Элис Айт – Хозяйка тёмного эльфа (страница 50)
Лавируя между моряками и грузчиками, я пониже опускала лицо. Вряд ли меня могли узнать, но некоторые посетители уже подвыпили, и встрять в драку, потому что я кому-то приглянусь, было бы лишним. И все больше вопросов вызывала причина, по которой Хведер меня сюда затащил.
Свободных мест в таверне оставалось немного. Северянин кивнул паре знакомых, однако присоединяться к ним не стал. Мы сели возле стены, заняв столик для двоих. Музыка не играла – в заведении прекрасно обходились и без этого. По большей части посетители были сенавийцами, но слышалась и чужая речь, мелькали бледные раскосые лица сетуайцев и до черноты смуглые атликийцы. Под низким потолком держался дым от курильниц, в которых явно помимо благовоний содержалось что-то наркотическое.
– Чего мы ждем? – спросила я Хведера после того, как он отпустил разносчицу, заказав две кружки пива.
Северянин кивком указал на компанию, расположившуюся ближе к середине большого зала. Мужчины там собрались разношерстного вида – от простых рыбаков до наемников.
– Слушай их внимательно, – посоветовал Хведер. – И запоминай лица. Никого, кстати, не узнаешь?
Я отрицательно покачала головой.
– А должна?
– Ну мало ли. Наслаждайся, в общем. Они уже начали.
Хотя компания находилась через несколько столиков от нас, напрягать слух не понадобилось – мужчины говорили достаточно громко. Сперва удивившись, вскоре я поняла, что они делали это намеренно. И места выбрали посреди зала тоже не случайно – оттуда их было слышно всем.
– Я видел это своими собственными глазами! – потрясая кружкой, из которой проливалась пивная пена, уверял рыбак. – С неба шло свечение, прямо от звезд. А когда я подошел поближе, спрятавшись за деревьями, то увидел
– Если ты был такой же пьяный, как сейчас, то тебе не только ожившие мертвецы могли привидеться, – засмеялся один из мужчин за столом.
– Пошел ты, Пард! – оскорбился рыбак, похоже, назвав собутыльника по кличке. Лицо у того и правда было покрыто оспинами, которые неравномерно загорели под солнцем и напоминали пятнистую шкуру леопарда. – Я и сейчас еще не пьяный, и тогда не был.
– Так что дальше-то? – напомнил другой товарищ.
– Мертвец ответил на ее вопросы и опять замертво упал! Девушка эта – маг настоящий! Прямо из Хелсаррета, зуб даю!
– Нашел чем удивить, – фыркнул все тот же «леопардовый» мужчина. – Ты из какой дыры вылез? В Тайезе на Храмовой горе уже лет сто их резиденция стоит. Они каждый праздник чудеса перед толпой показывают.
– И что, они там с мертвыми говорят? – не сдавался рыбак.
– Может, и говорят, – согласился Пард.
– И целый отряд наемников по щелчку пальцев убивают?
– А вот про это я бы отдельно послушал, – подал голос прежде молчащий человек на краю стола. Одежда выдавала в нем охранника торговых караванов. – Возле Касалеса на днях и правда кто-то порешил целый отряд хороших ребят. Никто не выжил. Как, говоришь, выглядела эта колдунья?
– Волосы как золото, – принялся заливать рыбак. – Лицо как луна. Шея как у лебедя. Тело стройное и гибкое, как тростиночка. Красивая – ум потеряешь от одного взгляда!
– По описанию – ну точно леди Мелевин ан-Сафат, – вдруг вступил в разговор еще один собутыльник. – Я у нее год проработал, пока не подался на вольные хлеба. Может, она и не зря тех ребят порешила? У нее пару лет назад гашишшины всю семью вырезали. Говорят, она виноватых до сих пор ищет, да все не сыщет никак.
– Ты со словами поосторожнее, – пригрозил охранник каравана. – Я же сказал, парни там хорошие померли.
– Знамо всем, какие из наемников хорошие парни, – усмехнулся тот. – Половина у стен ордена гашишшинов отирается, а потом делает вид, что ни при чем, когда погибают действительно хорошие люди.
У меня похолодело внутри еще при упоминании деревни Касалес, а когда прозвучали звуки моего имени, и вовсе все оборвалось. К счастью, мужчины зацепились языками и принялись спорить уже насчет наемников, забыв обо мне.
Я повернулась к Хведеру, который, как ни в чем ни бывало, пил принесенное девушкой-подавальщицей пиво.
– Какого нага облезлого здесь происходит? – прошипела я.
– Ты сама все слышала.
Я уже начала подниматься, однако северянин резво схватил меня и силой вернул на лавку, нервно оглянувшись – заметил это кто-нибудь или нет.
– Сиди! Ты же не лезть к ним вздумала?
– Не совсем дура! Ты объяснишь что-то или нет? Человек, назвавший мое имя, у меня никогда не работал – я всех своих до последнего раба на плантациях знаю в лицо и по именам! И рыбака этого в Касалесе в помине не было. Если бы он прятался где-то за деревьями, Аштар его бы увидел и убил, чтобы не оставлять свидетелей.
