Элина Доронкина – Унесенные сумкой, или Там, где много диких кенгуру (страница 4)

Внезапно очкастый бородач выхватывает у меня из рук барсетку (о, ужас, это пара от сумки КК, которая осталась дома!!!) и в мгновение ока ныряет в свое Вольво. Я бегу за ним: пару от КК я не могу отдать! В этот момент из здания заправочной станции выбегает владелец, становится перед носом наглой Вольво и заявляет:

– Я все видел! Вы никуда не поедете.

“Спасибо! Спасибо! Спасибо!”, думаю я про себя и почти бросаюсь с объятиями к моему спасителю. Тот с улыбкой вежливо отстраняется, явно боясь, что его потом могут обвинить в сексуальных домогательствах, но в данный момент я нахожусь в тумане и ничего не соображаю.

– Этот фрукт украл мою барсетку! – я пытаюсь открыть дверь чужой машины, но водитель задраил тонированные окна и закрылся на все замки. – Отдай ее, наркоман несчастный! Деньги можешь себе забрать, если совсем плохо от ломок.

Кто-то из присутствующих позвонил в полицию и сунул мне в ухо свой мобильник. Я, еще не вполне понимая, с кем разговариваю, тупо отвечаю на вопросы; все вокруг заняты тем, что подсказывают мне названия заправки, улицы и района, где мы находимся. И в это время водитель Вольво ловко ускользает с места происшествия!

– А-а-а-а! Мой Кельвин Кляйн! – взвизгнула я вслед удаляющейся машине. – Да что же это за день такой! И как теперь поймать этого урода?

Чужой мобильник валится у меня из рук, челюсти присутствующих падают на асфальт, и наступает всеобщий ступор секунд эдак на пять. Подобной вопиющей наглости никто не ожидал. Снова приходит на помощь владелец заправки:

– Не беспокойтесь, у меня все записано на камеры слежения. Мы его найдем.

Я снова пытаюсь обнять этого доброго человека, и теперь он уже не отстраняется. Видимо, понял, что я это делаю от полноты русской души и исключительно в знак благодарности.

Вообще-то, австралийцы не дикари, а очень дружелюбный народ, они в чем-то похожи на русских, однако куча ограничительных законов, введенных по настоянию феминисток ради защиты прав женщин, повлияла на стиль поведения местного населения. В некоторых корпорациях, например, запрещено обращаться к женщинам «дамы» и «леди», чтобы, не попрать их право быть равной с мужчинами в работе, поэтому введено общее обращение «коллеги». А некоторые компании вообще дошли до абсурда, они запрещают открывать перед женщиной дверь, так как это приравнивается к оскорблению и лишний раз доказывает ее принадлежность к слабому полу. А уж физический контакт, типа объятий и прикосновений, и вовсе расценивается как угроза, домогательство и насилие. Нарушение этих правил грозит судом, лишением доброго имени и, возможно, свободы, а также огромными штрафами.

У меня не было намерения скомпрометировать хорошего человека, да и не могло быть, ведь я вменяемая представительница слабого пола, родилась в России, где действует нормальный этикет, а не высосанные из пальца законы об отношениях. Австралии не удалось вытравить из меня фундаментальные моральные принципы.

Полиция, выяснив что никто не пострадал, масло не потекло, а машины, хоть и покалеченные, могут передвигаться самостоятельно, решила не приезжать. Но узнав, что у меня еще и барсетку украли, все же выслала парочку бойцов на место происшествия. Офицеры здороваются, и мне кажется, что у меня дежавю, потому что один из них только что был в моей квартире.

– Снова Вы? – спрашивает он.

– Выходит, что я. – жму протянутую руку.

– Да уж, не везет так не везет. – качает головой полицейский.

Мы идем в офис заправки, где владелец показывает нам запись происшествия. Увеличиваем картинку и – о, счастье! – четко видим номера провинившегося авто. Ура, теперь хотя бы можно позвонить в страховую компанию, чтобы починить мою ласточку, и есть надежда на возвращение барсетки, пусть даже и без ее содержимого!

Я вовремя удерживаюсь от искреннего порыва вновь обнять владельца заправки, чтобы окончательно не свести его с ума. Благодарю и крепко жму ему руку, оставив свою визитку на всякий случай. Еще полчаса объясняю полицейским, какую барсетку у меня украли, что в ней было и, в общем и целом, понимаю, что встреча моя накрылась медным тазом. Набираю телефон редактора.

– Говори! – вместо приветствия звучит приказ.

– Натусик, ты меня прости. Меня покалечили и обокрали среди бела дня в присутствии честного народа. Причем, дважды!

– Что случилось? – спрашивает она, и я излагаю мое происшествие в подробностях.

– Есения Хмельницкая, ты обладаешь гениальной способностью попадать в подобные переплеты! – только в крайнем удивлении или возмущении редактор называет меня по имени и фамилии.

