Элина Бэйли – Предатель. Я отпускаю тебя (страница 1)

Элина Бэйли

Предатель. Я отпускаю тебя

1

- Слушай, долечу - сразу тебе напишу. Звонить не буду, сама понимаешь, из-за разницы во времени, это не самая лучшая идея. Проснешься, потом созвонимся.

Я сижу на краю кровати, слушаю его голос, смотрю, как муж уже профессионально собирает чемодан, он аккуратно складывает вещи. И даже в эти моменты он чертовский привлекательный.

Он уже почти застегивает чемодан, обращает внимание на белую рубашку. Он всегда был аккуратным.

- Ален, это же не первая командировка. Пора уже привыкнуть, что твой муж - штучный специалист, - усмехается он, как будто это объясняло все. - Она уже помялась, может, отпарить?

- Гош, я все равно не сплю. Мне же надо убедиться, что с тобой все нормально, - беру его рубашку, аккуратно отпариваю и складываю в чемодан.

- Возьми меня с собой в следующий раз. В школе как раз каникулы, я буду в отпуске. А то ты путешествуешь по стране, а я на месте, как клуша сижу.

- Так купи тур и поезжай, - он смотрит на меня с этой своей усталой уверенностью. - Я же не отдыхать, а на работу еду. Сама понимаешь, даже самая крутая гостиница - это не дом, и чем дальше от столицы, тем представление о комфорте все хуже и хуже. И когда ты в номере один, все равно, как он выглядит: ночью приехал, лег спать, утром проснулся и побежал дальше.

Он замолчал, потом добавил, как будто это что-то решало.

- К тебе мама на обед заедет. Приготовь что-нибудь вкусное.

Понятно. Разговор окончен. Как обычно.

Ну ничего, может, свекровь удастся на свою сторону сманить. Хотя честно, мне бы самой хотелось, чтобы кто-то приготовил мне что-то вкусное.

Заглядываю в холодильник. Остатки вчерашнего плова, уставшая зелень, несколько яиц и банка с каким-то непонятным мне наполнением: или каперсы, или анчоусы. Да уж, с таким набором продуктов, я могу только чай предложить.

- Гош, а ты уже совсем опаздываешь?

Он кивает.

- Ладно, сама справлюсь, - вздыхаю. Я обычно не давлю на жалость, сама умею справляться с бытовыми трудностями. Но сегодня хочется чуть больше внимания. И заботы.

В последнее время мне не хватало его внимания. Не только по мелочи - вовремя починить кран или забрать обувь из мастерской. В постельных делах тоже все ломается. То он устал, то ему хочется разнообразия, а у меня куча комплексов. Да, я люблю секс в темноте и под одеялом. Как иначе я могу расслабиться, если постоянно думаю, не слишком ли большие бока, а в этой позе не будет ли виден живот?

- Я опаздываю, но для быстрой любви минутка всегда найдется. Только давай без прелюдий - некогда уже.

Как же я не люблю это давай по-быстрому. Мне нужно время, чтобы отключить голову от бытовых вопросов. Чтобы почувствовать, что мы вместе. Чтобы забыть, что я устала, что завтра уроки, что надо заплатить за квартиру.

- Гош

- Ну, начинается. Ладно, жена, я поехал. Храни мне верность. Скучай. Жди с белым платочком у окошка.

Эту фразу он всегда говорил на пороге. Словно шутка, а на самом деле - проверка. Будто я должна была сидеть и ждать, как какая-то невеста из старого романа.

Проводила его до машины. Все равно магазин по пути. Стою, смотрю, как он уезжает. Уже вечер. Свет фар оставляет следы на асфальте. Он машет, я тоже. хотя мне хотелось просто обнять его крепко. Удержать.

Дома набрала свекровь.

- Юлия Андреевна, у вас какие планы? Георгий сказал, вы в гости заедете.

При ней всегда называла мужа полным именем, она не любит, когда сокращают.

- Ален, не заеду. У нас по Золотому кольцу автобусный тур. Поехала с подругами.

Мысленно поблагодарила Вселенную. Не надо будет заморачиваться с готовкой. Сделала себе большой стакан чая, пошла к компьютеру. «Методология и методика преподавания» ждали меня уже третий день. Все никак не могла дописать конспект, учителя тоже люди, но никто не спрашивает, как мы себя чувствуем.

Смотрю на часы, открываю табло вылетов. Гошкин рейс задерживается на три часа. Ну вот, снова глубокой ночью прилетит, весь уставший. Моя забота о муже, как базовая потребность. Если бы был ребенок, я бы была самой лучшей мамой. Но Гошка пока не хочет детей. Он сосредоточен на карьере. И я его понимаю. Как он потом без сна по объектам ездить будет?

