Фермеры (hereters), которые владеют землями с правом на получение воды из каждого из 7 каналов, собираются каждые два или три года и выбирают синдика и других должностных лиц своего канала. Кроме работы в обоих трибуналах, синдик также является исполнительным распорядителем отдельного ирригационного узла. В его обязанности входит выполнение основных норм своего подразделения. Он имеет право осуществлять авторитарное физическое распределение воды в порядке ежедневного администрирования, взимать штрафы, а также определять порядок и сроки поставки воды в периоды острой нехватки (в зависимости от еженедельных решений Трибунала де лас Агуас). Синдику должна принадлежать земля, которая обслуживается из канала. Синдик обычно имеет небольшой штат «канальных райдеров» и охранников, которых он назначает, чтобы они помогали ему выполнять свои обязанности[77].
В средние века hereters также выбирали двух или более инспекторов (veedors), которые были представителями сообщества ирригаторов и консультировали синдика по вопросам ежедневной эксплуатации канала, оказывали физическую помощь, если возникали конфликты между фермерами или между синдиком и фермерами. В нынешние времена hereters выбирают исполнительный комитет (junta de gobierno) для проведения консультаций с синдиком в период между двух-трехлетним собранием. Исполнительный комитет состоит из делегатов от всех основных территорий обслуживания канала. Решение о том, когда закрывать каналы для ежегодного технического обслуживания и как будут организованы ремонтные работы, также принимают члены этого комитета.
Основные правила распределения воды зависят от решений, принятых должностными лицами сообщества ирригаторов с учетом трех природных факторов: достаточности, сезонного низкого уровня воды и чрезвычайной засухи. В годы изобилия (что случается редко) фермерам разрешается брать столько воды, сколько им нужно, если в канале, который обслуживает их землю, есть вода.
Чаще каналы работают при сезонном низком уровне воды. Тогда вода распределяется среди конкретных фермеров через комплексную гидравлическую систему, которая действует на основе правил.
Каждый распределительный канал занимает позицию в ротационной схеме относительно других распределительных каналов[78]. Каждая ферма на распределительном канале получает воду в порядке ротации, начиная с «головы» канала и заканчивая «хвостом»:
В те дни, когда вода входит в ответвления канала… те фермеры, которые хотят ее принять, могут сделать это в порядке очереди (por tumo), как правило, от «головы» до «хвоста» канала. Когда фермер открывает свои ворота, он берет себе столько воды, сколько ему нужно, без каких-либо ограничений во времени; он определяет свои собственные потребности, главным образом, с точки зрения потребностей в воде тех растений, которые он выбрал для посадки. Единственным ограничением является то, что он не имеет права зря тратить воду. Если фермер не открывает свои ворота, когда туда поступает вода, то он пропускает свою очередь и должен ожидать возвращения воды на его ферму до следующей ротации. Когда ответвления участвуют в ротации, но не все пользователи, которые хотят взять воду в определенный период времени, могут ее получить до того, как ротационная очередь перейдет к другому ответвлению, то распределение начинается с того места, где было раньше прекращено.
Основными элементами системы turno являются:
1) порядок, в котором ирригаторы получают воду, фиксированный;
2) каждый фермер может решать сам, сколько воды взять, при условии, что он не тратит воду зря.
Следовательно, ни один ирригатор не может точно сказать, когда наступит его очередь, потому что это зависит от объема воды в канале и количества, которое необходимо тем, кто берет воду перед ним. Вместе с тем каждый ирригатор знает, что он может взять столько воды, сколько нужно, — когда до него дойдет очередь.
В периоды чрезвычайной засухи эти процедуры модифицируются так, что фермы, растения на которых имеют большую потребность в воде, получают приоритет перед теми, которые меньше нуждаются в воде. В начале периода засухи от фермеров ожидается, что они будут брать воду только в случае реальной необходимости, чтобы сократить очередь для тех, чьи потребности в драгоценной воде более срочные.
В течение периода засухи синдик и его представители берут на себя все больше и больше ответственности за определение тех фермеров, которые будут получать воду, учитывая состояние растений и потребности других, в последние годы в связи с повышением регуляторной способности дамбы «Генералисимо» процедуры, применяемые в периоды сильной засухи, требуются все реже, Но даже и при таких условиях используется установленная процедура для смены режимов водораспределения, когда изменяются природные условия.