И это – мое настоящее имя. Ну, я же не виновата в том, что моя мама хотела назвать меня красиво и, главное, необычно. Она всегда мне говорила, что мечтала, чтобы я выделялась из толпы. А еще, моя родительница наотрез отказалась не только свою девичью фамилию менять, но и присваивать мне фамилию отца, который исчез с горизонта через некоторое время после моего рождения. Так что фамилия у меня мамина, и она – единственный человек в мире, который всегда зовет меня Есения, потому как Еся или Сеня, коими меня нарицают в простонародье, совершенно не вяжутся с мамулиной мечтой и разбивают ей сердце.

Но вернемся из прошлого в настоящее.

Проехав пробный почетный круг вокруг колонок с бензином и убедившись, что мой окосевший Фольксваген вполне может двигаться, я решила, что мы с ним в состоянии добраться до места встречи и даже до радио, не растеряв при этом запчастей по дороге. Ну, может, только самую малость.

Надо сказать, что мне это удалось почти с блеском! Со скрежетом и свистом я преодолела девятикилометровую дорогу имени короля Джорджа (очень кстати всплыла информация, данная мне таксистом). Потом мой бедный бампер расцарапал свежий асфальт скоростного шоссе, ведущего в район Кэмпбэлтаун, и с триумфом проехал под окнами бизнес-центра, где находится радиостанция.

Мое появление в раскуроченном автомобиле произвело неизгладимое впечатление не только на главного редактора, ведущих и менеджеров, но и на официантов кафе, где проходили переговоры века, а также на слушателей передачи, которые, узнав о случившемся, начали срочно звонить в студию, делиться опытом и давать полезные советы. Короче, передача «Вечерний Сидней» однозначно выиграла от сегодняшних происшествий, а я приобрела весомые знания в области краж, страхования и ремонта автомобилей. Не было бы счастья, да несчастье помогло.

Когда после долгого трудового дня я переступаю порог родного дома, меня терзает мысль, что два ограбления в течение одного дня – многовато для простого совпадения.

– Глебушка, это ведь странно, что все случилось сегодня. И в доме, и на улице меня подстерегали какие-то необычные происшествия. Что этому наркоману от меня нужно было? Ведь он явно врезался в мою машину преднамеренно. А потом наскочил, как коршун, и отнял барсетку.

– Ну, если он наркоман, как ты утверждаешь, то наверняка приметил твой новенький Фольксваген и тебя с красивой барсеткой заранее. Понял, что здесь есть чем поживиться и решил пойти ва-банк.

– Надо сказать, что у него это получилось. Но это же просто полная фигня! Два ограбления в один день с одним и тем же человеком не происходят.

– Ага! С нормальными людьми не происходят, а с тобой, Сеня, может случится все, что угодно. И не забывай, что дома-то у нас ничего не взяли. Я еще раз проверил твои драгоценности и всю технику, все шкатулки и ящички. Представь себе, все на месте.

– А деньги?! – возопила я.

– Какие деньги? Все наши деньги в банке.

– Да нет, те деньги, которые у меня в барсетке были. Ой! Там же еще и банковские карты! Блин, что делать? Он все снимет, и плакали мои сбережения. – завыла я.

– Подожди. Как он снимет? Он же кода не знает, во-первых, а во-вторых, быстро переводи все деньги на мои счета, а потом звони в банк и отменяй карты. Что же ты за Еся такая? – Глеб усадил меня за компьютер и я, трясясь от страха, что мои денежки уже тю-тю, стала проверять счета.

К счастью, деньги оказались на месте, и я быстренько перевела все свои довольно объемные сбережения на счет моего дорогого догадливого супруга.

– Хорошо, что у нас с тобой кредиток нет, а то этот чудак на букву «му» точно прикарманил бы их себе. – с облегчением вздохнула я.

У нас с Глебушкой очень предвзятое отношение к кредиткам: мы считаем, что это легальный и наглый грабеж честного населения. Если взял кредит в банке, затянет по самое не балуй – никогда не расплатишься.

Вечер закончился еще одной хорошей новостью. Оказалось, что горячая линия банка работает двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, поэтому карты тут же отменили, старые счета аннулировали, открыли мне новые и пообещали, что пришлют карточки в течение пяти рабочих дней. Убедившись, что в барсетке были только наличные, банковские карты, старая помада и пара ручек, я пришла к выводу, что второе ограбление было случайным.

Но кто же вломился ко мне в дом и разбросал вещи? И, самое главное, зачем он это сделал?! Это пока осталось для меня загадкой, которую предстояло решить, как можно скорее.

Глава 3

На следующий день, а именно, в среду, я иду по Элизабет стрит к станции метро. Поскольку моя машина в ремонте, я вынуждена совершать пешие прогулки по Сиднею невзирая на погоду, природу и собственное настроение. Лишние килограммы, приобретенные в ресторанах Лондона, потихоньку исчезают, но это почему-то больше не радует, так как мне всего за полдня до смерти насточертело ездить в электричках и автобусах.