– Ты сама оставила в живых одного свидетеля, самого важного, – напомнил Хведер. – Беглого гашишшина надо было не лечить, а добить и бросить там, чтобы ни у кого не возникло вопросов, кто с кем дрался в деревне.
Я стиснула зубы. Убивать тех, кто поднимает руку на тебя и твои родных, – это одно. А там было совсем другое. Может быть, осведомитель Мирале и заслужил мучительную смерть, но так поступить я не могла.
– Мирале, – дошло до меня. – Это его рук дело?
– Возможно, – Хведер опять отпил пива, осторожно следя за компанией в центре зала. – К сожалению, я тебе не могу этого сказать наверняка, зато точно знаю, почему ты в глаза не видела здоровяка, который у тебя якобы работал. Он актер. Остальные, скорее всего, тоже. Наткнулся я на них вчера совершенно случайно, когда заскочил в городе в одну из забегаловок промочить горло и заодно узнать новости. Услышав твое имя, сначала решил, что у меня галлюцинации. Ребята громко погудели и отправились в другую таверну, а там сцена повторилась – слово в слово. В третьем заведении произошло то же самое. Сегодня они начали здесь, и если дальше продолжится так же, как и вчера, то за ночь они успеют посетить еще две таверны. Через несколько дней твое имя будет на слуху у всего города.
– Точно Мирале. Мстит за то, что я отказалась продавать ему Аштара, – я обреченно закрыла лицо ладонями, упершись локтями в столешницу. – Что теперь делать? От меня разбегутся все торговые партнеры с криками, что я к заключению контрактов их магией принудила. А я даже не настоящий маг! Куда мне после этого идти – карточные фокусы на площади показывать?
– Куда-куда… Никуда твои плантации не денутся. Будешь продавать кофе мужчинам, рассказывая, что он зачарован для поднятия потенции, а женщинам – что он сделает их худыми и молодыми. Сколотишь состояние больше прежнего.
– Ты продолжаешь издеваться надо мной даже в такой ситуации? – огрызнулась я.
– Не издеваюсь, а помогаю не разрушить семейное дело, – Хведер наконец повернулся ко мне. Глаза его смотрели серьезно. – Мелевин, прямо сейчас тебе нельзя пороть горячку. Помнишь, чем ты заплатила за выздоровление гашишшина?
– Контролем.
– Вот этот контроль ты и потеряла. Понимаешь? Тебя нагнала цена магии. Что бы ты сейчас ни пыталась улучшить, сделаешь только хуже. Не колдуй в ближайшее время ни в коем случае. И тебе явно пора найти какую-то другую цену для Ланоны.
– Тебе легко говорить, – я скорбно покачала головой. – Это не твой секрет сейчас выплывает перед всем родным городом.
– Уверена, что легко? – изменившимся голосом откликнулся Хведер.
Я удивленно посмотрела на него. Он плотно сжал побелевшие тонкие губы, в голубых глазах сверкали молнии.
– Что у тебя случилось? – тихо спросила я.
– Мы с тобой не друзья, поэтому не твое дело. Тебе достаточно знать, что не ты одна попадала в такую ситуацию. У меня мудрого советчика под рукой не оказалось, поэтому я свой шанс что-то исправить провалил.
– Прости. Я не знала. Думала, ты в Тайезе, чтобы доказать наставникам, что ты прошел все испытания и достоин звания мастера.
Он отмахнулся и вернулся к пиву, отвернувшись от меня.
– Самое сложное мое испытание – это ты, Мелевин. А ты круто облажалась, и я вместе с тобой. Сомневаюсь, что эти слухи навредят выращиванию и продаже кофе, но проблема все-таки есть. Хелсаррет и Хашим ищут мага, который научил Аштара убивать драконов. И вдруг генерал невероятным образом попадает от Элая прямо в руки к магу, о котором никто раньше не знал, что он маг. Чуешь, чем смердит?
– Твоими плохими шутками. В обители знают, что я никак не могла убивать драконов, и Аштара они мне сами всучили через тебя. А Хашим… Это он отдал приказ об убийстве моей семьи. И почему-то он оговорил, чтобы гашишшины ни в коем случае не тронули меня.
Хведер не удержался и повернулся обратно, уставившись на меня.
– Чего? Какие у тебя связи с первым принцем?
– Хороший вопрос. Я не понимаю, что происходит, Хвед, и такое чувство, с каждым найденным ответом все только еще сильнее запутывается.
– Вот теперь, кажется, я тебе наконец-то начинаю сочувствовать, – он покачал головой. – Но самую капельку.
– Другого я от тебя и не ожидала, – проворчала я. – Ладно. Так значит, ты предлагаешь ничего не делать?
Северянин кивнул.
– По крайней мере, пока не станет ясно, кто нанял актеров. Что-то меня в этом настораживает, но пока не пойму что.
Я опустила веки и потерла виски, пытаясь сосредоточиться в царящем гаме. В противоположной половине зала уже завязывалась драка. Портовая таверна полностью соответствовала своей репутации.