Набираю ему. Гудок идет. Наконец, берет трубку.

- Ален, у тебя прям чуйка. Я уже на посадку в очереди стою, здесь столько людей.

Странно. Может, я не тот рейс посмотрела? Почему тогда такая тишина вокруг? Ни самолетного гула, ни голосов за кадром. Только его голос. И вдруг - женский:

- И она, и это схавает.

Четко. Отчётливо. Как будто рядом. Все внутри екнуло. Я сбрасываю звонок. И перезваниваю. Не по голосу. По видеосвязи.

- Ален, что-то прервалось. Наверное, в аэропорту глушилки стоят, - говорит он, но я уже не слушаю..

Экран мигает. Изображение появляется медленно. Сначала потолок. Потом его лицо - испуганное, растерянное. Он явно не ждал, что я позвоню. Он резко повернул телефон. Картинка мелькнула, как будто он пытался что-то скрыть. Но я успела увидеть.

Комната. Не аэропорт. Не зал ожидания. Это была спальня, скорее всего гостиничный номер. Стены с темно-серыми обоями, на которых бледно-золотистыми вензелями вились узоры. Массивная деревянная кровать с высокой спинкой. Белая простыня свисает на пол. На спинке стула - что-то похожее на халат. И на полу женские туфли. Черные. Тонкие. На высоком каблуке.

И тут он повернулся к камере. Я увидела его. А рядом е.

Она лежит, полусидя, прикрывшись белым покрывалом до груди. Волосы растрепаны. Губы блестят.

Она замечает, что я вижу ее. И замирает.

Я тоже замерла.

Мир сжимается в маленький квадрат экрана. Там - мой муж. Там - она. Там - моя жизнь, разваливающаяся на глазах.

2

Звонок обрывается. Резко. Как будто кто-то выдергивает вилку из розетки. Экран гаснет. И я остаюсь одна.

Сижу с телефоном в руках. Смотрю на него, как будто он может снова ожить и всё отменить. Как будто это был сон. Ошибочный кадр. Случайность.

Но я знаю, это неслучайность, моя новая реальность.

В голове до сих пор крутится картинка: вижу его лицо, как он пытается спрятать экран. Вижу, как она замерла рядом.

И тут меня накрывает. Волна. Боль. Предательство. Я сжимаю телефон так, что пальцы побелели. Потом чувствую, как по щекам текут слезы.

Он мне врет. Давно, наверное, не впервые.

Я вспоминаю все его командировки. Все эти поздние встречи, ночные перелеты, усталость, «некогда на романтику». Вспоминаю, как он стал реже отвечать на сообщения.

Сколько раз он был с ней? Каждый раз, когда уезжал? Или только иногда? Или это только начало? Неужели всё это время всё это время

Закрываю глаза. Хотела закричать. Но не могу. Только плачу. И плачу. И плачу.

Проходит час, кажется, я за это время и не пошевелилась. Слышу, как в замочную скважину входит ключ.

Я не жду его так рано. Когда я открываю, он стоит в пальто, с чемоданом в руке. И улыбается уголками губ. Как будто просто зашел на минуту.

- Привет, - говорит он. - Командировка отменяется. Я решил, что все можно решить онлайн. Я подумал, домой поеду, вдруг тебе нужна поддержка.

Говорит тихо и спокойно, как будто я заболела простудой, а он просит померить температуру.

Я смотрю на него. На его лицо. На его глаза. И не узнаю.

- Заходи, - говорю я. - Собирай вещи и уходи, ты теперь свободен. Можешь мчать к своей блондинке.

Он замирает. Улыбка сходит с его лица. Он кладет чемодан на пол.

- Алена - начинает он.

- Не надо, - перебиваю я. - Я всё видела. Когда ты включил видео. Я все видела. Она была рядом. Вы лежали в постели. Ты пытался скрыть, но не успел.

Он опускает взгляд. Не отрицает. Не говорит, что это не то, что я думаю, или я неправильно все поняла.

Просто молчит.

- Сколько раз были липовые командировки? - спрашиваю я. - Сколько раз ты был с ней? Каждый раз, когда уезжал? Или только иногда? Все внутри горит, но держусь из последних сил. Гошка всегда был немного манипулятором, надавить на нужные точки, чтобы вызвать у меня слезы - проще простого. Но не сегодня, я теперь кремень! - Это не было не всегда, - наконец отвечает он. - Мы это началось не так давно. Я не хотел, чтобы ты узнала так. Я люблю вас обеих.