Уровень мониторинга, который применяется в huertas, очень высокий, в таких природных условиях недостатка воды и рисков возникает много соблазнов взять воду вне очереди или получить ее незаконно как-то по-другому. Когда наступает очередь фермера брать воду, он заинтересован в том, чтобы находиться неподалеку, на своих полях вблизи канала, дабы открыть ворота, когда прибудет вода; если он не будет начеку, то пропустит свою очередь, и ему придется ждать следующего раза. Ожидая, фермер может наблюдать, что происходит впереди него, а также как работают «канальные райдеры», работу которых он оплачивает. «Канальные райдеры» регулярно патрулируют каналы. Контролирует их синдик. Если распределение водных ресурсов не будет осуществляться справедливо и в соответствии с правилами фермеров, они могут потерять уважение и работу. Претензии к действиям синдика, «канального райдера» или другого ирригатора можно выражать еженедельно на Трибунале де лас Агуас, в присутствии многих других фермеров, которые с интересом наблюдают за конфронтацией. Отношения по взаимному мониторингу в валенсии показаны на рисунке 3.2. Учитывая, что все наблюдают друг за другом, существует значительный потенциал для насилия среди ирригаторов, а также между ирригаторами и их агентами. В средние века нормы, связанные с честью, вероятно, усиливали конфликтный потенциал, и hereters «были готовы драться ежесекундно, если они считали, что их правам на воду хоть что-то угрожало» (Glick, 1970, p. 70). Но реальное насилие никогда не достигало уровня потенциального.
Рис. 3.2. Формы мониторинга и отчетности между ключевыми участниками huerta Валенсии.
Сохранились книги регистрации штрафов за 1443 и 1486 годы почти аналогично устроенного huerta Кастельйон. Некоторые их детали воспроизвел Глик. Они дают представление о видах выявленных правонарушении, высоком уровне осуществляемого мониторинга, а также о низком уровне фактических штрафов в прошлом[79], в 1443 году был начислен 441 штраф, а в 1486 году — 499 штрафов (Glick, 1970, p. 54). Сходство видов правонарушении и количества штрафов, хотя разница во времени более 40 лет, свидетельствует о стабильности системы. Стражники штрафовали более одного раза в день[80]. Примерно две трети наказании были инициированы стражниками, а остальные — фермерами. 42 % выявленных нарушении явно мотивировались желанием фермеров незаконно получить воду (взятие запрещенной воды, кража воды, незаконное установление или устранение препятствий для воды, взятие воды с помощью силы, ирригация без правовых оснований). Остальные нарушения связаны с действиями, которые причиняли вред другим лицам (затопление дороги или поля под паром, расточительство воды) и также были запрещены общиной. Фермеры несли публичную ответственность за допущенные ими ошибки, нанесшие вред другим лицам. Две трети из оштрафованных в течение года допустили «одноразовые» нарушения и не упоминаются снова в «штрафной» книге. Среди «рецидивистов» 41 % были оштрафованы за 2 нарушения, 25 % — за 3, 15 % — за 4, 8 % — за 5, 12 % — более чем за 5 (Glick, 1 970, p. 59).
Данных, чтобы оценить степень соблюдаемости правил в Кастельйоне, достаточно. В XV в. там существовало около 1000 ферм (T. Ф. Глик, личное общение). Если ротация системы занимает около двух недель, то каждый из 1000 ирригаторов имел возможность в течение года 25 раз взять воду незаконно (подсчеты приблизительные). Итак, из примерно 25 000 возможностей лишь в 200 зарегистрированы случаи незаконного взятия воды. Это дает запечатленный в документах уровень нарушения — 0,008. Очевидно, стражники обнаруживали не все нарушения. Количество нарушений могло быть в два, три или даже четыре раза больше обнаруженных показателей, но это все равно очень хороший показатель соблюдаемости правил[81].
Хотя уровень соблюдаемости правил был высоким, все же примерно одной трети hereters приходилось хотя бы раз встречаться со стражником в течение года[82]. Следовательно, информация об интенсивном мониторинге регулярно передавалась ирригаторам. У нас нет подробной современной картины по соблюдаемости правил, но количество задействованных «канальных райдеров» и необходимость проведения еженедельных заседаний суда намекает на то, что высокий уровень принуждения должен ослабить вечный соблазн воровать воду, а также на потенциал для межфермерских конфликтов и насилия. Стабильность этой системы была достигнута, несмотря на личные искушения обманывать и агрессивно себя вести.
