем таким не кормлю, поэтому он, наверное, просто не привык к такое еде, – «успокоил» граф и начал опускать руку, в которой держал лакомство. – Не переживай, если…

Договорить он не успел. Пирожок неожиданно дернул лохматой головой и с такой скоростью выхватил пончик, что я едва не подпрыгнула опять. Тесто стремительно исчезло в кажущейся бездонной глотке собаки.